IPB

Здравствуйте, гость ( Вход | Регистрация )

2 страниц V  1 2 >  
Тема закрытаОткрыть новую тему
> Прологи: Дыхание Времён, или все, что было в начале...
Летописец
сообщение 03.04.2006, 16:31
Сообщение #1
Призрак
Персонаж Игры
Неофит
*


Пол:
Сообщений: 5






События до 21 числа месяца Нолаире 347 года...
Пользователь в офлайне Отправить личное сообщение Карточка пользователя
Вернуться в начало страницы
+Ответить с цитированием данного сообщения
Мелфегор
сообщение 03.04.2006, 20:55
Сообщение #2
Демон
Персонаж Игры
Неофит
*


Пол:
Сообщений: 16


Отец всякой лжи



346 год от Великой Битвы.
Небесная крепость Ангелов Смерти.


      И был закат, и был рассвет… День за днем, бесчисленное количество временных отрезков, отмеряемых светилами, которые все также отмеряли свой путь по небесам этого мира. Уже триста лет восходящее солнце наблюдали глаза, которым не нужно было прищуриваться, чтобы смотреть на огненный шар, медленно взбирающийся ввысь. Мелфегор усмехнулся.
      - Неизменно… - прозвучал голос.
      - Абсолютно неизменно, – согласился тот, кого называли Отцом Лжи, - Еще один рассвет, точно такой же, как и сто тысяч предыдущих. Как бы мне хотелось однажды увидеть небо иного мира, но нет… Мы заточены здесь, не в силах ничего изменить… Да, Астерлита, что-то сделать могут лишь люди, а мы бессильны… Великая головоломка Творца, шарада, которую я не способен сложить… Иногда мне кажется, что он сделал ее специально для меня.
      - Творец бесконечно мудр, – она согласилась. – Зачем придумывать загадку, если не можешь ее разгадать?
      - Верно. – Мелфегор кивнул. – Остается надеяться, что мы на верном пути. Денебрион! До чего на сей раз, докопался твой изощренный ум? – признанный глава Ангелов-Смерти уважал своих сотоварищей, но иногда подшучивал над ними. Ангел Знаний зачастую слишком глубоко уходил в свои изыскания, размышляя над какой-то проблемой целые годы, пока не находил решение. Сейчас Денебрион склонился над множеством книг, в беспорядке раскиданных по полу их небесной крепости, быстрый взгляд бегал от одной к другой, страницы шелестели, переворачиваясь, послушные малейшему движению ресниц. То, на что у людей уходили многие годы, Ангел Знаний постигал за минуты, а Мелфегор с Астерлитой потом подкидывали магам разгадки, которые те в дальнейшем объявляли за свои, думая о видениях во сне, где им столь многое открылось…
      Все остальные знали, что Денебрион на пороге очередного открытия, поэтому Мелфегор приказал остальным покинуть небесную крепость и отправиться в мир людей. У Шебироса, Фардиары, Естолио и Талентора были свои задания, Селсерис предпочитал бродить в одиночестве, ценя превыше всего свою собственную независимость и помогая остальным только тогда, когда в этом была уж совсем крайняя необходимость.
      Взгляд Мелфегора прорезал толщу облаков и падал на землю. Эта часть Асколета была известна, как Акпид – владение магов. Да, ему нравилась эта страна, гораздо больше, чем сонный Форкосон, где влачили жалкое существование земледельцы, которыми повелевала кучка вырождающейся знати. Акпид менялся постоянно – в головах магов кипело множество идей, которые они спешили реализовать. В столице, название которой менялось с каждым новым главой Совета, ежедневно строились новые здания – взамен старых, которые тут же сносились. Эти люди без всякой глупой жалости относились к древностям и прочей рухляди – если прежнее мешает новейшему, прежнее должно быть уничтожено. Истинно так, а ведь Ангелы Стражи чуть ли не хороводы водят вокруг любой ерунды, если ей больше столетия…
      Заточенные в этом мире, они отыскивали путь вовне, намереваясь покинуть Асколет, но единственно возможный выход – Цитадель, называемая Вечной, силой Творца была недоступна для ангелов. Тогда Мелфегор предложил дать людям возможность исследовать это странное здание, но его идеи вызвали раскол в рядах слуг Творца. Мир разделился – на тех, кто хотел действовать и на тех, кто хотел оставить все как есть, на магов и рыцарей. И война не заставила себя ждать.
        Более трехсот лет назад магам пришлась по вкусу идея исследовать Цитадель, и началось – подпевалы Эсфирота грудью встали, чтобы только не допустить сторонников Мелфегора к Цитадели. Конечно, между собой ангелы воевать не стали – подобный конфликт был бы самоубийственным, кроме того, они обязались не трогать воинов иной стороны – без крайней на то надобности. Они были способны остановить друг друга и только. Война началась – и продолжается безрезультатно до сих пор. Никто не получил преимущества. Вот поэтому Денебрион и изучал древние рукописи, оставшиеся от тех времен, когда Цитадель стояла в ином мире. В ином случае ими бы топили камин, но возможно в этих пыльных свитках и в самом деле была разгадка…
      - Не знаю… - Денебрион поморщился. – Стиль древних весьма художественен, но совсем не конкретен. Может быть, Селсерису это бы и понравилось, но я обнаружил лишь какую-то муть, двусмысленную и глупую. Какие-то хранители, какая-то сверхсила. Обычные сказки… Единственное, что заинтересовало меня – это довольно подробное описание некоего галаксита…
