Помощь - Поиск - Пользователи - Календарь
Полная версия: Врата Пустоты: Начало
Клуб любителей фэнтези > Литературные игры > Мастерская Миров > Кирион: Врата Пустоты
Dangeon's Master
Начало...
Кевин Краун
Кевин, сын мой, теперь, когда ты читаешь это, меня, вероятно, давно уже нет среди живых, и все же я смею надеяться, что ты обрел достаточно мудрости и мужества, что бы понять меня и принять ту правду, что я вынужден был скрывать долгие годы.

Та вещь, что некогда вернул в столицу твой дед, Ключ который принял он у побежденного врага, несет в себе проклятие, которого я жаждал избежать, но какового по незнанию не избегнул ты. Как черная порча точит живую землю, так и Ключ будет точить твое сердце и душу, и лишь железная воля сможет помочь тебе избегнуть незавидной участи и падения во тьму.

Неведомо мне, о чем думал мой отец, возвращая проклятый Ключ в Кирион, и понимал ли он, что одному из нас придется платить за совершенные им ошибки. Тебя тянуло к Ключу с раннего детства, и я не смог отвести беды. Возможно, это твоя судьба принять его. И я решил, что в Ордене ты получишь самое достойное воспитание. Мне остается лишь верить, что ты выполнишь свой долг с честью и отвагой достойными нашего рода.

Знай, порча вернется и ничего не закончится до тех пор, пока не будет закрыт портал в Кирионе. И до того времени, пока этого не случится ни один Ключник не может считать себя в безопасности, особенно ты, чей ключ уже однажды стал причиной великого зла. Прошу лишь об одном, если на твоем веку тебе не случится поставить точку в этой истории, не обрекай на это бремя никого из своих братьев, сестер или их детей. Они не заслуживают того, что бы не ведая, страдать от твоего пусть и неосознанного выбора.

Когда-нибудь, ты поймешь меня и перестанешь винить за то, на что мне пришлось пойти ради безопасности своих наследников. Будь сильным, Кевин и не забывай о том, кто ты есть. Это все, о чем я смею просить.

Лорд Никас Краун.
12 день месяца Ливней. 2542 год.



Кирион.
1559 год. Осень.


И много дней спустя Кевин хорошо помнил то ясное осеннее утро, когда он, как представитель своего Ордена и Третий Ключник Кириона присутствовал на совете Лордов последний раз.
Прошедшая неделя выдалась непростой, сначала на Орден обрушились новости о присутствие в столице одного из нелояльных Империи хранителей Ключа, а после того хуже, по городу поползли слухи о какой-то кровососущей нечисти, ночами нападавшей на священников в их собственных домах. Последние три ночи Кевин плохо и помалу спал, безуспешно разыскивая то одного, то других. Но Большой совет требовал присутствия каждого из Ключников, и молодой рыцарь сделал все, что бы быть достаточно собранным.
Убежище Портала, Место Первой Клятвы, длинный величественный зал в самом сердце императорского дворца заполняли люди – правители земель и городов, высокопоставленные рыцари и жрецы Порядка, все те, кто по наследному праву или же по головам предшественников поднялись достаточно высоко, что бы их слова звучали сразу следом за голосом Императора. Большинство из них давно разучились бояться чего либо, привыкли держать на виду и врагов и друзей, отвечать на угрозы ударами, а на удары незамедлительной местью.
Но на тот день взаимные обиды перестали казаться значимыми, каждый  был молчалив и сдержан. Кевин замечал, как многие неосознанно зябко поводят плечами, кутаясь в не по сезону теплые плащи. Не потому, что от каменных стен этого места, даже в жаркий летний день веет могильным холодом, а в предчувствии угрозы, ответить на которую доступными средствами не сможет ни один из них.
К Совету обращался сэр Нитайн, немолодой уже рыцарь Ордена, которого Кевин знал со времени своего ученичества. Последние месяцы тот провел, на юге, в Труаре, куда был послан престолом подтвердить или опровергнуть доходившие с берегов Лиры тревожные слухи, и на лице пожилого рыцаря ответы читались даже быстрее, чем в его предельно прямо сформулированном отчете.
- Вы уверены в том, что говорите? – голос Дьюри Труара, Лорда южных земель, прозвучал почти твердо, но лицо его стало совершенно бледным.
Сэр Нитайн терпеливо кивнул и пояснил спокойным голосом человека, давно смирившегося со своим страшным знанием:
- Я был там. Земля вдоль русла Лиры, стала совсем серой, сама река обмельчала, кора деревьев гниет, покрывается черным мхом и лишаем…. Это порча.
- Это…. Это ошибка…
И вслед за словами южного лорда тревожная, наполненная страхом и сдавленным гневом тишина, прорвалась, наконец, негодующим ропотом тех, кто начинал сознавать происшедшее.
Бывают дурные вести, к которым невозможно подготовиться заранее, как нельзя быть готовым к тайфуну, урагану или потопу. И сколь бы не было сделано прежде прогнозов и шагов, перед лицом подобной угрозы не остается ничего, кроме как бежать или встретить ее лицом к лицу. Но бежать им некуда.
Взгляды собравшихся обратились к Императору.
- Тишины, – голос монарха звучал спокойно и почти угрожающе тихо.
Рэггам Кирион был стар, но стариком при этом не был. Всю свою жизнь он оставался воином, и к семидесяти трем годам в осанке его все еще сохранилась прямота, а в руках сила. Он был правителем жестким до жестокости, давно похоронил всех тех, у кого хватило смелости или глупости открыто выступать против его воли, и сорок пять лет назад при нем уже остановили порчу в восточном пределе.
- Есть ли что сказать лордам и магистрам?
Со своего места Третьего Ключника Кевин хорошо видел весь зал. Он был уверен, что все промолчат, однако не был слишком удивлен, когда от группы рыцарей его Ордена отделился один – высокий молодой мужчина в черном плаще Стража Теней - и медленно прошел по направлению к трону. Его не должно было здесь быть вовсе, но Сэр Арберн, командор темной гвардии Ордена, был честолюбив, жесток, исполнителен и безоговорочно предан престолу, а значит, имел все те качества, которые Рэггам особенно ценил в людях, и уже давно находился у императора на особом счету.
Арберн всегда напоминал Кевину натасканного злобного пса, готового даже не с полуслова, с полувзгляда хозяина разорвать любого, кого тот сочтет врагом. И, что закономерно, молодой рыцарь знал, что Арберн пошел бы на многое, что бы занять его место Ключника в совете, и только принадлежность к одному Ордену сдерживает Стража Тени от открытого противостояния.
- Орден Порядка и Стражи Теней просят у Кириона дозволения воспользоваться правом Очищения.
Не полностью поверив собственному слуху, Кевин перевел взгляд на магистра Ордена, но верховный жрец Империи молчал, сосредоточенно глядя куда-то перед собой,… знал заранее или разумно решил не вмешиваться.
- Дозволяю, - медленно кивнул Рэггам, - Кирион подтверждает ваше право. Займитесь этим лично.
Так просто и сухо.
Лорд Труары как-то бессмысленно всплеснул руками, побледнел еще сильнее, но ни смог произнести ничего, только жадно глотал воздух, как рыба, выброшенная на лед. Кевина поразила тишина, и даже некий вздох облегчения, что пронесся по залу с этими словами. Люди слабы перед страхом. И каждый из них уже успел измерить и взвесить этот страх и закрыть глаза на все, что их не касалось. Пусть Труара будет предана огню, а большую часть жителей перевешают за чернокнижие и ведьмовство…. Это все допустимо, пока есть надежда, что благодаря тому Порча остановится и не придет завтра на их порог.
Кевину не было страшно. Его переполняло иное - непонимание, негодование, гнев, но не страх…. В какой-то момент он понял, что не может промолчать, ему даже показалось, будто настойчивая сила толкнула его в спину, и он шагнул вперед.
- Это неприемлемо, - он с трудом узнал собственный голос, - Жертвы среди мирного населения будут слишком велики.
Император чуть кивнул своему псу головой, и, отвечая Кевину, Арберн не смог сдержать быстрой снисходительной усмешки:
- Вы забываетесь, сэр Краун. Нам был отдан приказ.
- Это вы забываетесь. Забываетесь в том, что наш Орден, как и Закон в первую очередь должен служить людям щитом, а не карающим мечом. Особенно в такое время. Вы не понимаете, что делаете…
- Громкие слова, - Рэггам, наконец, перевел на Кевина взгляд, - И пустые.
- При всем моем почтении, возможно на юг разумнее кинуть регулярные силы… Это сократит потери, - неуверенно вступился сэр Нитайн.
- Вы предлагаете сохранить жизнь сотням, и потерять время, необходимое для защиты от Порчи тысяч. Никто кроме Стражи Тени не проявит достаточной решимости в этом деле. Поэтому выбирайте сами, выполнять приказы или лишиться своих плащей.
- Как прикажете, Ваше Величество, - Нитайн нахмурился, сдержанно кивнул и отступил на шаг назад.
-  У нас было сорок лет мира, - медленно продолжил Рэггам, - Но мы все должны принять тот факт, что теперь ничто уже не будет так, как раньше.
Магистры молчали. И Кевин понял, что в этот раз он проиграл.


