Часть 2, 'A LA GUERRE COMME 'A LA GUERRE Опции

[Никтополион]

Досадно, что сам я немного успел,
Но пусть повезет другому.
Выходит и я напоследок спел:
"Мир вашему дому!"

Сообщение отредактировал Никтополион - 01.05.2008, 23:20

[Изенгрим]

Когда, ровно в 15.00,  Изенгрим подъехал к  одному из боковых входов в мрачный комплекс зданий Управления Урегулирования Умов, его, оказывается, уже ждали.
- Адвокат Дирраэль? – в сухом голосе лейтенанта, облаченного в черную с синими выпушками, форму Управления, не прозвучало ни намека на предупредительность. – Пройдемте.
И он повел Изенгрима мимо двух застывших словно статуи  «Граница на замке» часовых, мимо  внутреннего поста охраны, где Изенгриму пришлось пройти унизительную процедуру досмотра, и дальше, по коридорам  невыносимо канцелярского вида.
Не то что, Изенгрим  боялся, но некий холодок в душе имел место. Все же он в цитадели Врага, хоть и не в роли  арестованного, а в качестве свободного aen Seidhe. И дай светлые боги, что бы так было всегда…
Вообще, к удивлению адвоката его представления об этой конторе, сложившиеся из слухов и отрывочных сведений, попавших в прессу, не оправдывались.
Никто не кричал, никого не волокли за ноги, не было и кровавых пятен на стенах. А  было все тихо и спокойно, словно он находился в каком-нибудь министерстве статистики, а не в гнезде секретных служб. И из-за этого окружающего, буквально давящего на нервы спокойствия, Изенгрим еще больше зауважал «регуляторов». Умные и хитрые враги, с которыми и пару шахматных гамбитов разыграть не зазорно.
Наконец, после довольно длительного путешествия по безликим коридорам, и еще пары постов охраны, где процедура досмотра повторилась, они подошли к двери, на первой взгляд не отличающейся от остальных, разве что помощнее. Но когда лейтенант нажал на кнопку звонка, и дверь распахнулась, стало видно, что она как минимум металлическая, если не сейфовая. И уж конечно, в ней скрыта масса разных сюрпризов.
- Проходите, Дирраэль, - лейтенант кивнул на открывшийся проход, словно команду отдал.
Изенгрим шагнул внутрь и дверь захлопнулась, словно отсекла  весь огромный мир.

Сгорбившийся  Алакадарон сидел на стуле посередине  комнаты, обставленной весьма и весьма аскетично.  Канцелярский стол, пара вертящихся стульев, решетка на окне. Стены выкрашены невзрачной серой краской. Под потолком четыре камеры наблюдения сканируют каждый сантиметр пространства.
Два «регулятора» облаченные в черные защитные  костюмы, и вооруженные телескопическими электрошокерами, застыли по бокам мага, сторожа каждое его движение.
Изенгрим был наслышан об этом их оружии. В сочетании с прибором «Боро-9», способном улавливать малейшие проявления магической энергии, штука пренеприятная. Только задумал применить магию, даже самую простенькую, прибор даст сигнал и  получай электрический разряд. И хорошо, если он придется не в нервный узел, и любитель побаловаться магией просто потеряет сознание. По слухам, такие вот элетрошокеры  убили не один десяток сильных эльфийских магов. И не подкопаешься, что самое страшное. Ну, скончался эльф от сердечного приступа, вызванного лютым стрессом или душевными страданиями, так что? «Регуляторы» то, не причем! Наоборот, пытались спасти беднягу…
Четвертым, присутствующим в этой комнате,  был  невзрачный  человечек в сером, скромно сидящий в уголке. Этакая канцелярская крыска, с мозолями на заднице. Доверенный стенографист, что ли? К чему, если  весь разговор итак будет записываться… Хотя взгляд у этого человечка тот еще, глянул, словно шилом кольнул. Значит, не просто так здесь находится, а обладает определенными правомочиями, не то, что рядовые «чистильщики» с шокерами.
Серый указал Изенгриму на стол.
- Проходите, адвокат Дирраэль. В вашем распоряжении  тридцать минут, постарайтесь уложиться, - проговорил он, словно нехотя. -  Потому, как если не уложитесь, разговор будет прерван, даже если не договорите. Так же предупреждаю, разговаривать только, - серый подчеркнул последнее слово. – Только на человеческом языке. Никаких ваших эльфьих фразочек, иначе разговор будет тут же прерван. И еще… Помните, помещение блокировано. Начинайте…