      При этих словах Астерлита вздрогнула, что, конечно же, от Мелфегора не укрылось. Предводитель Ангелов Смерти почувствовал, что сейчас им откроется что-то очень важное, и предчувствие, как обычно, не обмануло его.
      - О нем упоминал Ультимар. – как обычно, при упоминании этого Ангела Стража, Астерлита смутилась. До раскола они были очень близки, но теперь она ненавидела его, считая, что он ее предал, и поэтому всякий раз смущалась, будто думала, что другие осудят ее за прошлое. Ошибка – Ангелы Смерти никогда не смотрят на чье-то прошлое, им важно лишь будущее. – Мы сражались, и он пытался меня убедить в своей правоте. Выкрикнул что-то про этот галаксит, а потом сам испугался своих слов – и убежал, как обычно, – она презрительно хмыкнула.
      - Значит это и правда важно, – в голове Мелфегора как будто завертелись миллионы шестеренок – созревал очередной гениальный план. Он уже читал описание галаксита, тут же вспоминая, что видел его заключенным в скипетр короля, свойства этого необычного камня тоже подходили для осуществления его нового плана. Не прошло и секунды, как Мелфегор хитро ухмыльнулся, оглядывая своих соратников и мысленно призывая недостающих, которые могут пригодиться в готовящемся действе.
      Верховный Ангел Смерти уселся на свой трон, закинув ногу за ногу и откинув одну руку чуть в сторону, растопырив пальцы – так он выглядел особенно импозантно.
      - Этот галаксит способен помешать осуществлению нашего главного плана. - Мелфегор прищелкнул пальцами. – Следовательно, он должен исчезнуть. Но просто спрятать его где-то у нас – это слишком банально. Насколько я знаю, принц Рафаэль, сын нынешнего короля Маттиаса, грезит о новых землях, мечтает снискать славу первооткрывателя новых земель. Мой план прост, и поэтому осуществим – подменим камни, дадим галаксит Рафаэлю, а Маттиасу оставим пустышку. Когда настанет его черед воспользоваться артефактом – произойдет пшик.
      - Откуда мы возьмем замену? – спросила Астерлита. – Как я понимаю, изготовить даже что-то похожее на этот галаксит – труднейшая задача.
      - Подделка уже существует. – Мелфегор улыбался. – Не зря я столько лет бродил в личине простого странника по землям рыцарей – я узнал великое множество разных секретов, про галаксит, конечно, я не ведал, хотя подозревал, что Стражи нашли какой-то мощный артефакт, оставшийся от древних времен. Помниться, когда-то один король ухитрился справиться с драконом Блаазра, отправив его обратно к создателю. Мы думали, что это действие Цитадели – но нет, это все галаксит.
      - Так что насчет подделки? – Денебрион нетерпеливо переминался с ноги на ногу. – Она существует?
      - Была такая история, связанная с тем, что один король решил заменить символы  королевской власти – отдал свой меч, а себе приказал выковать роскошный скипетр, чтобы покрасивше был. Кончил он плохо, но вскоре после этого, заместо гигантского рубина, что украшал этот скипетр, появился иной камень – как теперь оказывается, галаксит. Все дело в том, что в мече тоже оставался такой же камень…Видимо, кто-то из Ангелов Стражей сумел получить подделку. Что ж – мы сделаем наоборот – возьмем поддельный камень из меча, который, кстати, валяется в герцогской сокровищнице без дела, вставим лже-галаксит в скипетр, а настоящий – выдадим Рафаэлю. Быть может парень, действительно найдет выход их этого мира, значит, наша проблема решиться сама собой.
      - И все это провернем прямо под носом у Ангелов Стражей? – Астерлита улыбнулась.
      - Да, нужно будет их отвлечь. – Мелфегор встал. – И если камнями займусь лично я, то нашими глупыми братьями и сестрами придется заняться вам. Вот что я надумал – вместе Ультимар, Дагратур и Эсфирот вполне способны разгадать наш план – нам надо их разделить, хотя бы на короткое время…
      - Если они будут вместе и смогут проанализировать все наши шаги, то догадаются, – подтвердил Денебрион. – Но если они будут действовать по одиночке, цельная картина у них не сложиться, и обнаружат они подделку не слишком скоро – ведь чтобы найти что-то, надо знать что искать.
      - Они не будут знать, что мы делаем, – кивнул Мелфегор. – И я кое-что добавлю от себя – отводящие глаз чары. Итак, моя дорогая Астерлита – призови все свое терпение, тебе предстоит снова увидеть Ультимара. Пошли ему весточку – назначь встречу на другом конце мира, заболтай его и потом отправить обратно – чтобы он запутался и ничего не понял. Шебиросу и Фардиаре придется устроить небольшую бучу на границе территорий магов и рыцарей, я думаю грозный Эсфирот лично отправиться туда, чтобы покарать виновных и спасти невинных… Я же в это время, оставшись незаметным, проникну в Соорг, а затем и в Трейнион… Разговор с Рафаэлем оставим на потом, когда камень будет у нас.


--------------------
Не остаться в живых если вдруг гроза
Так не стой, как чужой, опустив глаза
Только действиям счет, все слова пусты
Разделился весь мир, отвечай с кем ты?
IPB Image
Пользователь в офлайне Отправить личное сообщение Карточка пользователя
Вернуться в начало страницы
+Ответить с цитированием данного сообщения
Ультимар
сообщение 03.04.2006, 20:57
Сообщение #3
Ангел
Персонаж Игры
Неофит
*


Пол:
Сообщений: 8


Отчаянье лет уходит в бесконечность...