В столице было ясно. Длинная дворцовая галерея, ведущая к выходу из «серой паутины» была расчерчена ярко-желтыми солнечными лучами, проникавшими сюда сквозь высокие ажурные арки окон. Последние яркие дни, перед тем как осень окончательно предъявит свои права.
Кевина никто не остановил после совета, ему ничего не было сказано. Впрочем, молодой рыцарь не сомневался, что этот день ему припомнят не раз, но в тот момент ему хотелось лишь одного - быстрее уйти не оборачиваясь. Уйти до тех пор, пока начинавшее крепнуть в сознании решение не покрылось пылью чужих слов и собственных сомнений.
- Тебе не стоило, - Рилана Аррьильен поравнялась с ним, когда до ворот дворца оставалось еще почти полпути.
Кевин никогда не чувствовал себя уютно в обществе высокородной столичной знати, но как Ключник и представитель громкой, если не сказать легендарной фамилии, имел широкий круг самых разных знакомых, очень немногих из которых мог бы назвать друзьями, и эта зеленоглазая эльфийка с непроизносимым именем несомненно являлась одной из них.
Сама она, как все перворожденные, была стройной и гибкой, с копной непослушных вьющихся белоснежных волос и голосом холодным и звонким, как серебро.
- Стоило, - невесело усмехнулся Кевин, отвечая на ее слова, - Значит, ты тоже была там?
Ри кивнула. Она и ее родители, были одними из немногих эльфов, кто остался в Кирионе после окончательного обострения отношений с Маэледаном. Большинство эльфийских Домов поддерживали западных мятежников, и Рэггам не без труда сохранял нейтралитет с оставшимися. Отец Риланы был эмиссаром белого народа уже много лет, говорили, занял это место сразу после окончания первой Порчи и с тех пор уже не возвращался на родину.
- Он сошлет тебя куда-нибудь на остров Прежних, - с совершенно серьезным выражением лица посулила Риль, - Будешь круглый год любоваться на северное сияние и защищать местных от орков и морозных ящериц.
- Не худший вариант, этому, по крайней мере, меня учили…. А каждый человек должен делать то, для чего его готовили, - Кевин вздохнул, стараясь не хмуриться.
- Ты поедешь в Труару и нарушишь приказ, - не вопрос даже, утверждение. Не просто скрыть то, что лежит на поверхности.
- Мне не нравится мысль, что Арберн и его свора будут делать там все, что сочтут допустимым. Я должен.
Немногие в Империи знали о Стражах Тени больше, чем невнятные и страшные слухи, какими последние годы пугали детей впечатлительные наседки. Первых стражей стали тренировать двадцать лет назад, когда в Тиерштадт привезли то немногое, что удалось восстановить из записей и книг прежних хозяев порчи. Жрецы довольно быстро поняли, что с помощью этого знания можно обрести те же силы, что прежде использовали против Ордена его враги. Рэггам дал свое соизволение.
Орден ждал возвращения Порчи на земли империи, год за годом «выковывая клинок» против нее. Разочаровавшиеся в своем пути паладины, жрецы выбравшие позицию силы и те, кто изначально выбирали для себя темные дороги, обучались тому, как эффективно сражаться против любой угрозы, не стесняя себя не средствами, не моралью.
Люди боялись и ненавидели темную гвардию, а вместе с ними и весь Орден Порядка, впервые за свою историю переставший быть единым в своих помыслах. Но Черных защищал Рэггам, готовый простить своему новому «проклятому клинку» любое зло во имя исполнения цели.
Но политика и монаршая благосклонность сейчас беспокоила Кевина гораздо  меньше, чем осознание того, что Труару ждут лишения и потери, которых можно было избежать, сделай Император другой выбор.
- Но есть Совет Ордена…
- Он не опротестует решение Рэггама. Все слишком напуганы. И их можно понять. Порча это не то, к чему они привыкли, ее нельзя сослать или повесить, или сговориться против нее с соседом.
Ри кивнула, соглашаясь. И какое-то время они продолжали путь в молчании.
Кевин думал о чем-то очень далеком. О семи поколениях своей семьи, служивших Ордену и Кирионскому престолу, об отце маршале севера, и деде магистре Порядка, который с горсткой соратников победил первую Порчу и после вел за собой войска, вернувшие в лоно Империи мятежный Приречный и контроль над рекой Суар. Кевин вспоминал свое прошлое в Ордене, все то, что ему говорили и все, что он понимал по-своему, вспоминал, думая, что ничто из этого не будет для него прежним после сегодняшнего дня.
- Ключ неизбежно выдаст меня, поэтому я должен уехать раньше Арберна. Пока дороги не перекрыты. И пока никому из них нет до меня дела, - наконец произнес Кевин, осознав, что они приблизились к концу своего пути.
Вальдек
Ночь.
Особняк Крауна.


      Человек, одетый в темную безликую одежду, быстро скользнул в приотворенное окно и замер,  прислушиваясь и стараясь привыкнуть к окружающей обстановке.  Всякий уважающий себя взломщик сначала освоится среди чужого добра, а потом начнет его присваивать.
      Молодой человек проник в частный особняк, принадлежащий паладину Кевину Крауну не ради наживы. Заброшенный сад и неопрятный плющ, покрывающий стены слишком явно показывали, что рассчитывать на богатый «улов» в его доме ворам не приходится. Более того не каждый дерзнет посягнуть на имущество рыцаря Порядка, потомка героического Константина Крауна, чья статуя украшает городскую площадь. Однако таинственное задание, полученное Вальдеком под покровом ночи, не оставляло выбора.

        В полутьме  задней комнаты  портовой таверны  невозможно было рассмотреть собеседницу, тем более  она не сняла капюшона, но Вальдека не оставляло ощущение, что женщина молода и хороша собой. И богата, без сомнения. Кольцо, блеснувшее на ее белокожей изящной руке, стоило целого состояния.
- Почему  вы выбрали меня?
- О тебе много говорят, - она наклонилась  над столом, и в вырезе капюшона обозначился точеный подбородок и красивые  губы, - Ты Вальдек Калаверли, один из тех, кто  за приемлемую плату решает  возникшие проблемы для тех, кто попал в беду, но по ряду причин не может обратиться в Орден или городскую Стражу. Ради дела ты не против преступить закон… до известной черты.
- Интересно  кто вам рассказал обо мне такие ужасы? – Вальдек усмехнулся,  все еще не оставив надежды рассмотреть женщину.
      Ответом  было молчание  и едва уловимое дыхание  из-под капюшона.
- Хорошо, я не буду спрашивать,- Вальдек выпрямился на лавке, принимая серьезный вид.- Очень часто люди, которые обращаются  ко мне, желают остаться инкогнито. Вы хотите меня нанять для…  Для чего?
- У меня есть для тебя работа. Работа, как раз такая - заглядывающая за грань закона, и хорошо оплачиваемая, - Вальдеку  показалось, что  в голосе собеседницы послышались новые нотки, – Мне необходимо получить один из Ключей. Ты знаешь, что это?
- Знаю, - Вальдек пожал плечами. Трудно жить в столице и не слышать легенды о Ключах и шпиле Кирионского портала. – Но не слишком много. Фактически, только легенды и слухи.
О Ключниках говорили многое и вместе с тем ничего особенного. Одиннадцать хранителей артефактов, чья история восходит к началу Империи, к Первой Клятве, связавшей земли людей воедино. Большая часть хранителей разбежалась из Кириона после того, как Рэггам узурпировал трон. Орден Порядка до сих пор землю носом роет в попытках найти беглецов, те же Ключи, что остались в столице достались в итоге представителям знатных лояльных престолу родов. Но насколько Вальдек мог судить были вещью скорее статусовой, чем способной принести реальную пользу.
- Большего тебе и не нужно, - улыбнулась собеседница, - Это за конфиденциальность,  - На столе  между собеседниками появился  звякнувший кошель. – И за то, что ты не будешь  задавать  лишних вопросов.
      Вальдек медленно развязал завязки и вытряхнул  на ладонь несколько золотых монет. Взглянул на собеседницу, опять скрывшуюся в призрачной полутьме.
- Убедили. Если это только за молчание, то я ваш,  - сказал он. – Что я должен сделать?
- Мне нужен Ключ паладина Кевина Крауна, – женщина протянула исписанный ровными строчками листок, – Это инструкции. То, что ты должен принести выглядит, как прямоугольная серебряная пластина, размером чуть меньше ладони. Ничего не перепутай. Завтра вечером я и твои деньги, будем ждать тебя здесь.


    Его путь лежал в темную комнату второго этажа, где хозяин дома спал после тех трудов, что неотступно сопровождают каждого рыцаря Ордена. Там и следует "пощупать" на предмет той самой побрякушки, за которую Вальдеку  посулили  плату, вышедшую даже за рамки его совсем не бедной фантазии.
      Он крадучись двинулся вперед. Мягкие башмаки не издавали ни единого звука, и Вальдек скользил по коридорам, словно тень. Впрочем, надобности в бесшумном передвижении не было. Увидеть его не мог никто, слишком мал был штат слуг в особняке. Престарелый  дворецкий, едва ли не ровесник дома, кухарка и ее дочка, молоденькая девушка, исполняющая обязанности горничной. Все они благополучно спали в своих комнатах на первом этаже.
      Но вот и  заветная дверь в спальню. Вальдек остановился, прислушиваясь к  старому особняку, и склонился над замком.
-Уф!.. – пробормотал он через несколько минут, убирая в карман инструменты. – Вот и все. И как удачно все прошло…
    Тишину нарушил едва слышный щелчок и дверь со скрипом отворилась.
    Вальдек снова замер, но с постели слышалось спокойное  дыхание – молодой человек крепко спал, разбросав сильные руки по кровати.
    На  счастье Вальдека луна светила прямо в окно и уже через  пару минут он знал, где лежит то, зачем он пришел. Вот он ключ, лежит себе на прикроватном столике, отливает тусклым старым серебром. Дело сделано.
- Прости, паладин, ничего личного, - прошептал он, наклоняясь над спящим и протягивая руку  за ключом. - Не знаю уж, кому ты перешел дорогу, но ребята они серьезные, это я могу тебе подтвердить!
      Едва пальцы Вальдека коснулись гладкой металлической поверхности, глаза рыцаря открылись. Мгновение в них еще отражались грезы, но потом они сверкнули бешенством, когда хозяин дома понял, что на его достояние покушаются. Еще секунду они мерялись взглядами, а затем рука Кевина метнулась к  груди  Вальдека в тщетной попытке  схватить его, но тот, очнувшись от оцепенения, ловко извернулся и, не задумываясь, бросился к окну. Ключ остался на своем месте.
      Одеяло, вот что спасло незадачливого взломщика. Оно на секунды задержало разгневанного паладина, и когда он высвободил ноги, Вальдек уже вскочил на подоконник. Второй этаж!  И внизу густые кусты шиповника!
      Но позади Краун!!!
      Вальдек спрыгнул удачно, расцарапанная о колючки щека не в счет, оглянулся на окно, и  бросился бежать прямиком через живую изгородь, оставляя на колючках обрывки плаща…

    …Только  миновав  несколько кварталов он позволил себе остановиться и перевести дыхание. Вокруг никого не было, и Вальдек  успокоился – ему совсем не хотелось попадать в руки ордена Порядка. Осторожности  ради он еще попетлял по темным улицам, убедился, что надежно оторвался от преследователей, даже если они и были, и направился в портовую таверну, где его с нетерпением ждал один из постоянных заказчиков.
Вивея
Утро следующего дня.
Портовая таверна.


Я - за зимой, а Она за весной,
А я верю врагу и не верю другу.
Вот так и движемся мы по кругу -
Я от Нее, а Она за мной.