- Здравствуйте, Алакадарон, - сказал Изенгрим, усаживаясь за стол, напротив мага. – Меня зовут Изенгрим аэп Дирраэль и я ваш защитник. Вы отказались, от защиты, но ваши друзья попросили меня представлять ваши интересы. Даже у эльфа есть право на защиту.
Алакадрон вяло кивнул.
- Согласен…
- Отлично, - Изенгрим почувствовал себя несколько увереннее.- Скажите мне, как они с вами обращаются?
Некромант обвёл комнату взглядом:
- Первый раз за три недели я покинул свою камеру. Она обставлена тоже весьма скромно, но больше всего мне не нравится еда, - кто-то их «чистильщиков» фыркнул. - И дело не в качестве, они что-то в неё подкладывают, скорее всего, какие-то сильные транквилизаторы. Они придают еде жуткий привкус.
Изенгрим кивнул и переложил бумаги. Сколько раз, такие вот мнимые консультации с документами играли положительную роль.
- Вызывали ли вас на допросы, Алакадрон и какие обвинения выдвигали?
- На допрос меня вызывали лишь однажды, хотя, возможно правильнее назвать это было проверкой на детекторе лжи. Как я мог судить из реакции edan, никаких результатов он не дал.
Маг обратил взгляд на человека в сером, сощурившегося на миг и продолжил:
- Меня обвиняли в противозаконной магической деятельности первой степени, похищении секретных данных из архивов Управления Урегулирования Умов, на мой взгляд, это самое интересное обвинение…
- Когда вас поймали, - прервал Алкадарона человек в сером. – В вашей… котомке обнаружили компактный диск с зашифрованным данными, касающимися оборудования УУУ и нескольких старых операций. Этого вы не можете отрицать.
- Возможно, - невозмутимо отвечал некромант, отрывая взгляд от пола и переводя его на собеседника, – если бы вы хоть раз соблаговолили объяснить мне, что такое «компактный диск», я бы и смог с вами поспорить. Я предполагаю, что кто-то из ваших людей, имевших при себе этот диск, случайно положил его в мою сумку.
- И, наконец, - продолжил маг, вновь опустив глаза. – Сопротивление при аресте и умышленное нанесение тяжких телесных повреждений агенту Специальной Службы.
- Любопытно, поскольку по рапорту их же сотрудника, вы не оказывали сопротивления и уж тем более не стреляли в агентов.
- Нет, это они стреляли в меня. Они зашли с двух сторон, и, наставив на меня оружие, приказали мне замереть. Они медленно приближались ко мне, один споткнулся и, видимо от испуга, выстрелил, ранив своего напарника.
- Хорошо, я понял. -  Изенгрим задумался на мгновение, потом продолжил. - Теперь так. Вы понимаете, что вызволить вас прямо сейчас я не могу. Придется ждать суда. Так вот, не возражаете ли вы, Алакадарон, что бы судебное заседание освещалось TV и независимой прессой?
- Я не против. Сомневаюсь лишь в наличии «независимой прессы».
- Добро, - Изенгрим проигнорировал движение серого, демонстративно посмотревшего на часы.- Не волнуйтесь, сеидхе, я постараюсь сделать вас свободным. А вы, - обратился он к канцеляристу, - примите  жалобу на нарушение прав  подследственного. И будьте любезны, передать ее в соответствующие инстанции, иначе я буду вынужден обратиться в международный комитет по защите прав эльфов…
- Amin merna utune lle er nat'*.
Услышав эльфийские слова Изенгрим быстро глянул на «чистильщиков» и человека в сером. Они не шелохнулись, словно не слыша их. А точнее, они замерли совсем, не дыша, и даже глаза их замерли без движения. Люди и предметы поблекли, стали нереальными. Всё будто умерло, кроме него и Алкадарона.
- Время коротко, я буду говорить быстро, - дальше продолжал на эльфийском некромант. – Признаюсь, сначала я подумал, что вы не что иное, как очередная попытка edan что-то у меня выведать. Хотя, я и теперь не верю в то, что вы сможете меня освободить. Не посчитайте это оскорблением вашего профессионализма, просто edan слишком сильно меня боятся, чтобы отпустить, и они слишком глупы, чтобы понять, что пока я здесь, они ставят себя в ещё большую опасность.
- Однако я ценю ваши усилия, но этот маленький фокус, на который я потратил всю силу, что мне удалось накопить за путешествие из моей камеры, я сделал не для этого. Мне интересно, кто же нанял вас для моей защиты. И не пытайтесь мне врать, у вас так же не хватит таланта, чтобы обмануть меня, как у edan с всеми их хитрыми приборами его не хватает, чтобы понять, когда я лгу. Не хотите отвечать – не надо. Так кто вас послал?
-  Простите, Алкадарон, но… -  Изенгрим медленно покачал головой.- Сейчас я не могу ответить на ваш вопрос. По неизвестным мне причинам, заказчик просил сохранить в тайне его личность.
- «Руки, несущие смерть, глаза, пылающие ненавистью, уста, источающие яд», продекламировал Алкадарон. - Должен быть кто-то из этих троих. Я до сих пор чую душок метки смерти моего учителя, оставшийся на вас после разговора с вашим заказчиком. Что ж, мне будет, над чем поразмыслить в часы моего унылого уединения в камере…
Предметы вновь обрели плоть, и «Боро-9» издал короткий пронзительный писк. Чистильщики в недоумении уставились на недвижимого, как статуя, Алкадарона, и затем вопросительно посмотрели на человека в сером. Тот слегка покачал головой и спросил:
- Вы уже закончили?
Изенгрим предал бумагу серому и встал.
- Да. Я могу идти?
Серый, на лице которого не дрогнул ни один мускул, нажал на  какую-то кнопку и дверь распахнулась.
Последнее, что видел Изенгрим, выходя из этого чистилища, был взгляд Алакадрона. Глаза некроманта казались чуждыми его усталому мертвенно бледному лицу. В них не было ни обречённости, ни утомления. «Удачи,» - подумал Изенгрим. – «Неизвестно только, кому она понадобится больше всего.»


* "Я хотел бы спросить у вас кое-что"