346 год от Великой Битвы.
Хардерон.


      Над бескрайними ледяными полями Хардерона вечно клубились снежные вихри, грозившие заморозить любого, кто посмел сунуться в этот негостепреимный край. Лишь лунный свет пробивался сквозь прорывы в плотных облаках, освещая снежные покровы, которые искрились и мерцали под серебристыми лучами, создавая впечатление, что все здесь усеяно драгоценными камнями.
      И слева и справа чернели бесконечные хвойные леса, ровно посередине долину пересекала замерзшая река – подо льдом еще текла вода, которую не мог сковать чудовищный мороз.
      Путнику, который брел через сугробы, на холод было наплевать – даже одет он был совсем не по погоде – легкая черная материя, плотно облегающая тело. Он совсем не дрожал, внимательно и с интересом осматривал окрестности, будто пытаясь что-то найти. Из черных облаков вырвалась молния и ударила в гигантскую скалу, которая нависала всей своей громадой над долиной. Путник покачал головой, что-то прошептал про себя, и, расправив белоснежные крылья, взмыл в воздух. Он преодолел расстояние до скалы за считанные мгновения, опустившись рядом со стоявшей на вершине девушкой. Та стояла прямо в том месте, куда ударила молния – она и была молнией.
      - Эффектно, – ехидно заметил путник. – А я предпочел просто пройтись. Здесь красиво, в Синкаторе зимы гораздо мягче…
      Гостья пожала плечами.
      - Так быстрее.
      - Быстрее, ага. – Ультимар кивнул. – Чем обязан? С чем связанно это неожиданное приглашение? В прошлый раз, кажется, ты сказала, что следующего раза не будет. Передумала?
      - Может быть, и передумала. – Астерлита растерянно посмотрела по сторонам и пошла по тропинке, которая вела к подножью скалы. – Не думаешь ли ты, что я обязана отчитываться перед тобой в каждом предпринятом мной шаге?
      - Нууу… - Ультимар двинулся за ней. – Логично. Ты меня позвала, это была твоя инициатива, следовательно, у тебя был повод изменить свое предыдущее решение. Этот повод и свел нас вместе на этот раз, и чтобы мы продолжили беседу, ты должна мне сообщить его. После чего, я бы смог изложить тебе уже мое мнение по поводу этого события, и мы бы достигли цели нашей беседы. Ничего не упустил, верно?
      - Прекрати. – Астерлита сердито посмотрела на своего спутника. – Еще слово в таком духе, и я немедленно отправляюсь обратно.
      - А что я такого сказал? – Ультимар вздохнул. – Я просто пытаюсь узнать у тебя, зачем ты позвала меня в Хардерон, на край света… Конечно, я могу предположить, что причины вообще не существует, то есть это такой каприз. В принципе – может быть, хотя я в этом не уверен.
      - А в чем ты вообще уверен? – Астерлита тоже вздохнула. – Хоть в чем-нибудь?
      - С большой долей вероятности можно предполагать, что Эсфироту не понравится моя отлучка, – продолжал весело болтать Ультимар. – Он будет сердиться. Эсфирот вечно хочет, чтобы мы выполняли только его распоряжения, можно подумать, у нас своих дел нет. Да. Впрочем, ты меня, наверное, понимаешь – у вас есть такой же Мелфегор.
      - Мелфегор никогда не приказывает, – огрызнулась его спутница. – Он просит, советует и никогда не заставляет нас делать что-то против нашей воли.
      - Аааа… - Ультимар кивнул. – Это, должно быть, означает: манипулирует нами, интригует и не мешает Фардиаре делать все, что она хочет. Я знаю, что делать с советами от Мелфегора: выслушай его и поступи наоборот!
      - Можно подумать, что ты хоть раз поступил, как он советует! – возмутилась Ангел Действия. – Ты слушаешь только Эсфирота! Ты выполняешь все, что он попросит, даже если знаешь, что он не прав!
      - Великий Эсфирот всегда прав! – Ангел Сомнения снова рассмеялся. – Ибо зло должно быть повержено, а добро непременно восторжествует.
      - О, Создатель! – Астерлита вскинула руки в отчаянии. – Ты же прекрасно понимаешь, что он бездушный идиот! Почему ты с ним, а не с нами?
      Ультимар замолчал, они уже почти дошли до подножья.
      - Наверное, потому что я должен охранять все эти земли, Астерлита. – тихо сказал он, обведя все окружающее рукой. – Творец создал нас, чтобы мы служили людям. Кто имеет сведения, что на самом деле спрятано в Цитадели? Легенды одного из миров говорят о некоем ящике, в котором были сокрыты все беды… Мы не можем знать наверняка, и в такой ситуации лучше не рисковать…
      - А как можно узнать, если вы вообще ничего не делаете?
      - Не знаю… Ответ, быть может, придет со временем… - Ангел Сомнения пожал плечами. – Рисковать, не зная точно, к чему приведут наши действия? Нет…
      - Тебя не переубедить… - Астерлита горько вздохнула. – Впрочем, стоило попытаться.
      - Тебе никогда не хватало аргументов. – Ультимар весело улыбнулся. – Нас так просто не возьмешь… Может быть, все-таки расскажешь, что случилось? Мне кажется, что вы что-то замышляете…
      - Об этом ты узнаешь последним! – вскрикнула Астерлита, и словно стрела устремилась в небо.
      Ультимар покачал головой и побрел сквозь сугробы обратно – он предпочитал прогуляться, раз уж убежал от Эсфирота – то надо пользоваться этим по полной.