В трактире не было ничего примечательного: шум, выкрики, разговоры. На вошедшую женщину посмотрели, но не более внимательно, чем смотрят завсегдатаи подобных заведений. Вивея часто ощущала на себе внимание. Дело было ни только во внешности, хотя она была привлекательной, и в городе одевалась так, чтобы подчеркнуть свою профессию и красоту. По ее убеждению, Кирион отвык от песен бардов. Диктатура убивает желание творить так, чтобы об этом знали все. Тираны слишком любят навязывать что и как писать и петь. Никто из творцов еще не мог безнаказано вольнодумничать. Вея попросила принести ей вина, прошла к удобному столику и села так, чтобы хорошо видеть входящих в трактир. Ей пришлось подождать какое-то время, прежде чем появился встрепанный, явно торопившийся Вальдек Калаверли. Как только молодой человек подошел ближе, Вивея невольно сглотнула и опустила голову:
- Что с тобой случилось?
- Порезался..
- Это я заметила. Ты промыл рану? - она подала платок и плотнее закуталась в плащ, оставив свободной лишь руку, которая держала бокал с легким вином.
Вальдек промолчал, прижимая платок к ране на щеке. Вея оглядела таверну, ей вдруг стало не по себе:
- Что тебе удалось выяснить? - она даже накинула капюшон.
Услышав глубокий вздох собеседника, молодая женщина посмотрела прямо на него.
- Погиб. Или был казнен, что сути не меняет, - голос парня был глухим, с ноткой сочувствия.
Действительно: суть дела не меняется. Вивея опустила глаза, рассматривая сжавшуюся в кулак руку. Сделав над собой усилие, девушка медленно выпрямила пальцы и тихо сказала:
- Да прибудет с ним Свет. - достала и протянула оговоренную ранее оплату за выполненную работу. - Прощай, Вальдек.
Но едва она успела сказать эти слова, как дверь в трактир распахнулась, пропуская очередного посетителя. Рыцарь Ордена Порядка даже если бы не хотел - обратил на себя всеобщее внимание. Вея почувствовала желание не просто уходить, а бежать. В трактир вошел Хранитель. Такой же как и она, за исключением того, что его вряд ли преследовали и пытались поймать. Рыцарь двигался так стремительно, что ошеломил менестреля. Ей показалось, что стоило только поднятся - как он уже был рядом. Его ладонь легла на ее пальцы, красноречиво удерживая девушку на месте:
- Вам лучше остаться.
Вея внимательно посмотрела в его лицо:
- Полагаю у меня нет выбора? - происходящее не походило на то, что ей представлялось в кошмарах. И самое главное: кажется в этот раз искали другого человека. Досадное совпадение.
- Да, выбора нет.
Вежливо, но непреклонно. Его рука осталась лежать на ее руке, Вея села обратно, безмолвно уже наблюдая за тем, как этот рыцарь красноречиво посмотрел на Вальдека. Последний оказывается тоже вскочил, но вид у него был странный. Девушке показалось, что ее знакомый испытывает смущение, удивление, боль и возмущение одновременно.
- Сел, - рыцарь был до безобразия краток.
Вивея проследила за тем, как Вальдек плюхнулся на место, оглянулась на входную дверь и вновь посмотрела на рыцаря и сыщика. Последнего она знала чуть лучше. И ее удивляло то обстоятельство, что он так сбит с толку. Многие в империи и за ее пределами занимались осуществлением разных работы - были наемниками. Кто-то в сфере раследований, шантажа, кто-то связывался с более опасными мероприятиями. Девушка была уверена, что Вальдек относится к первому сорту наемников. Он был сведущ в делах разведки и вызнавания тех или иных событий. Вея задумалась о собственном легковерии и предубеждениях, пропустив начало диалога. Но когда она очнулась, то поняла: упущенно было немногое. Вальдек Калаверли явно был смущен и подавлен появлением представителя Порядка:
- Сэр.. я.. - и совсем уж тихо, себе под нос пробормотал. - Это невозможно. Так быстро найти меня..
Рыцарь смог услышать лишь первую часть сказаного:
- Залез в мой дом.. Пытался совершить государственное преступление.
Последние слова заставили Вальдека выпрямится и немедленно ответить:
- А что вы хотите? Я выполнял заказ.
- Исполнение подобных заказов награждается десятками лет "отдыха" на островах, - тон, которым были сказаны эти слова, заставил Вею снова посмотреть на рыцаря. Он явно не шутил, но что-то в его голосе давало понять, что больше всего ему хочется разобраться в происшедшем, а не слепо вершить правосудие. Девушка попыталась освободить руку, которую удерживал неожиданно возникший собеседник, но он снова ни грубо, но явственно показал, что этого не нужно делать.
Вивея перевела дыхание: да, в умении кратко или безмолвно отдавать приказы рыцарю было не отказать. Калаверли в свою очередь тяжело вздохнул, пожимая плечами:
- Я знаю. Но я рискнул.. Слишком хорош был гонорар.
- Да, все любят деньги, - согласился молодой рыцарь, но не дал отклонится от темы. - Кто тебя нанял?
- Сэр.. - длительная запинка. - Вы же понимаете что я не могу вам сказать. Если я скажу - потеряю репутацию.
Ответ прозвучал спокойно:
- Если не скажешь - потеряешь свободу.
Вальдек красноречиво коснулся шеи, словно вдруг ощутив на ней ошейник:
- Но, сэр, кражи не произошло. Ключ остался у вас.
Рыцарь молча продолжал смотреть на молодого человека. Кажется лишь взгляд стал чуть пристальнее. Вальдек не выдержал и опустил глаза. Паладин вновь тихо повторил, усиливая акцент на первом слове:
- Кто это был?
Плут мотнул головой. Вея подумала, что он борется с собственными сомнениями:
- Сэр, если я скажу - мы сможем договорится?
- Имя - и иди на все четыре стороны.
Вальдек тихо, едва слышно:
- Имя.. Если бы я его знал, - и громче. - Это была женщина, судя по всему - молодая, а возможно и красивая. У нее очень яркое, примечательное кольцо.. Но больше я ничего не знаю.
- Не густо.
- Сегодня она должна прийти за выполненной работой, - отпарировал Вальдек, стараясь сохранить выдержку и самообладание.
Рыцарь досадливо нахмурился:
- У нас нет этого дня, - это заставило менестреля очень внимательно посмотреть на удерживающего ее человека. Но ничего, кроме досады, ей ни удалось увидеть и понять. Он уже снова обратился к Вальдеку:
- Ты свободен.
Плут не замедлил воспользоваться разрешением и быстро удалился.
Кевин Краун
Кирион. Таверна в портовом районе.
Утро.


    Когда дверь таверны захлопнулась за уходящим Вальдеком, Кевин смог, наконец, перевести взгляд на свою нечаянную пленницу. Рыцарь невольно улыбнулся. Поистине непредсказуемо плела судьба свой узор в эти дни. Сначала совет, Порча, Арберн, потом эта нелепая кража, и вот теперь под занавес хранитель, точнее, как выяснилось, хранительница Пятого Ключа, в погоне за которой он провел прошедшие дни:
- Я искал вас всю эту неделю, - сообщил он, убирая свою ладонь с узкой холодной руки девушки.
    Она была среднего роста, довольно хрупкого сложения и непрестанно куталась в плотный серебристо-серый плащ. Вероятно, промозглый и ветреный Кирионский климат плохо сказался на ее здоровье.
- Неделя будет следующей ночью. Я не хотела быть найденной, - голос мелодичный и мягкий. Хранительница откинула капюшон. Хороша собой, но Кевин лишь утвердился в своей мысли о ее возможном недуге. Те люди, что полностью здоровы, не бывают столь бледны, а девушка, чуть качнув головой, продолжила, - Я, к сожалению, не могу отдать то, что нужно от меня вашему королю.
- Императору, - машинально, по привычке, поправил Кевин, - Ключи принадлежат кирионскому престолу.
      Лежавшая на столе ладонь девушки сжалась в кулак так крепко, что побелели костяшки пальцев, а выражение лица ее стало упрямым:
- Рэггам узурпатор, - решительно, даже с каким-то вызовом произнесла она, - Тот, кто убил своего отца, не может быть законным королем.
- На его стороне закон и Орден.
        Да, тот самый Орден Порядка, что со времен первой Порчи делал все, что бы ее остановить, тот, который всегда был бесстрастным судом Империи, ее справедливостью и щитом, но как то незаметно для себя стал даже не мечом, а топором палача в руках признанного им монарха.
      Вероятно, на лице рыцаря отобразилась вся гамма испытываемых им противоречий, его собеседница невесело улыбнулась:
- Меня зовут Вивея Линес, я менестрель и служу Свету. А вы не представились. Любопытно было бы знать имя того, кому я буду обязана честью познакомиться со знаменитым «имперским правосудием».
        Преступившая, - понял Кевин. Одна из тех, кто после поражения Ордена Света ушел в старую Пустошь. Чернокнижники, вампиры и воины мертвых земель, питающиеся плотью созданий Тени. Здесь в Кирионе им не давали иного выбора, кроме как принять смерть.
- Я Кевин Краун, Третий Ключник.
      И без того не маленькие глаза хранительницы на мгновение удивленно распахнулись, но высказать свое мнение она не успела. В таверну ввалились двое городских стражников, решивших, судя по раннему времени, пропустить пару кружек местного дрянного эля перед службой.
- Они своевременно, - Вивея испытующе посмотрела на рыцаря, - Исполнишь свой долг перед короной? - смелая, держится бодро и прямо, несмотря на то, что боится.
- Нет.
      Кевин сказал это раньше, чем осознал. Он мог бы вернуть ее Ключ туда, где тому место. Ему простили бы за это выходку в Совете, и он продолжал бы делать то, что делал изо дня в день все эти годы, волевым усилием закрыл бы глаза на Порчу, на политику Рэггама и на всеобщее правило невмешательства. Он попробовал бы жить так, будто прошедших двух дней не было бы вовсе, так как жил его дед, а после отец… Но Кевин не хотел так жить. Не хотел закрывать глаза или обрекать кого-то на смерть.
      Он качнул головой в подтверждение своих слов, и задал последний интересовавший его вопрос:
- Зачем вы приехали в Кирион?
      Вивея, похоже, успела отойти от удивления, и теперь вновь смотрела на него, прямо и казалось даже с неким любопытством:
- Я искала человека, но мои дела здесь закончились, - вздохнула она, - Сегодня мне нужно уходить.
- Тогда нам обоим стоит поторопиться.
      Выходя вместе с хранительницей из таверны, Кевин подумал о том, что покинуть город нужно не позднее полудня, что бы обогнать Арберна хотя бы на сутки. Слишком мало, но лучше, чем ничего.
      Он не сомневался, что за попыткой похищения Ключа стоит никто иной, как командор Стражи Теней, и в том, что доказать это теперь будет невозможно. Арберн не раз открыто высказывался, что как Ключник он был бы полезнее для Кириона, но дальше слов не доходило никогда. С отъездом из столицы все поменяется.
      Кевин поймал себя на мысли, что это совершенно не пугает его. Вероятно, он был из тех, кому приятен дым сжигаемых за собой мостов.
Dangeon's Master
В этих местах присутствует сила
В этих местах кончается сон
Для тех, кто слаб, это место - могила
И это крепость для тех, кто силен (с)


