Беспокойный мертвец или страсти вокруг Патрика, Игра первая. Завершена. Опции

[Toro]

Начинаем. Удачи всем игрокам

Сообщение отредактировал Toro - 14.03.2007, 14:43

[Дебби Жевонс]

8 мая.
Личный кабинет  инспектора Дебора Жевонса.

    Да, теперь Д. Жевонс инспектор. Наконец-то покончено с этой дурацкой присказкой «младший».  Именно из-за этой приставки Жевонс стеснялся представляться в приличном обществе, все сразу относились к нему как к малолетке. Хорошо хоть не сюсюкались и не утипусились. Да и личный кабинет выделили. Хотя «личный кабинет» - это громко сказано. Один раз нюхнуть табаку, разок покурить и непроветриваемая комнатушка скрывалась в клубах непроглядного туман. Жевонс даже начал подумывать о том, что его старинная мечта сбудется и прольется на него табачный дождик. Осталось только подождать конденсации. Ровно половину площади занимал очаровательный деревянный стол. Столик.  И как раз еще осталось место для одежды и лат.
- Надо будет пригласить Бло, пускай обзавидуется. Ему-то такого не видать. – Разговаривал сам с собой Дебби, довольно улыбаясь. – Так и знал, что дело об убийстве Нуньяса принесет мне славу. Шутка ли, сам Король руку пожал!
      О том, что это было самоубийство, Жевонс предпочитал не вспоминать лишний раз. Затем инспектор погрузился в несбыточные мечты. В тех мечтах он ловит кровожадного серийного убийцу, раскрывает страшный заговор, получает просторный кабинет, в котором можно не только сидеть на стуле, но и даже стоять в полный рост.
    Жевонсу действительно было жалко закрывать это дело, да ничего не попишешь – руководство приказало. Особенно было жалко, что Гиббелина таки выпустили из клетки, но ничего не попишешь, все-таки у не алиби – человек 20 видели его пьяным в женской бане. Так и запишем в деле.. Дебби напоследок полистал бумажки, испорченные его кривым почерком и одним решительным движением захлопнул папку, достал печать «В архив» и с такой силой долбанул по обложке дела, что поднял в воздух клубы пыли из всех щелей кабинета.
- Пора пропустить по кружечке эля с Бло за упокой души капитана Нуньяса.