--------------------
Бремя прошлых побед
Душит, словно тугая нить
Смысла жить дальше нет,
Если знать, как устроен мир.
Ослепленный мечтой -
Ты застыл на краю Земли!
IPB Image
Пользователь в офлайне Отправить личное сообщение Карточка пользователя
Вернуться в начало страницы
+Ответить с цитированием данного сообщения
Мелфегор
сообщение 03.04.2006, 20:59
Сообщение #4
Демон
Персонаж Игры
Неофит
*


Пол:
Сообщений: 16


Отец всякой лжи



346 год от Великой Битвы.
Форкосон.


      Две противоборствующие страны были разделены между собой полосой выжженной земли в несколько лиг шириной – следствие вековых конфликтов и сражений. Боевая магия нанесла незаживающую рану, и все усилия Колиарда как-то восстановить природу на этом участке пропали втуне. Здесь все было мертво – только пограничные посты, единственные островки жизни среди песчаного моря, бдительно следили друг за другом, ожидая подлого нападения.
      В этот раз угроза пришла с небес. Со скрежещущим клекотом на один из самых крупных постов опускались три крупных дракона. Испуганный вопль стражника, первого кто их заметил, был услышан – раздались четкие команды и навстречу драконам полетели первые стрелы.
      Крылатые бестии извернулись, уворачиваясь от стрел и выдохнули потоки огня, мгновенно воспламенившие деревянные стены форта. Крики ярости сменились воплями агонии – люди сгорали заживо.
      Чуть в стороне от форта застыли две фигуры – Шебирос и Фардиара. Ангел Разрушения двигала пальцами – повелевая драконами, а Ангел Ненависти наблюдал за горизонтом. Несомненно, что Эсфирот уже получил весть, о том, что происходит, и поспешил сюда – разобраться и покарать виновных. Задержать его на время, пока Мелфегору не удаться подменить галаксит – эту задачу они выполнят с легкостью.
      Стоило Эсфироту покинуть Трейнион, как Мелфегор опустился на камни главной площади Соорга. Происходящее забавляло его – смертные были слишком слабы, чтобы противостоять ему, а Ангелы Стражи блуждали во тьме, не в силах понять, что происходит.
      Он добрался до сокровищницы, словно тень просочился через стражников, двери и хитрые замки, изъял фальшивый камень из меча, и обратившись в холодный ветер, проследовал в королевский дворец.
      Хотя Мелфегор всей душой презирал архаичность и косность Стражей, и он был вынужден признать – Эсфирот и другие постарались, когда зачаровывали это место. Королевский дворец был защищен не только крепкими стенами и подъемным мостом. Давящая тяжесть опустилась на плечи Ангела Смерти, он чувствовал, что это место глубоко враждебно подобным ему. Действовать надо было быстро – хотя он очень могущественен и его силы имеют свои пределы…
      Эсфирот и Ультимар отсутствовали, но в Трейнионе был кто-то другой из Стражей, и встреча с ним была бы для Мелфегора совсем не желательной. Ангел Смерти шел по коридорам дворца, прислушиваясь к любому шороху, словно какой-то воришка. Покои короля были совсем рядом, но нужно было еще отвести глаза гвардейцам и, не разбудив монарха, поменять камни в его скипетре.
      Силы уходили, словно песок в клепсидре, руки дрожали, точно у пьяницы, а по лбу бежали капли пота. Мелфегор улыбнулся – опасность всегда привлекала его, дразнила и манила, но разве может бессмертный попасть в действительно серьезную ситуацию? Только если на карту поставлено слишком многое, как сейчас, например. И хотя он оставался, невидим, а его шаги были неслышны для людей, он действовал со всей возможной осторожностью и предусмотрительностью.
      Король спал, чуть похрапывая, скипетр вместе с остальными атрибутами власти лежал рядом с кроватью на подушке. Мелфегор взмахнул рукой – комната осветилась неярким зеленоватым светом, камни поплыли по воздуху, меняясь местами. Теперь пришла очередь отводящих глаза чар – и это было самым тяжелым. Он чуть не закричал от боли – слишком трудно, слишком все опасно – столько тонкая работа, сделай он хоть что-то неверно – Ангелы Стражи прознали бы про это в тот же момент.
      Наконец, все было завершено – можно было уходить. Оставив скипетр на подушке, он забрал галаксит – как оказалось, камень жег руку – Мелфегор с удивлением заметил, что по его нетленной плоти расползается пятно ожога. Но делать было нечего – претерпевая еще и эту неприятность, он бросился прочь из дворца – в последнюю минуту чуть не столкнулся с Овифлесой, которую Эсфирот все-таки оставил на страже королевской семьи.
      Он послал мысленные приказы Астерлите и Шебиросу, приказав им все бросить и возвращаться обратно, и уже сам собирался отправиться в их небесную крепость, как понял – что камень не отпускает его. Дернувшись пару раз, Мелфегор понял, что проклятый галаксит никуда не денется от Цитадели, пока его держит сам Ангел Смерти. Этот артефакт был сделан для людей и мог быть использован только людьми. План менялся – и в тот же миг последовал еще один мысленный приказ – Мелфегор звал Селсериса.
      Вечно мятежный и не успокоившийся ангел, который сражался с бурями и морскими волнами, бросался к самым яростным проявлением природы, чтобы испытать себя, ответил на его просьбу и поспешил в Форкосон. Мелфегор ухмыльнулся и уселся на тротуаре, словно нищий, ожидая, когда взойдет солнце и прибудет его соратник. Вместе – используя свой дар убеждения, они смогут уговорить принца отпарвиться в экспедицию на поиск новых земель и забрать с собой галаксит. Земли рыцарей без хранившего их артефакта станут совсем беззащитны – и тогда Мелфегор приведет в действие свой иной план, и Цитадель падет под неумолимым наиском магов…