Кирион.
Полдень того же дня…


    День приближался к середине, но, несмотря на то, что погода в Кирионе была по-летнему безоблачной и теплой, в Зале Первой Клятвы царил холодный гнетущий полумрак. Черные рунные колонны, контрастная мозаика пола, паутина застывшего серебристого узора на стенах - с приходом старости Рэггам полюбил это величественное безжизненное место, помнившее всех, кто правил Империей до него. Один шутник при дворе как-то изволил заметить, что последний из династии Кирионов уже так стар, что невольно тянется к могильным сводам. Что ж, в итоге острослов узнал истинный холод склепа гораздо раньше своего императора.
    Рэггам задумчиво провел пальцами по черной стали своего клинка. Когда-то давно, в те годы, когда он был еще молод и оставался жив еще его отец и старший брат, темный народ далекой земли обещал чужеземному принцу, что это проклятое лезвие вычертит его судьбу такой, какой он для себя пожелает. И это сбылось.
    Император Кириона не знал любви и дружбы, но все его враги давно обрели свое место под могильными плитами. Земля и камни этого города поглотили не только их тела, но и саму память о большинстве тех, кто посмел бросить Рэггаму вызов.
    Он не на мгновение не жалел об этом, и думал теперь лишь о том, сумеет ли дожить до дня, когда и его последний противник, вновь воскресший в виде восставшей на юге Порчи обретет свой окончательный конец.
    Шаги… Мерные удары окованных сталью сапог о каменный пол отвлекли старого правителя от тяжелых мыслей. Никто кроме Арберна не мог набраться смелости без предупреждения беспокоить его здесь, и это действительно был он. Верный пес - безотчетная злоба, стальные зубы и хватка покрепче, чем у боевого мастиффа, но главное все помыслы и желания его прямы, примитивны и видны насквозь. Всегда проще приручить тех, кому есть чего хотеть.
    Император мог бы в конечном итоге обеспечить своего темного поборника властью, силой и возможностями сверх того, что тот мог представить, но сытая собака перестает быть злобной, поэтому главе Стражей Тени перепадали лишь кости.
- Ваше Величество, - Арберн опустился на одно колено, быстро склонил и вновь вскинул темноволосую голову, - У меня дурные новости.
      «Дурные-то может и дурные, - усмехнулся про себя Рэггам, - Но глаза просто светятся плохо скрываемым торжеством. Не иначе, тебе они на пользу».
- Говори.
- Ваш третий ключник Краун, покинул столицу час назад. Не один. Вместе с той шпионкой Преступивших, чьи связи в столице мы пытаемся обнаружить уже несколько месяцев. Мои агенты проследили их встречу в одной из портовых таверн. Их связным был некий Вальдек Калаверли, частный сыщик, сын разорившегося купца.
      Император снова усмехнулся. Да, в конечном счете, нет ничего приятнее, чем видеть, как твой соперник завяз в болоте по шею. Большее удовольствие Арберну могло бы доставить лишь собственноручное участие в окончательном утоплении, к чему он и приступил с завидным энтузиазмом:
- Как я понимаю, это не все? – осведомился Рэггам.
- Не все, - кивнул рыцарь, - Эта девушка, похоже, Хранительница, та самая, которую вы приказали Крауну найти.
- Нашел. В этом ему не откажешь, - холодная усмешка скользнула по лицу правителя, - Мне нужны доказательства.
- Будут, я только что отрядил людей и за беглецами, и за их подельником.
- Надеюсь, ты не позволил себе приказать им больше того, на что имел право? – император пристально посмотрел на своего пса исподлобья. Арберн не выдержал взгляда, досадливо дернул щекой… Стало быть позволил.
- Ты можешь делать с ними все, что хочешь, - голосом бесстрастным, как сталь, проговорил Рэггам, - Но я желаю, что бы ты помнил, что должен заниматься прежде всего тем, что я тебе приказал. Не тяни с Труарой, иначе я прикажу сделать с тобой тоже, на что ты так любишь обрекать своих врагов.
- Я отправлюсь сегодня же, - низкий поклон, едва скрываемое раздражение на свою оплошность.
    Рэггам любил подталкивать своих людей к противостоянию. Нет лучшего стимула быстрее выполнить свою работу, чем желание обойти в этом своего врага.  Любая вражда в конечном итоге выявляет сильнейших, самых достойных. Это закон жизни.
    Старый император молча наблюдал, как высокий мужчина в темном латном нагруднике и плаще быстро идет прочь, не задаваясь вопросом увидит ли его в будущем.
    И ни один из них не заметил, как с каменной арки над головой правителя слетела маленькая белая птица, бесшумно и точно скользнувшая к узкой прорези окна.
Вальдек
Кирион. Портовый квартал.
День.


    День близился к  обеду, когда в конторе  Вальдека Калаверли отчетливо звякнул колокольчик на входной двери.
    Сыщик, все утро проведший в невеселых раздумьях о последнем, с таким треском провалившемся контракте, скривился. Меньше всего ему хотелось принимать клиентов. Наоборот, думалось забиться в самую дальнюю щель, желательно где-нибудь в порту Кириона и переждать какое-то время, пока в не забудется его оплошность. Так опозориться ночью,  дать так скоро себя найти и в конце концов совершенно потерять лицо, выдав заказчика –  надо суметь. Да еще на глазах у парней из таверны. Теперь ни один серьезный клиент не обратится к нему. Карьера погублена напрочь!
    И не только карьера. Вполне возможно в опасности его жизнь и свобода… Нет, нужно скрыться куда-нибудь подальше, пока все это не забудется. Год, возможно два и можно будет вернуться…
- Ты сыщик  Вальдек Калаверли?
    Молодой человек  вздрогнул от неожиданности и поднял глаза. Прямо перед ним  стояла молодая светловолосая эльфийка, одетая в светло-бежевый замшевый костюм, украшенный затейливой вышивкой. По виду костюм походил на охотничий, тем более его дополняли высокие мягкие сапожки, но кто знает этих эльфов, возможно, это новая городская мода, тем более под курточкой  видна  белоснежная шелковая блуза.
    При виде красивой женщины всегда хочется улыбнуться, что Вальдек и сделал:
- Да, меня так зовут. Вальдек  по фамилии Калаверли. Чем могу быть полезен столь прекрасной  девушке?
    Эльфийка оставила без внимания его потуги, уверенно села к столу и сказала, глядя прямо в глаза Вальдека.
- У тебя неприятности.
- Какого рода? И кто мне их доставит? -  молодому человеку нередко сулили кару небесную, и он давно научился не реагировать на такие пассажи. – Я вас не знаю…
    Он осекся. Это вполне могла быть его таинственная заказчица из таверны. А раз так, то неприятности действительно не замедлят. И хорошо, если дело закончится только возвратом аванса.
    Однако, следующие слова девушки заставили его вскинуть голову:
- Знаешь сэра Арберна?
- Наслышан, но лично не знаком. Но что нужно блестящему командору Стражей Тени от скромного сыщика? Я ему дорогу не переходил.
      Эльфийка по-кошачьи прищурилась:
- Зато имел дело с Преступившими, и даже, говорят, оказал им ни одну услугу. Поэтому сэр Арберн жаждет встретиться с тобой. Его люди скоро будут здесь. У тебя есть полчаса или гораздо меньше…
    При этих словах с Вальдека слетела вся его напускная бравада. Иметь  дело со Стражей Теней ему совсем не хотелось, слишком уж страшные слухи ходили об этих воинах. Он вскочил  и кинулся  к окну, занимая  наблюдательную позицию за выступом стены, так, что бы видеть улицу.
- Ох!.. Проклятье!..
    Эльфийка ошиблась. У него не было получаса. Несколько рыцарей  в  черных плащах приближались  к  двери его дома.
- Леди, я не знаю, почему вы меня предупредили, но…Спасибо вам!
    С этими словами  Вальдек очутился у двери, закрыл все засовы и опустил решетку, память о тех годах, когда на месте его конторы была отцовская лавка. Что бы не рассказывали об Арберне,  якобы  владеющем странными техниками боя, мощная дубовая дверь и кованые прутья толщиной в палец задержат его на несколько минут.
    Вальдек лихорадочно огляделся  по сторонам. Нет времени на сборы, поэтому хватай, что необходимо в первую очередь. Длинный боевой кинжал в ножны на пояс, ручной арбалет в торбу. Кошели с деньгами за пазуху. Все, готов!
Дверь затрещала под сильными ударами.
- У тебя есть задняя дверь?- в глазах и голосе гостьи не было ни намека на испуг, лишь легкое любопытство.
- Есть, - Вальдек кивнул, ухватил ее за руку (простите, леди!)  и потащил к лестнице в подвал, - Но туда мы не пойдем. Нам вниз!
    В подвале  было темно, но Вальдек не задержался и на секунду, даже для того, что бы зажечь светильник. Он и так знал дорогу, а его спасительница эльфийка, и значит, видит в темноте не хуже кошки.
- Смотрите, леди, - Вальдек отодвинул одну из бочек и нажал на неприметный выступ. Кусок каменной кладки неожиданно легко повернулся на оси, – Этот проход обустроил еще мой  батя, когда занимался не совсем легальными делами в порту. Он ведет в подземелья, а по ним мы сможем выбраться за городскую стену. Идемте!
      Он пропустил эльфийку вперед, повернул за собой камень. Шанс, что про подземный ход знают их преследователи, минимален, а в кромешной тьме подвала его найдут очень не скоро. Если вообще найдут…
    Через несколько десятков шагов Вальдек  облечено вздохнул, наконец засветил факел и увидел, что его спасительница брезгливо осматривается.
- Надеюсь, мы не в канализации?
- А что, вы боитесь испачкать свои изящные сапожки? – к Вальдеку постепенно возвращалась его бравада.
- Эти сапожки стоят больше, чем ты, твоя контора и этот твой подземный ход.
      Взгляд, которым одарила сыщика эльфийка, заставил его смущенно хмыкнуть.
- Простите, леди, я не хотел вас обидеть. Я нахожусь в несколько в расстроенных чувствах после всего, что случилось и, кажется, забыл правила хорошего тона, не поинтересовавшись вашим именем, - он запнулся, подумав, что красавица имеет полное право сохранить инкогнито и был порядком удивлен, когда девушка ответила.
- Меня зовут Рилана Аррьильен.
- Дочка посла Маэледана? – Вальдек даже присвистнул. –  Но… в таком случае, повторюсь  - что нужно такой девушке от скромного сыщика в бегах?
    Взгляд эльфийки снова полоснул по молодому человеку почище иного кинжала.
- Вчера ночью ты пытался ограбить моего друга.
- Кевин Краун, твой друг?..-обреченно протянул Вальдек. - Жаль…Я уж подумал, что ты меня спасла из каких-то высоких побуждений. А оказывается, все дело в этом проклятом Ключе. Но ведь сэр Кевин отпустил меня…
    Рилана фыркнула:
- Высоких побуждений от кого-либо ждать действительно не стоит. Но касаемо остального, я здесь для того, что бы ты не попал в руки Арберна. Это может стоить неприятностей вам обоим.
-Значит ли это, что я свободен и дело с Ключом закрыто? – Вальдек хотел уяснить все окончательно, и оттого был настойчив, хотя в голосе его почувствовалось явное облегчение.
- Силы и Тени! Ты печешься о чем-нибудь кроме своей шкуры?
- Да, - молодой человек покивал, - Пекусь. Если буду свободен, то смогу найти Крауна и рассказать ему о Стражах Тени. Это небольшая плата за то, что он сделал для меня.
      Девушка снова фыркнула, по лицу ее было заметно, что в благородные помыслы ей верится с трудом.
- Сам то понимаешь, во что по ушки вляпался? – улыбнулась она, - Впрочем, это недурная мысль, если будешь с нами, Арберну точно ничего не расскажешь.
- Я понятия не имею, что у вас за дела с этим Ключом и почему все так хотят его заполучить,
- Вальдек пожал плечами. -  Но раз уж «вляпался» придется идти до конца…. Но твои слова звучат так, словно ты знаешь, где можно найти рыцаря Крауна и возьмешь меня с собой. Если так, то я твой. Гони, не уйду!
Девушка вздохнула,  откинула белокурую прядку  с лица, и сказала:
- Кто-то обещал вывести нас за город. Времени мало. Веди.
- Идем, - к Вальдеку вернулось самообладание, и он уверенно двинулся  в темноту городских подземелий.
Вивея
Пригород Кириона. Южный тракт.

Дикая птица не дастся - смотри и жди.
Нежно приманивай. Шепотом. Шелком фраз.
Помнишь как в сказке: забросил свой невод и...
Пена морская. И тина. Но в третий раз...
©



    Они покинули город без каких либо сложностей через главные ворота и двинулись по тиерштадскому тракту на юг, к озерной долине. Их догнали лишь спустя три часа, ближе к вечеру - четверо всадников в дорожной одежде и бело-золотых плащах императорской сыскной службы. Кевин натянул поводья, останавливая своего норовистого вороного, и обернулся к преследователям, потом привычным движением откинул полу плаща, открывая украшенную колесом гарду меча, доказывающего его принадлежность к Ордену.
- Кевин Краун, рыцарь Порядка. Чем обязан? – он говорил уверенно и спокойно, выжидающе глядя на них.
- Джон Тервер, сыскная служба, - сухо представился один из сыщиков, совершенно седой усатый мужчина лет сорока, и почтительно наклонил голову, - Вы столь быстро покинули столицу, сэр, будто за вами тени гнались.  Я думал, уже и не догоним. Куда вы направляетесь?
    Ничего угрожающего не было в его голосе, но Вея заметила взведенные арбалеты в руках двоих из сыщиков и разномастное холодное оружие, какое каждый из них держал на виду.
- В Тиерштадт. У вас есть какие-то причины препятствовать мне?
- Сожалею, сэр. Но ваша спутница должна поехать с нами.
    Вивея собралась, крепко сжав пальцы на луке седла, приготовившись в любой момент дать шпоры своей серой лошадке, но рука рыцаря решительно перехватила поводья. Девушка гордо вскинула голову и, стараясь не смотреть на своего попутчика, звонко спросила:
- Рэггама Кириона заинтересовали мои песни?
- Она под защитой Ордена, Тервер. При необходимости, я возьму на себя ответственность.
- Сожалею, - повторил сыщик, - У нас распоряжение свыше. К вам все это не относится не малейшим образом. Не вынуждайте нас применить силу.
      Кевин нахмурился:
- Не вынуждайте и вы меня.
      Никаких слов больше сказано не было, все произошло очень быстро. Тервер дал знак рукой, щелкнули спусковые крючки двух ручных арбалетов. Один из болтов звякнул о стальной наплечник Кевина, другой о налобник его коня. Вивея вскинула свой короткий лук, целясь в одного из стрелков, и спустила тетиву. Боковым зрением она видела, как вороной рыцаря рванулся вперед. Укушенная им лошадь сыщика резко дернулась в сторону, опрокидывая на землю своего седока. Тускло блеснуло в сумерках широкое лезвие отмеченного символами Порядка меча. Про Кевина Крауна в Кирионе ходили правдивые слухи, владение клинком было у него в крови. Столкнувшись со следующим противником,  он принял удар тяжелого цепа на щит, резко развернул коня, вкладывая в движение их общую силу, и нанес единственный прямой удар, от которого человек, тихо охнув, завалился назад.
    Последний оставшийся в живых имперец нашел единственно возможным выходном швырнуть в сторону ставший бесполезным арбалет и дать коню шпор, спасая свою жизнь. Вея прицелилась было ему в спину, но опустила лук. До столицы три часа пути, через столь долгое время кто-то все равно найдет трупы на дороге.
- Едем? - голос ее звучал приглушенно. Казалось, девушка едва сдерживается.
    Кевин молчал. Он спешился и осторожно, даже несколько заторможено, перенес тела на обочину и привязал рядом испуганно храпящих лошадей. Тервер, погибший под копытами его вороного выглядел почти неузнаваемым, двоим другим повезло больше. Но как бы то ни было, никому из них уже нельзя было помочь.
    Рыцарь долго смотрел на убитых им каким-то пустым отсутствующим взглядом, пытаясь машинально отереть с кольчужных перчаток кровь, и очнулся лишь когда Вея подошла к нему, положив руку на плечо.
- Нам нужно торопится, - она хотела бы сказать другие слова, но для них не настало время.
    Она была и удивлена тем, что произошло. И обрадована заступничеством паладина. Но одновременно чувствовала щемящее сочувствие к этому сильному мужчине, который сейчас ничего не мог сделать, пойдя против своих же. Было и еще одно чувство, заставляющее ее торопиться, но про него не следовало говорить вовсе. Со второго раза Краун услышал ее. Все так же молча вернулся к своему коню и вскочил в седло. Вивея, уважая его боль, больше ни промолвила ни слова. До позднего вечера они ехали, не оглядываясь и не спрашивая никого.
    Вскоре пришлось свернуть с тракта, углубляясь в небольшой, позолоченный осенью лес. Остановились путешественники на отдых, проехав глубже под сень деревьев. Точнее остановился паладин, который пристально посмотрел на свою спутницу. Вея по-своему истолковав его взгляд, мимолетно улыбнулась и тихо сказала:
- Я в порядке.
    Но Кевин только покачал головой, скидывая плащ, и протянул его девушке. Она удивилась, но молча спешилась со своей серебристой лошадки и принялась собирать ветки для костра, чтобы устроить места для отдыха. Время от времени, девушка внимательно смотрела на рыцаря, который разведя огонь, сел возле него и принялся приводить в порядок свое оружие. Движения его были размеренны, спокойны. Но Вея почему-то думала, что молодой человек по прежнему напряжен. Разложив собранные ветки, девушка накрыла их плащами и сама подсела к костру:
- Ты жалеешь, что помог мне? - решилась спросить.
- Нет, но я сожалею что они не оставили мне другого выбора.
    Вивея взяла тонкую веточку, играя с языками пламени. Серые глаза девушки отсвечивали то огненным, то багровым светом:
- Благодарю тебя, Кевин. Я испугалась там… на дороге. И благодарю тебя за то, что испуг оказался напрасным, - смотрела прямо в его лицо, не мигая. На бледных щеках ни появилось румянца, руки так и не согрелись, заставляя ее бросить ветку, с которой она играла, и обхватить колени, - Но я плохой попутчик. Мне нужно известить магистра Света… и помочь тем несчастным, которых еще можно спасти. Если порча снова пробудилась - нужно найти способ и избавится от нее. Рыцари света, - голос ее серебристо задрожал на этой фразе, - не замедлят прийти на помощь в этой беде.
- Конечно. Я тоже направлюсь в Труару и сделаю все что смогу, - заканчивая чистить и точить меч, проговорил паладин.
    Вивея не скрыла своего удивления, улыбнулась светло, но растерянно:
- Что ты за человек, Кевин Краун? - покачала пышноволосой головой. - Не похож ты на тех, о ком мне рассказывали.
    Молодой рыцарь негромко спросил:
- Кого же ты ожидала увидеть?
    Рассмеялась, посмотрела на него сквозь ресницы:
- А сам не догадываешься? - перекинула гитару, касаясь чуткими пальцами струн. - Ни люди, а звери служат имперскому трону. Страшными учениями взращивают воинов своих. Таких, что и смерть их не возьмет. Скорее они - само воплощение смерти.
    Резко зазвенели струны, но Вея прижала их рукой, успокаивая:
- Не злись на меня за эти мысли… Мне приятно, что я так ошиблась. И больно, что думала такое, - вновь мелодично и тихо зазвучала мелодия. Девушка напевно, в тон мелодии промолвила. - Значит у нас с тобой до поры до времени - одна дорога, - еще несколько аккордов. - Ложись, отдыхай, Кевин. Если музыка не мешает - я немного поиграю. Мне это помогает успокоится.
- Хорошо, - он сдержано улыбнулся, - Но не забудь отдохнуть и сама. Ты выглядишь уставшей.
    Девушка кивнула, продолжая тихо перебирать струны. Она видела, как рыцарь аккуратно убрал меч в ножны, взял седло, устраивая его в изголовье, и удобно улегся на своем плаще. Вея заиграла мягкую, напевную песню. Деревья сторожко ловили звуки, не пуская их далеко. Струны напевали душе девушки, успокаивая и даря отдых, о котором она могла лишь мечтать.
Рилана
Таверна недалеко от Южного Тракта.
Тем же вечером.


      «Достояние Дшата» - единственный в округе постоялый двор, примостившийся на окраине поселка Большой Холм. Он оказался не настолько хорош, как поговаривал его хозяин, но вместе с тем много лучше большинства иных заведений,  какие строят вдали от городов. Сытная деревенская еда, добротная грубоватая мебель, звериные шкуры и вездесущий запах лампового жира. Рилана видела десятки таких мест во время своих странствий с родителями. Оно вполне подходило, что бы послушать сплетни, пополнить запасы и дать несколько часов постоя лошадям.
- Не устаю удивляться, как легко люди переворачивают все с ног на голову, - вздохнула эльфийка, когда они с Вальдеком, наконец, вернулись в отведенную им для отдыха комнату. Попытка узнать хоть что-то конкретное о происшедшей днем потасовке на дороге не увенчалась особым успехом.
        Молодой человек хмыкнул, расположился в кресле у окна, так что бы видеть лежащий внизу двор:
- Полагаете из-за Крауна весь сыр-бор?
- Да, если только мы не знаем еще кого-нибудь на роль рыцаря-отступника, способного нажить себе столько неприятностей в течение одного дня.
        Бывший сыщик усмехнулся:
- Кандидатов и правда не толпа….
- Повариха болтала трактирным девкам, что этих ребят сожрали Тени, - донесся рычащий голос, при звуках которого Вальдек уже в который раз опасливо покосился на двери.
      Рилана наблюдала за тем, как третий их спутник – Ферн  бесшумно вошел в комнату, рухнул на звериную шкуру, расстеленную у камина, и широко зевнул, намеренно продемонстрировав двуногим крупные острые зубы.
- Бред какой, - нахмурилась Риль.
- Да-да, - кивнул головой Ферн, - Вышли из леса, каждая размером с дом, выли и стонали, проглотили людей живыми, а выплюнули мертвыми.
    Ферн выглядел, как пятифутовый в холке снежный волк, с внимательными светлыми глазами и шкурой почти идеально белой. Говорил на имперском зверь вполне сносно, с тихим прирыкиванием, и был уже настолько крупным, что если бы не стремился в любую свободную минуту прыгать, кататься по земле и порой даже гоняться за собственным хвостом вполне сошел бы за взрослую особь своего вида.
      Родитель Ферна - Ангрир некогда сопровождал отца Риланы в его странствиях во время первой порчи, и четверо его щенков прижились рядом с эльфами в Совиной башне, но хоть и вымахали каждый размером с мула, но все одно оставались не более, чем опасными, но несмышлеными детьми.
- Если это были они, то опережают нас часа на три, не больше, - заметил Вальдек, - И скорее всего с закатом встанут на отдых.
    Рилана кивнула. Этот неунывающий парень с почти по-эльфийски сложной фамилией Калаверли, ей нравился. Только одна мысль не давала покоя. Вальдек был достаточно сообразителен, что бы держать на плаву свое дело в Кирионе и избегать все эти годы внимания стражи и Ордена, осторожен до боязливости…, но все же вляпался в историю с ключом по предложению девицы, которую не знал и часа.
    Деньги? Ри еще раз окинула взглядом своего спутника, его добротную одежду, щегольскую охотничью шапочку с пером и пару кинжалов. Нет, не похоже, что он столь уж нуждается. По крайней мере, не настолько, что бы всерьез рисковать своей шкурой, за которую столь истово печется. Во всем этом было что-то неверное, иррациональное даже. Можно было заподозрить колдовство, но Ри не была столь уж одаренной чародейкой, что бы опознать его следы спустя столь долгое время.
      Вопросов пока было больше чем ответов. Гораздо больше.
- Ты прав, нам нужно ехать. Отдохнем, когда найдем Кевина.