--------------------
Не остаться в живых если вдруг гроза
Так не стой, как чужой, опустив глаза
Только действиям счет, все слова пусты
Разделился весь мир, отвечай с кем ты?
IPB Image
Пользователь в офлайне Отправить личное сообщение Карточка пользователя
Вернуться в начало страницы
+Ответить с цитированием данного сообщения
Рафаэль Ренсинг
сообщение 03.04.2006, 21:14
Сообщение #5
Человек
Персонаж Игры
Неофит
*


Пол:
Сообщений: 4


I pray we learn to trust



Вирессе 346г.
Трейнион.



    Пятничная ярмарка раскинулась по Рыночной площади, пестря палатками и лотками, как лоскутное одеяло. В этот день недели в столицу в обязательном порядке съезжались купцы и ремесленники со всего королевства, привозя как необходимые товары, так и настоящие редкости и диковины. Приезжали оружейники и ткачи, торговцы книгами и искатели сокровищ со своими находками. Кого тут только не было. Площадь галдела, гремела, стучала и бряцала.
    Принц Рафаэль Ренсинг в сопровождении нескольких приближенных телохранителей продвигался по Рыночной площади от латочника к латочнику, время от времени останавливаясь и разглядывая предлагаемый товар. Телохранители расталкивали особо назойливых торгашей, то и дело отвешивая оплеухи и пинки.
    Задержавшись у лотка с древними фолиантами, принц долго вертел в руках несколько особо ветхих экземпляров. Продавец в выцветшем песочном халате, худой и сморщенный, как сушеный виноград, переминался с ноги на ногу от волнения в ожидании большого куша. Молодой человек стоявший перед ним явно не сидел на мели, а добытое перекупщиком старье редко могло заинтересовать скрягу.
    - Всё вестимо из града проклятого, с самого берега окияна, Вашство, берите-берите, жалеть не станете. Самая что ни есть древнейшая древность… - бормотал он, подсовывая новые свитки.
Рафаэль, не поднимая на него глаз, отложил предлагаемые древности и указал на книгу в поношенном картонном переплете и подгоревшую по углам.
    - Сколько за неё хочешь?
    - Серебряный риял, Вашство, - сверкнул металлическими зубами перекупщик.
    - Ого! – ухмыльнулся Рафаэль, - Наглец. Ты хоть знаешь, что за книга?
    - Как не знать, книга древняя, с картинками развратными и магическими текстами… тьфу, тьфу, тьфу … убереги Эсфирот. Такой другой не сыщешь, Вашство.
    Рафаэль с трудом удержался от смеха и отдал торгашу серебряный за действительно древний винбадейский лекарственный альманах. Передав сопровождающим покупку он двинулся было дальше, но тут же уткнулся в стоящего пред ними человека. Лицо преградившего ему дорогу было скрыто капюшоном ниспадающего до пять серого халата из дорогой ткани. Сзади раздался окрик телохранителя и звон обнажаемого клинка.
    - Путь, принц Рафаэль, путь в другой мир, - прошептал незнакомец.
Рафаэль поднял руку, давая знак своим людям не торопиться, и переспросил:
    - Прости, что ты сказал?
    - Я дам Вам вещь, которая откроет путь, принц, - сказал человек, - и приглашающе махнул рукой в сторону стоявшего рядом черно-зеленого полосатого шатра, - пройдем.
    - Какой замечательный день, - принц улыбнулся, не двигаясь с места, - уж не из проклятого града с берегов окияна эта волшебная вещь. И как звать тебя, о великий открыватель тайны, над которой все бьются больше трех столетий?
    Компаньоны принца напряженно замерли, не сводя глаз с подозрительного торговца.
    - Ваше Высочество, позвольте я с ним всё улажу? – низким грубым голосом произнес один из них, обладатель высоченного роста, угловатого необычного лица и копны черных длинных волос.
    - Посмотрите на это принц, - быстро сказал незнакомец, протягивая Рафаэлю желтый пергамент с расползшимися от старости краями. Ренсинг быстро пробежал глазами предъявленный текст и удивленно вскинул брови.
    - Подожди Дюри, - приказал он воинственному брюнету из свиты и продолжил изучение пергамента, - Это древний язык… И это не подделка… Где то, о чем говориться в описании?
    - В палатке. Всего несколько шагов, принц. Решайтесь, - уговаривал торговец.
Рафаэль колебался, но не долго.
    - Дюри, пойдешь со мной, остальные, подождут снаружи.
    Внутри палатка оказалась просторной и практически пустой. На земле лежал узорчатый ковер с высоким ворсом, на ковре стоял обитый железом сундук, а рядом с сундуком  расположился ещё один торговец в таком же, как у первого халате. Что-то странное, настораживающее и одновременно притягательное было в этих торговцах. Принц не мог определиться со своими ощущениями.
    Шум галдящей Рыночной площади сразу приутих. Рафаэль вопросительно посмотрел на первого торговца. Тот откинул капюшон, представая темноволосым человеком средних лет с пронзительным, пронизывающим насквозь взглядом.
    - Можете звать меня Мелфир, - сказал он, - сейчас мой коллега покажет Вам товар.
    Второй торговец открыл сундук и достал из него золоченую астролябию.
    - Сколько ты хочешь за неё и за пергамент?
    - Всего ничего, 10 серебряных.
    - Дюри, отсчитай ему.
    Принц с восхищением смотрел на предмет в руках у торговца. Вся это история казалась настолько нелепой, что вполне могла оказаться правдой. Невозможный, могущественный артефакт продается на базаре за 10 серебрянных… Глупость какая-то. Но почему-то так хотелось в это поверить.
    Неожиданно Рафаэль поймал себя на том, что вот уже пару минут смотрит в глаза, тому, кто назвался Мелфиром. Но он не помнил, когда оторвался от созерцания астролябии. Сзади, от Дюри, не проистекало никаких признаков жизни. Принц обернулся: его спутник стоял вытянувшись с немигающим застывшим взглядом.
    - Дюри! – окликнул принц, - В чем дело?!
    - Не волнуйтесь, Ваше Высочество, с ним всё в порядке, он очнется, как только мы закончим наши дела.
    Рафаэль рванул кошелек с пояса компаньона и бросил его Мелфиру. Одновременно он выхватил тонкий длинный кинжал, висевший на поясе, и громко приказал:
    - Передавайте артефакт и пергамент. Немедленно.
    - Успокойтесь, принц. Вы ведь всё равно не уйдете отсюда без своего товарища. А мне ещё надо многое рассказать Вам…
    Оба торговца улыбнулись.
Пользователь в офлайне Отправить личное сообщение Карточка пользователя
Вернуться в начало страницы
+Ответить с цитированием данного сообщения
Таирон
сообщение 04.04.2006, 9:37
Сообщение #6
Эльф
Персонаж Игры
Неофит
*