    Стемнело.
    Мощеный серым камнем широкий и прямой Южный тракт, связывающий столицу с Тиерштадтом, до сих пор оставался самой безопасной дорогой в Империи. Но Рилана была рада свернуть с него на одну из лесных троп. Слишком уж приметен был их небольшой отряд для посторонних глаз. Девушка вздохнула с облегчением, углубившись в полутьму ясеневой рощи, было приятно вновь оказаться там, где обстоятельства на твоей стороне.
    К счастью Вальдек не спрашивал, как его спутница столь безошибочно определяет, куда следует ехать. Рилане вполне хватало того, что вскоре ей придется объясниться с Кевином, рассказать всю правду о причинах пребывания ее семьи в Кирионе. Сложнее, чем может показаться. Много раз прежде, как и теперь, она задавалась вопросом, знает ли Краун, что за ключом он владеет, и о том, какая история связана с этой невзрачной полоской серебристого металла, которую он так давно носит на шее.
      Тревожная теплота поискового камня оторвала ее от раздумий. Рилана взглянула на тонкий подобный стрелке камешек в своем кольце. Он больше не казался неподвижным, а чуть вибрировал, указывая вперед. Совсем близко.
      Небольшая поляна показалась спустя несколько минут. Костер почти погас, но в неверном дрожащем свете догорающих углей вполне можно было разглядеть двоих спящих людей, мужчину растянувшегося на настиле из сухих веток и женщину, прислонившуюся к древесному стволу.
      Первыми Ферна почуяли их лошади. Вороной Кевина тревожно заржал, перебирая ногами, дремавшая рядом с ним белая лошадка испугано метнулась к деревьям. Надо отдать двоим беглецам должное, реакция обоих была неожиданно быстрой. В случае с девушкой, на взгляд Риль, даже слишком быстрой. За то время, пока паладин, очнувшись, схватился за меч, его спутница успела вскочить на ноги и отшатнуться назад, в тень.
- Кевин, это я, - негромко произнесла Рилана, входя в освещенный огнем круг. Вальдек и Ферн шли за ней.
      Лицо рыцаря Порядка за несколько мгновений отразило целый спектр эмоций - напряжение, удивление, после вздох облегчения и улыбку:
- Но… Ри. Не подумай, что я не рад, но почему ты здесь? И главное, - Кевин перевел взгляд на Вальдека, - Почему здесь он?
      Плут широко ухмыльнулся, несомненно собираясь что-то ляпнуть в ответ, но Риль прервала его:
- Так вышло. Я все расскажу.
- Было бы неплохо. Вивея, все в порядке, это друзья.
        Девушка подошла ближе. Из ее движений пропала та неожиданная стремительность и точность, что была в них еще несколько мгновений назад. Но Рилана была уверена, что зрение тогда не обмануло ее. Она услышала как Ферн, глядя на незнакомку, низко зарычал. Шерсть на загривке волка встала дыбом.
- От нее пахнет смертью, - тихо проговорил зверь.
- Мы сражались сегодня, - согласился Кевин с едва ощутимой в голосе горечью, - Люди погибли.
      Эльфийка молча кивнула и успокаивающе прикоснулась к волчьей голове:
- Да, вероятно так. Тише, Ферн.
    Вивея сделала еще пару шагов вперед, смерила Рилану долгим пристальным взглядом, чуть наклонив голову:
- Вы быстро нас нашли, - настороженно заметила она.
- Это было не сложно. Вы оставили следы.
- Хватит, - Кевин выдохнул, - Я рад, что все мы встретились, раз уж двигаемся в одном направлении. У нас нет причин сейчас не доверять друг другу. Ведь так?
Вальдек
Три дня спустя.
В лесу.


          Если смотреть, не отрываясь на огонь, то в беспорядочном  мельтешении языков пламени можно увидеть картинки будущего. Или прошлого, кому как повезет. Так говорили мудрецы и так писали в книгах. Вальдек, горожанин до мозга костей, во все эти романтические сказки не очень верил. Что, спрашивается можно высмотреть в пляске огненных языков, кроме самого огня? Верно, ничего не высмотришь, только глаза устанут.
          Однако против натуры не попрешь и Вальдек, коротая долгие часы ночных  дежурств, часто сидел у костра и любовался сине-алыми переливами пламени. Никаких картинок из прошлого или из будущего он, разумеется, не увидел, зато осмыслил свое непростое положение.
            Кевин ему не доверяет, это понятно. Было бы странно, если бы человек, у которого пытались стащить принадлежащую ему, очень ценную вещь, сразу же после неудачной попытки, проникся к похитителю симпатией, по братски раскрыл объятия и со слезами нам глазах вручил ключи от всех замков.  Тут все понятно. И ничем не заслужить доверия, кроме как беспорочной службой.
Но вот другие…
          Риль, как, ни странно, приняла Вальдека. Сыщик, профессионально фиксирующий взгляды и выражения лиц, не раз и не два замечал на лице у эльфийки приязненное выражение. Да и в разговорах мелькали фразы, из которых можно сделать вывод, что он ей не противен. Это смущало Вальдека, тем более что Рилана Аррьильен, его спасительница, к слову, была по настоящему красива и умна. И несколько раз посещала сны незадачливого плута.
            А вот Вея, наоборот.
            Девушка, казалось, должна была быть более ласковой с Вальдеком, ведь они знакомы уже порядочно времени и плут доказал, что близко к сердцу принимает проблемы бардессы. И не раз, не два исполнял ее опасные поручения.
          Но Вея замкнулась. Нельзя сказать, что она совсем закрылась от Вальдека, нет, она была равна и дружелюбна с ним, но молодой человек рассчитывал на большее. В тайне, он даже мечтал о том, что она кинется к нему на шею, расцелует или еще как-то иначе проявит свои чувства. Вместо этого сухое «здравствуй, Вальдек». Обидно!..

          Может быть всему виной был  тот факт, что Вея, как оказалось, тоже была ключником. Вальдек узнал о ее ключе совершенно случайно,  когда в очередной раз бросил взгляд на грудь девушки. Верхние пуговицы платья были расстегнуты,  и Вальдек увидел две тугие манящие округлости. А в ложбинке между ними притаилась металлическая пластинка. Не такая,  как у Кевина, но, без всякого сомнения, являющаяся ключем. Впрочем, рассмотреть получше плуту не удалось. Вея почувствовала его взгляд, нахмурилась, укоризненно посмотрев на Вальдека, застегнула платье и гордо вскинула подбородок.   

      Так и получалось, что Вальдек, за время путешествие все больше был рядом с Риланой. Общался с ней, шутил, оказывал мелкие знаки внимания и все больше и больше проникался уважением к эльфийке, наслаждаясь ее гордой, несколько холодноватой красотой «снежной королевы» и цепким и дерзким умом. Но что-то останавливало его, не давало по настоящему сблизиться с Риланой Аррьильен.
          Быть может виной, то самое, впитанное с детства, неприязненное отношение к эльфам, бытующее у людей его круга. Или его останавливал  огромный белый волк, при виде которого Вальдека до сих пор пробирала дрожь. Пусть он еще щенок, как говорит Риль, но размером с лошадь и клыки у зверя, огромные и острые, как боевые кинжалы. И взгляды, которые волк бросал на Вальдека, когда он находился  рядом с Риль были далеки от радушия. Или что-то еще, плут пока не разобрался в своих чувствах.
          Но он знал одно – если Рилана ответит ему взаимностью, пусть, даже лишь намекнет на возможность временного союза, он свернет горы, что бы добиться достойного положения в обществе и предложить ей связать себя узами брака.

          Внезапно Вальдек поймал себя на мысли, что вновь размышляет о ключах и о том, сколько можно выручить за эти железки на черном рынке. А уж если найти тех, кому они нужны, так вообще можно озолотиться и тогда станет возможным сделать Рилане предложение. Конечно, сначала надо найти этих людей, а это непросто даже  для такого профессионального сыщика, как он. Но… но почему нет? Если поставить перед собой цель, то рано или поздно найдешь все, что тебе надобно.
        Чем больше он размышлял об этом, тем больше идея ему нравилась. Правда из глубины сердца тоненький голос разумной  осторожности что-то вещал об опасности мероприятия, чести и достоинстве, но горячий хмель удачи и золотой блеск ключей затмевали все мысли, заставляя рассудок двигаться лишь в одном направлении.
            Плут воровато огляделся. Кевин Краун раскинулся на походном плаще, положив под голову седло. Паладин спал, утомленный дорогой и выпавшими на его долю испытаниями. Вальдеку даже  жалко его стало: попал в такую заваруху. Не всякий выдержит, вон в прошлую ночь совсем не спал, переживал.
            Рилана, как обычно устроилась на дереве, ей, эльфийке, сон не был нужен, и молодая красавица предпочитала медитировать подальше от людей. Ферн, белый волк бродил где-то в ночи.
            Вея, спала, укутавшись одеялом в отдалении  от полыхающего костра.  Девушка постоянно мерзла, но, не смотря на это, предпочитала ночевать  как можно дальше от костра  и в одиночестве. Как не предлагали Кевин с  Вальдек спать  вместе, подразумевая лишь тягу к теплу, Вея отказывалась на отрез. Сначала Вальдек расстраивался и немного обижался, но теперь подумал, что оно и к лучшему. В темноте и в одиночестве проще будет обтяпать свои делишки и снять с шейки Веи ее ключик.
            Приняв решение, плут поднялся на ноги. Стреноженные лошади паслись немного в стороне от лагеря, и Вальдек быстро заседлал свою серую в яблоках кобылу. Теперь предстояло самое сложное.
            Плут на цыпочках приблизился к Вее и присел над ней, прислушиваясь к дыханию девушки. Та ровно дышала, не подозревая о коварстве того, кого считала своим другом. Вальдек грустно улыбнулся, и осторожно погладил Вею по плечу и приподнял одеяло. Показалась щека девушки, прикрытая светлым локоном и шея, на которой тускло светилась цепочка ключа.
            Он протянул руку.
Кевин Краун
Той же ночью…

    Кевин открыл глаза.
    Последние ночи его сон был тревожным и некрепким. Но в этот раз он проснулся не из-за треска сухой ветки в костре или близкого крика испуганной чем-то ночной птицы. Его разбудил Ключ. Металл стал холодным, настолько, что, казалось, к шее прижали осколок льда. Рыцарь коснулся пластины рукой, убеждаясь, что это не сон, приподнялся на руке, осматривая лагерь, и… услышал короткий крик.
    Служба в ордене приучила Кевина в таких случаях первым делом хвататься за меч, это было даже не привычкой, чем-то вроде приобретенного рефлекса, выручавшего его не раз в прошлом. Но в этот раз его оружие было бесполезно.
    Им не страшна сталь, - подумал Кевин, приближаясь и сознавая, что не успеет.
    Тот короткий невольный вскрик принадлежал Вальдеку. Теперь их горе-попутчик пятился назад от существа, которое еще недавно казалось обычной смертной девушкой. А Вея двигалась быстро, слишком быстро.
      Сыщику спас жизнь ее первый удар, невероятно сильный, отбросивший молодого человека назад на несколько шагов, но нанесенный по-человечески, тыльной стороной руки. Используй она когти, и Вальдек сейчас захлебывался бы собственной кровью из разорванной глотки.
- Вея, остановись.
      Кевин шагнул наперерез своей недавней спутнице, закрывая собой растянувшегося на земле плута, старательно отползавшего в сторону, и Вивея действительно замерла, но в темно-алых глазах ее плескался гнев. Рыцарь подумал, что даже в истиной своей форме она привлекательна, иной, холодной и хищной нечеловеческой красотой, и мысленно усмехнулся над собой. С тем же успехом можно заметить совершенство клинка в последнее мгновение жизни, за секунду до того, как он принесет тебе смерть.
- Давай поговорим, - глупее не придумаешь, но ничего другого не оставалось.
      Взгляд глаза в глаза, если оторвешься все кончено. Совсем, как в глупых побасенках тенеборцев из Ордена, только сейчас это происходит на самом деле. Кевин никогда не был хорошо подкован по части нечисти, но основам его обучили. Мысли стали удивительно ясными. Будто чужими:
      Она двигается в три раза быстрее тебя. Ты стоишь против нее без доспеха, в одной рубашке, располагая оружием неспособным причинить ей вред. Ты не успеешь прочитать молитву, и даже если успел бы, она не спасла бы тебя после всего, что ты сделал. Первый удар Веи станет последним для тебя и предпоследним для Вальдека… Тени, чем он ее так разозлил?
    Не отрывая взгляда, Кевин воткнул меч в землю, продемонстрировав пустые руки:
- Я не хочу сражаться. Что случилось?
    Вивея тихо зарычала, ее бледное лицо не становилось спокойнее, но все же она коротко выдохнула:
- Верните Ключ…
      Кевину потребовалась пара секунд, что бы понять. Он выругался, но не мог сейчас даже обернуться, только протянул в сторону руку:
- Вальдек, Ключ, - гнев Веи, похоже, передавался ему самому, - Быстро.
      Холодная бронзовая пластина коснулась его ладони спустя несколько слишком длинных секунд. Не отрывая взгляда, не сжимая пальцев, очень медленно рыцарь протянул ее хозяйке:
- Возьми.
      Позднее Кевин понимал, что Ключ ему Вее стоило бросить, не позволять себе физически соприкоснуться с ней. Но к моменту, когда он подумал об этом, было поздно.
      Боли не было, только кровь, хлынувшая из глубоко распоротой бритвенно-острыми когтями ладони. Вея застыла в полушаге от него, вдыхая тяжелый запах, противостоять которому не свойственно ее природе. Что-то неуловимо менялось в ней, в глазах… в гневе, который мгновенно превращался в голод.
      Вот и все. Кевин, несомненно, испытал бы ужас, если бы у него было на это время.
    Стрела, вонзившаяся в землю в шаге от них, полыхнула ослепительно ярким дневным светом. Вея вздрогнула, дернулась в сторону и… исчезла, словно распалась ночным туманом на глазах…  Рыцарь вздохнул. Не «словно», а именно так и было. Она ушла.

      Ночь подходила к своей середине. И в наступившей тишине стал слышен треск валежника в костре и храп лошадей. Кевин чувствовал, как лица касается прохладный ночной воздух, после все же пришла боль. Рука, хорошо, что левая, горела огнем. Где-то позади отряхивал себя от земли и сухих листьев Вальдек. Рыцарь обернулся к нему с уже затухшим желанием добавить и от себя причитавшегося, но в итоге только сплюнул и отмахнулся рукой. Горбатого могила исправит. Сегодня уже едва не исправила их обоих. Калаверли подался чуть вперед, собираясь явно что-то объяснять, но Кевин не готов был слышать:
- Будет лучше, если ты сейчас промолчишь, - неожиданно спокойно проронил он. Плут на свое счастье внял этим словам.
      Ясность мыслей прошла, оставив после себя гудящую пустоту, и усталость. Все недосказанности последних дней - бледность Веи, ее холодные руки и отсутствие усталости - сложились в одну мозаику. Но если бы она того хотела, убила бы своего спутника уже давно.
      Он вспомнил вдруг россказни тех, кто вернулся в Орден с границы:
      Там в порченых землях на востоке никому нельзя верить. Они все чернокнижники, изменники и вампиры, питаются плотью созданий Тени, бегут от честного боя и бьют в спину…, - Кевин усмехнулся, - А эльфы подменяют человеческих детей своими и превращаются ночами в кошек, что бы следить за людьми. Чушь. На самом деле они превращаются в сов.
    Риль любит так шутить. Что-то из всего этого правда….
    Рыцарь перевел взгляд на эльфийку, которая быстро приближалась к нему с луком в руках. Стоило поблагодарить ее за своевременное вмешательство, но сейчас важнее было другое:
- Ты знала, - не обвинение, не вопрос, просто констатация факта.
- Да, - Рилана кивнула и мгновением спустя озвучила его собственные мысли, - Нам нужно поговорить.
      Они оставили Вальдека и Ферна присматривать друг за другом, и удалились на другую сторону поляны, к ручью. Риль обрабатывала и перевязывала распоротую когтями руку на удивление умело, почти не глядя, так словно сталкивалась с подобным в прошлом множество раз, но говорить не спешила.
- Ри, помоги мне, - медленно произнес Кевин, - Пришла Порча, а я делаю непонятно что, но хуже, что не могу уже остановиться. Я знаю, ты можешь рассказать мне хоть часть того, о чем я должен знать.
      Эльфийка кивнула, и улыбнулась было в ответ столь же устало и грустно, но спустя мгновение взгляд зеленых глаз стал внимательным и тревожным.
- Обещаю, - прошептала она, - Я выполню, о чем ты просишь, но сейчас, похоже, нам придется принимать нежданных гостей.
Кринан
Через несколько мгновений


    Огромный, лохматый кот настороженно бежал по ночному лесу. Замер, прислушиваясь. Лес предупредил его об опасности: живые мертвецы никогда не найдут себе покоя в этом мире. В мире, который они должны были покинуть. Кот мотнул головой, прижимая уши к голове и стремительно бросился вперед...
    Есть жизнь, к которой ты рожден. Та, что становится смыслом и бытием, определяя для тебя все. Кринан жил для того, чтобы дышать лесом, беречь и быть его творцом. Он был еще очень молод, но всегда знал, что ни за что не пожелал бы сменить свою судьбу. Слишком многое значила для него земля, деревья, рожденные ею, звери и птицы, живущие в лесах. Он - друид.