Пол:
Сообщений: 4


Владыка Лос Эльтайна



Вирессе, 346 год.

Лосс Эльтайн. Эстреллар.


    Два великолепных, совершенных парусника поймав ветер стали набирать ход и удалятся от берега. Провожавшие их ещё долго стояли на набережной Эстреллара и смотрели в след в большинстве своем с грустью и робкой надеждой. Возможно где-то там на своем пути после месяцев скитаний корабли всё же пристанут к незнакомому берегу и тогда случится один из самых знаменательных дней в истории и за неполные 350 лет.

    Однако были и те, кто смотрел на удаляющиеся галеоны с нескрываемой тоской и отчаянием. К их числу относился и Таирон, владыка Лосс Эльтайна и бессменный правитель эльфов на протяжении всего существования нового мира. Корабли увозили наравне с принцем людей, принца эльфийского – его сына. Ни торжественные проводы мореплавателей в Трейнионе и здесь, в Эстрелларе, ни оказываемые им по всему Форкосону почести, ни надежды возлагаемые на двух наследных принцев со звездой в руках, ничто не могло и на секунду затмить для него горе расставания. Таирон наспех распрощался с очень представительной делегацией людей, которая присутствовала при отплытии, и в сопровождении личной охраны отправился во дворец.

                                                              *        *      *

    Позже, он вихрем мчался по коридорам дворца, распахивая двери во всё новые залы, и не мог остановиться. Злость наложилась на отчаяние, Таирон не находил себе места и в одном из залов швырнул попавшийся на пути резной стул об стену. Звук удара и полетевшие во все стороны обломки привлекли его внимание, и он остановился. Медленно оглядевшись по сторонам он сделал несколько шагов и застыл перед высокой аркой окна глядя на океан и одиноко возвышающийся на косе маяк.

    Позади в темной части зала тень зашелестела одеждами.
    - Приветствую тебя, - произнес Таирон не оборачиваясь, - разумеется, я не стану и спрашивать как ты сюда попал.
    - Рад тебя видеть, владыка, – в голосе чувствовалась усмешка. На свет вышел мужчина в темной непримечательной одежде. Он был достаточно коротко стрижен, и обладал крепким телосложением, которого не мог скрыть лёгкий плащ. Удивительно правильные черты лица и четкий волевой подбородок должно быть не оставались незамеченными у дам.
    - Я смотрю ты в скверном расположении духа, Таирон, - заявил мужчина, пиная один из обломков стула и приближаясь, - неужели не разделяешь общих надежд и чаяний?
    - Это наши надежды! – резко развернувшись зашипел Таирон. Глаза его полыхали гневом перед которым любой смертный если б и не упал на колени, то пошатнулся б точно, - Наши! Моего народа!
Владыка гневно махнул рукой перед спокойно наблюдавшим за ним гостем.
    - И никакие человеческие принцы и их жалкие поделки неспособны помочь нам!
    - Ты не убедил в этом своего сына, - заметил незваный красавец. Теперь они стояли с эльфийским владыкой лицом к лицу.
    - Не убедил! Он упрям и глуп!
    - Ну что ты, владыка, - гость ухмыльнулся, - я знаю его, упрям – да, но совсем не глуп. Весь в тебя.
    - А что это ангела, – Таирон практически выплюнул это слово, - вдруг так заинтересовали наши дела?! А? И как мне прикажешь звать тебя? Дагратуром, или каким-нибудь человеческим именем?
    - Можешь звать меня Дагом, так тебе будет привычнее, - мужчина продолжал спокойно выдерживать натиск эльфа, - Да, и раз уж ты вспомнил о моем происхождении, то вспомни и о том, что я вижу тебя таким, какой ты есть, и ваше хваленое обаяния на меня не действует, Таирон. Так что перестань брызгать слюной.