    Кринан знал, что в облике лесного кота - он бесшумен, незаметен и быстр. Но выходит девушка-эльф могла заметить даже тень. И он не стал прятаться, хотя уже видел, что его цель в очередной раз потеряна. Молодой друид перевоплотился и шагнул к воину и эльфийке:
- Похоже я опоздал, - серьезные, темно-карие глаза внимательно осмотрели молодого воина, чью кровь он почуял издали. И, вспомнив о принятых в мире правилах, друид наклонил голову, представляясь. - Кринан, друид круга. Я пытался предотвратить это..
    Он указал на раненную руку:
- Ничего более страшного не случилось? - говоря, он продолжал прислушиваться к лесу.
    Но деревья и звери молчали. Их никто не пугал и не настораживал.
- Далеко вы ушли от круга. Для этого должна быть веская причина? - мелодичный голос эльфийки вернул друида к тому, что происходит в данную минуту перед ним.
    Кринан взглянул на нахмурившего воина, затем на его спутницу:
- Да. Я пытался выследить и ... обезвредить ту, которую при жизни знал, как Вивея Линес. Ее участь очень печальна. Она была добрым, отзывчивым человеком. Но стала страшной угрозой, - он в свою очередь нахмурился, - мне казалось, что именно сейчас она показала своей истинный облик. Неужели я ошибся? Наверное, я должен объяснится, но честно говоря, думал, что иду по верному следу.
- В чем же ее преступление? - устало промолвил воин.
    Друиду понадобилось время, чтобы понять о чем его спрашивают. И он несколько минут молча смотрел на рыцаря так, словно перед ним человек совершенно не понимающий простых слов:
- Она - вампир. Разве вы этого еще не знаете?
- Знаю. Но на вопрос ты не ответил.
- Это и есть преступление. Преступление против всех живых и самой жизни, - Кринан вздохнул, подумав и решившись еще пояснить. - Вампиры питаются тем, что высасывают кровь у людей. На мой взгляд - это ужасно. Особенно, когда это делает девушка, которая раньше была одним из самых добрых существ, - серьезный взгляд стал печальным. - Уверен, что она сама несчастна от того, какой стала.
    Кринан еще что-то пробормотал, но совсем тихо. Лишь чуткое ухо эльфийки смогло уловить фразу: "Проклятый лорд.."
- И по твоему - это достаточная причина, чтобы самому осуждать на смерть? - воин поднялся, собираясь куда-то уходить. - Она не причинила нам зла.
    Его слова удивили друида, который еще раз посмотрел на пораненную руку, потом перевел взгляд на эльфийку. Казалось, что ее он считает более разумной и здравомыслящей. Рыцарь уже пошел, явно не желая продолжать разговор. Но друид явно был еще и упрямым, слегка коснувшись руки серебристоволосой красавицы:
- Он не был укушен? Его словно заворожили..! - в его голосе слышалось изумление.
    Но эльфийка была не расположена к разговору, ограничившись коротким:
- У нас произошел досадный инциндент.
    Если Кринан и хотел что-то сказать, то не успел. Впрочем ему не составило следа узнать где расположились его случайные знакомые. И через короткое время, возле лесного костра появилась его фигура. Одежды, сшитые из шкур зверей делали друида и самого похожим на большого, очень серьезного зверя, пытающегося найти что-то или кого-то. Появившись у костра, он очень внимательно всех осмотрел, еще раз поклонившись уже знакомым ему воину и эльфийке, мягко подошел к молодому человеку. Лицо его говорило или об очень серьезном ударе, или о том, что он совсем не умеет ходить: вся правая часть лица была опухшей, тревожно-синеватого цвета:
- Меня зовут Кринан, - негромко сказал друид. - Что с вами случилось?
    Молодой человек как оказалось не мог даже говорить, беспомощно махнув на неожиданного собеседника рукой. Кринан вздохнул и полез в свою сумку:
- Минуту, - длинные пальцы достали какую-то траву, размяли ее и сполоснули водой из фляжки. - Приложи. К утру опухоль пройдет, останется только боль.
    Друид явно был очень упорным и упрямым. Но ответил ему не парень, а все та же эльфийка, неслышно подошедшая к ним:
- Ему еще мало досталось, - она взяла траву, которую протягивал для лечения Кринан и ловко приложила ее к щеке раненного. - За что боролся - на то и напоролся.
    Кринан был малоискушен в тонкостях переговоров, но ему послышалась издевка в голосе красавицы. Друид покачал головой, чувствуя что его не понимают. Но к этому он привык: люди, посвятившие свою жизнь лесу, никогда не могли понять "этикета общения" города. Размышляя таким образом, друид отошел к костру и присел возле него на короточки, продолжая чутко слушать лес. Уходить он явно не собирался. Скорее наоборот, темные глаза внимательно осматривали все.. пока не наткнулись на огромного, белоснежного волка. Увидев его, друид несколько секунд рассматривал зверя, прежде чем очень вежливо наклонить голову. Наверное именно так: молча, вежливо, почтительно в незапамятные времена первые люди приветствовали божественных животных.. только Кринан не испытывал и доли опасения, лишь уважение и почтение. Волк отреагировал на поклон незнакомого ему человека и важно приблизился:
- Это честь для меня, - негромко сказал Кринан. Ему было известно, что такие волки более чем разумны. - Позволь узнать и твое имя?
- Ферн, - кивнув головой с не меньшей, но несколько шутливой чопорностью, отозвался волк.
- Мое - Кринан, - друид снова прислушался к лесу и вздохнул. - Люди так невнимательны и неосторожны.
    Он замолчал, явно собираясь ждать тут какого-то знака или зова, который бы показал ему куда идти, чтобы достичь своей цели. Волк совсем по щенячьи почесал себя за ухом и безмолвно опустился на землю. Кринан же застыл, схожий скорее с деревом, чем с живым человеком.
Вивея
Поздно ночью.

Ночь темна перед рассветом,
Звезды гаснут по одной,
Где взять сил, которых нету,
Как бороться с пустотой?©


    Лес в ночи загадочен и жутковат. Прохладный ветер изредка шелестит ветвями деревьев и затихает, прислушиваясь к тому, что окружает его. Зверинные крики, шорох шагов, неожиданный треск ветки и чей-то жалобный стон. Много что может услышать ветер. Услышать или почувствовать? Ощутил ли он мертвенный холод, сковавший воздух возле молодой сосны? Деревце скрипнуло и вновь замерло, когда около него возник невысокий силуэт, закутанный в длинный, темный плащ. Голова скрыта под капюшоном. Но кажется лес знает кто появился из воздуха. Существо медленно, с усилием подняло голову, тряхнув ею. Скрывающая лицо ткань упала, обнажив распустившиеся, русые волосы. На бледном, как мрамор лике темнели лишь черные провалы глаз. Существо издало страннный звук - стон или мольба - и произошло преображение. Возле сосенки, дрожа от внутреннего напряжения, стояла очень бледная, хрупкая девушка. Из-под складок плаща показалась рука, вцепившаяся в деревце. Девушка закрыла глаза и тихо, мелодично запела. Песню без слов, страшный зов, которому никто не может противостоять. Она звала к себе человека, единственного, перед кем ей хотелось сейчас появится. И она знала, что будет услышана. Песня-зов медленно заполоняла собой мир, замерший и безмолвный. Никто не мог бы видеть обесиленной девушки, ожидающей возле неподвижной сосны. Мир живых отступил перед чародейством потусторонних сил.

    Через некоторое время раздались шаги, особенно слышимые в наступившей тишине. Девушка перестала петь, но зов все еще окутывал мир, следя за тем, кто появился. Молодой человек шел, как во сне. Как только он приблизился на расстояние слышимости, женский голос резко оборвал безмолвие:
- Ни шагу дальше, Кевин Краун!
    Вероятно пришедший испытал желание вскочить, но он уже был на ногах. Осталось только встряхнуть головой и оглядется. Картина увиденного не порадовала рыцаря, но на лице его не было ни гнева, ни осуждения:
- Могла бы и просто позвать, - промолвил Краун, потирая виски.
    Вивея наклонила голову набок и невесело улыбнулась:
- Именно это я и сделала.
    Как ни странно это было, но ответил он с улыбкой:
- Вероятно у нас разные представления о простоте.
    Девушка зябко укуталась в плащ, набрасывая капюшон на голову:
- Я хотела извинится и попрощаться, Кевин, - она резко, свистяще выдохнула. - Мне нужно было признаться тебе.. но это так трудно. Я стала такой относительно недавно. Меня спас лорд Дэрин.. и ключ. Так случилось, что я оказалась в месте, где был убит прежний Хранитель. И я знала, что это за вещь. Как и знала, что он не должен попасть в неизвестные руки, - Вивея вновь вздохнула. - Я взяла его, желая отнести к магистру Ордена Света. Но не смогла. Пустоши полны чудовищных тварей.. когда меня нашел Дэрин - я умирала. По его словам, Ключ уже выбрал Хранителя снова.. и выбрал меня. Я дала слово, что сделаю все возможное для того, чтобы сохранить Ключ и не стать.. чудовищем. А, встретив тебя, я дала себе еще одно слово: мне хочется, чтобы Проклятие исчезло.. вместе с Ключами.
    Это был уже третий вздох и судорожное передергивание плечами. Девушка или нервничала, или слабела прямо на глазах.
- Ты очень помог мне, Кевин Краун, и я не хотела чтобы мы расстались врагами. Прощай.
- Подожди. Мы оба знаем, что в происшедшем нет твоей вины, - Кевин сделал по направлению к ней пару шагов, - Такую правду как у тебя, я вероятно тоже побоялся бы раскрыть. Но у нас, как прежде, одни цели, и если мы разделимся это лишь сделает сильнее наших врагов.
    Вивея задрожала и стало заметно, что под плащом ее руки крепко сцеплены на груди:
- Наших врагов сделает сильнее любая наша слабость. А то.. что я из себя представляю - скорее слабость, а не сила для обычных людей, - невесело усмехнулась. - Твои опасения подтвердились, Кевин, на юге живут монстры, питающиеся человечиной. Не рискуй своими попутчиками. Мне.., - вновь свистящий вдох, - я стараюсь, но мне очень трудно.. держаться. А я должна.
- Представляю, сколько тебе пришлось вынести, - рыцарь нахмурился, - Дед рассказывал мне про Лорда Пустошей. Они сражались вместе, во времена первой порчи, он говорил что Дэрин, хоть он и вампир, был благородным человеком. Я... могу помочь тебе без особого вреда для себя. 
    Молодая певица не могла поверить своим ушам:
- Ты хочешь дать мне своей крови? - удивление плескалось в грустных глазах. - И не боишься? И.. - встряхнула головой, пушистые пряди рассыпались. - Я не понимаю: почему ты помогаешь мне?
- Я уже сказал, нам стоит держаться вместе. Мы все не без греха, и не без своих скелетов под кроватью. То, что я предлагаю лучший выход для всех нас, - Кевин улыбнулся, - Возможно, я просто люблю держать ситуацию под контролем.
    Такие минуты называют бесконечными: короткие мгновения, когда ты осознаешь, что в мыслях, представлениях - все представлялось другим. Ей показалось, что из таких запоминающихся минут и составляются потом песни. Вивея смотрела на рыцаря, пытаясь справится с желанием тут же ответить "да, помоги мне". Если она так набросится на это предложение - станет очевидным насколько силен в ней голод. Голова ее опустилась на грудь, когда она вспомнила как давно последний раз "подкреплялась". Вампиры не плачут? Так почему так сильно чешутся глаза.. и жжет в груди? Голод? Слезы? Девушка невольно освободила одну руку, обхватила лоб, пытаясь сдержать слишком противоречивые желания в душе. Но скоро выбор стал очевиден: просто, легко и дружески к ней протянулась рука. Девушка затрепетала, бросила взгляд на стоящего перед ней рыцаря. Ничего кроме участия и желания помочь ей - прочесть ни удалось. Кевин действительно желал и делал то, что делал. Вивея большим усилием заставила себя осторожно взять протянутую руку, но склонилась к ней - слишком стремительно. Через минуту-другую дрожь прошла, молодая вампирша смогла успокоится и сделать еще лишь пару "глотков" живительной влаги, прежде чем отпустить руку рыцаря. Ей было трудно сказать даже пару слов, вместо этого ее пальцы на миг крепко сжали пальцы Кевина, но тут же отпустили. Вивея отвернулась, испугавшись своего порыва. Ее пожатие было ледянным и вряд ли могло сойти за благодарность. Девушка тихо сказала:
- Ты спас меня. Благодарю, Кевин.
- Не стоит, - он снова улыбнулся, перетягивая руку широкой тканевой повязкой, - Нам нужно вернуться, пока не хватились. Предлагаю на время оставить это нашм секретом, а то в наш лагерь приблудился друид, нервно относящийся к твоей природе.
    Вивея вздохнула, вновь кутаясь в плащ:
- Догадываюсь о ком ты говоришь. Идем, - и подумала: "И к лучшему, если он остановит меня. Вдруг я не справлюсь и стану чудовищем".
    Но ни одно слово больше ни нарушило тишину леса. В нем слышались только шаги.. и привычные вздохи деревьев, зверей и птиц.
Это текстовая версия — только основной контент. Для просмотра полной версии этой страницы, пожалуйста, нажмите сюда.
Русская версия Invision Power Board © 2001-2020 Invision Power Services, Inc.