    Эти слова, казалось, подействовали на серебрянноволосого и он попытался взять себя в руки, снова отходят к окну.

    - А пришел я, действительно, несколько по другому поводу… - между тем продолжал гость.
    - Подожди, Дагратур, - с грустью в голосе перебил его владыка, - ответь мне сначала на один вопрос.
    - Что ты хочешь знать?
    - Скажи мне, кто-нибудь из вас, – Таирон неопределённо махнул рукой, - хоть раз видел другую землю?
    Тут пришла очередь задуматься его собеседнику, у которого в глазах, как могло показаться, промелькнул весь мир.
    - Нет, - тихо сказал он наконец, - мы можем быть только там, куда однажды добирался разум живых существ нашего мира. Мне кажется, я побывал везде, даже ходил по льдинам далеко на севере. Другой земли нет. Или туда ещё не добралось ничто живое с Лоскута.

    Эльф выслушал его слова, как приговор. Признание далось Дагу тоже нелегко и в зале повисла тягостная тишина.

    - Мой сын не вернется живым… - прошептал Таирон.
    - В любом случае, речь сейчас пойдет не об этом, - стряхнув наваждение, продолжил гость, -ты наверняка знаешь, что маги опять хотят добраться до Цитадели. Люди вообще очень беспокойные создания.
    Таирон как-то отрешенно прошел мимо него, пододвинул уцелевшее кресло и сел.
    - О силах, которые сумели собрать маги остается пока только догадываться, но не следует недооценивать угрозу. От твоего народа потребуется помощь.
    - Помощь? Потребуется?
    - Да, вы должны будете помочь своему доброму соседу – королю Маттиасу, и людям королевства в случае войны.
    Владыка эльфов развалился в кресле и лицо его снова исказил гнев.
    - Люди, люди, люди!!! – воскликнул Таирон, – Пусть перебьют друг друга, или найдут способ разрушить Минас Аира. Быть может форкосонцы в отместку сломают кровавый посох. Пусть будет эта война. И мне плевать на людей. И не ты будешь указывать, что делать мне и моему народу. На кого вы, когда-то всемогущие создания стали похожи, - он обличающе ткнул пальцем в сторону Дагратура, - вы слабеете, засыхаете, скоро от вас и памяти не останется. Я не встану ни на одну из сторон в войне этих ничтожеств. И я не стану слушать бессмысленные речи жалких пародий на полубогов. А теперь убирайся!

    В одно мгновение незаметный до сих пор обломок клинка блеснул в руке стоявшего перед владыкой, и в следующий миг прозрачное мерцающее лезвие уткнулось ему в шею. Почти невидимое острие царапнуло кожу и на клинок с шипением упали капли крови бесмертного. Тут же по всей длинне лезвия вспыхнули переливаясь алые руны и затем приугасли багровея.
    - Rhach… - прохрипел серебрянноволосый.
    - Бойся обмануться в своих ожиданиях, - с угрозой произнес Дагратур, - в этом мире осталось много смертельно опасных вещей, даже для такого сильного и хитрого эльфа, как ты. Твой долгий век мог прерваться сегодня от этого обломка Пожирателя. Сдерживать его голод мне стоит большого труда. Подумай ещё раз и прими правильное решение.
    Ангел разжал пальцы, и клинок полетел на пол ржавея и рассыпаясь. Призрачные руны полностью исчезли, и об камни звякнул лишь остов рукояти.
    - До встречи владыка, - Дагратур запахнулся в плащ и скрылся в темноте коридора.

    Несколько минут Таирон сидел неподвижно. Он и не думал звать охрану, хотя знал, что она явится незамедлительно. Владыка эльфов неотрывно смотрел на обломок на полу. Затем он встал, прошел несколько шагов и присел на корточки. Сосредоточившись Таирон провел ладонью над обломком и весь невидимый клинок вспыхнул под его рукой кроваво-алым.
    Сереброволосый улыбался.


--------------------
Unat gartur carmaernad
Пользователь в офлайне Отправить личное сообщение Карточка пользователя
Вернуться в начало страницы
+Ответить с цитированием данного сообщения
Дагратур
сообщение 04.04.2006, 9:57
Сообщение #7
Ангел
Персонаж Игры
Неофит
*


Пол:
Сообщений: 9






7-ое Руадэлена 346г.
Минас Аира.



    Последний день Руаделэна подходил к концу. Буря разыгралась нешуточная. Ветер закручивал потоки ливня так, что у путника не оставалось шансов укрыться. Молнии то и дело расцвечивали свинцовое небо под неистовые, оглушительные раскаты грома. Незыблемая Минас Аира сверкала мокрыми стенами, по которым потоками струилась дождевая воды.
    Дагратур подошел к темнеющему входу в Цитадель и, оглядевшись, направился внутрь. Длинный, прямой и узкий тоннель вел к Ренемарде, залу пред наглухо запечатанными дверями. Ветер и шум бури сразу оказались где-то позади: сюда бешенство непогоды проникнуть не могло. Войдя в зал, Даг прислонился к одной из стен, затем медленно сполз по ней усаживаясь на каменный, но теплый пол.
    В зале было достаточно светло. Этот свет не имел видимого источника, словно сам воздух переливался и сиял.
    - Здравствуй Дагратур, - у противоположной стены, обхватив колени руками, сидела женщина.
    - Здравствуй Таэ, - сказал Даг, - Я знал, что встречу тебя здесь.
    - Я тоже знала.
    - Буря в этом году сильнее обычного.
    - Да, - короткий, тихий ответ.
    Они долго сидели так, напротив друг друга, слушая отдаленный шум дождя и думая каждый о своём. Таэ прикрыла лицо ладонями и не двигалась. Со стороны могло показаться, что она спит, но Дагратур был уверен, что это не так. Постепенно буря утихла, серый свет стал пробиваться в длинный коридор. Воздух в зале замерцал ярче. Дагу почудился звон тысячи крохотных колокольчиков, когда сияние охватило стены Ренемарде и на них выступили маленькие капельки, которые спустя мгновение покатились вниз будто слезы, оставляя за собой влажные дорожки. Он переживал это сотни раз, но сегодня у него снова перехватило дух от непередаваемого ощущения, захлестнувшего его. Что же должен испытать человек, оказавшийся здесь этим утром, если даже искушенные ангелы не в силах совладать со своими эмоциями?
    Таэ подняла голову, и Даг мог поклясться, что по её лицу тоже текут слезы. Ему очень хотелось обнять её, утешить, но он прекрасно понимал, что сейчас ни в чьих утешениях она не нуждается. Он просто сидел и ждал. Прошло ещё около получаса, прежде чем Таэ посмотрела ему прямо в глаза и сказала:
    - Даг, мне кажется, мы слабеем.
    - Само собой, здесь, в заточении силы наши уходят…- начал было Дагратур, но Таэ прервала его.
    - Нет, я говорю сейчас не об ангелах. Я имею в виду Форкосон, Ренсингов, нити, связывающие всё воедино. Я не могу сказать точно, но что-то не так, что-то нарушилось…
    Она закрыла глаза и задумалась снова. Черты её лица в мерцающих отблесках были божественны. Дагратур мог часами неотрывно любоваться ею, растягивая мгновения, наслаждаясь каждой секундой.
    - Даг, за столетия ты прекрасно научился распознавать дар хранителя в людях. Ты говорил, что Маттиас новый анвалани. Это так?
    Этот вопрос, очевидно, смутил Дагратура. Он поднялся, разминая ноги, зетем сделал нпару шагов и, потирая переносицу пальцами, несколько неуверенно посмотрел на Мариан.
    - У него был дар, – тихо ответил он, акцентируя слово «был».
    - Дар может пропасть?
    - Не знаю, Мариан. Анвалани может проявить себя только в трудные для людей времена, в годы страданий и бед. Чтобы стать Истинным Хранителем, надо иметь не только способности, заложенные природой, но и сильную волю, желать всем сердцем, стремиться к чему-то. Король сильно изменился. Когда я его видел последний раз, то не почувствовал в нем дара.
    - У нас всегда остается Доран.
    - Да, Доран почти идеален. Но иногда мне кажется, что его любовь совсем застила ему весь остальной мир. Любовь его оглупляет. Он не может думать ни о чем кроме своей супруги. Ну может ещё изредка он вспоминает о сыне…
    Таэ понимающе кивнула.
    - Эльфийка прекрасна, нельзя его винить. Но я верю, что в случае беды он сможет собрать свою волю в кулак.
    - Будем надеяться, - поддержал её Даг, - хотя освободиться от морока любви тяжело любому, и не только человеку.
    Прекрасная собеседница не обратила внимания на последнюю реплику и продолжила о том, что интересовало её:
    - А юные Ренсинги? Что ты скажешь о них?
    - Двое из них могут стать Истинными Хранителями. Главная надежда – Рафаэль.
    Таэ удивленно округлила глаза.
    - Тогда как ты мог отпустить его в этот бессмысленный поход, если он наша надежда?
    - Я не смог его удержать, Мари. Кроме того, - Даг взмахнул рукой, очерчивая в воздухе круг, - куда он денется?! Колиард и Тарделет обещали не спускать с него глаз. В море он будет даже сохраннее, чем здесь, в Форкосоне. А то мало ли куда он мог бы залезть, со своим пытливым умом.
    - Мне кажется странным, что ты не сумел его остановить, – Мариан покачала головой, - Ладно, тогда о втором. Я знаю точно, что у Клода дара нет, тогда второй – это Теодор? – всем своим видом Ангел Веры выражала надежду.
    - Увы, - тихо, с грустью ответил Дагратур, - Тео очень талантливый мальчик, но второй не он.
    Это сообщение явно расстроило девушку.
    - Тогда кто же? – Таэ поднялась на ноги и испытующе смотрела Дагу в глаза, но тот молчал. Она перебирала в голове всех известных ей существующих ныне потомков Габриеля, затем бросила это дело и протянула руку к Дагу. Почти сразу она отдернула её и воскликнула:
    - Арнфинн?!
    - Я всегда поражался, как тебе удается читать мои мысли, - отрешенно прошептал Даг.
    - Не может быть! – между тем продолжала Таэ, - Ты нашел дар, предназначенный для людей, у полуэльфа?!
    - Получеловека…
    - Впрочем, теперь я понимаю, почему ты так старательно разводил жизненные пути кузенов.
Дагратур напрягся, ему всё больше не нравился оборот, который начинал принимать их разговор.
    - Да, я не хотел рисковать ими обоими. Главное чтобы галаксит попал в нужные руки, а будет анвлани эльфом, или человеком не имеет значения.
    - Ты не понимаешь, Даг. Всё это, весь этот мир – это испытание Создателем именно для людей, - глаза Мариан горели внутренним светом, она смотрела на Дага и в тоже время сквозь него, - И именно вера отличает людей от прочих. Только человек сможет в итоге отбросить этот волшебный костыль-галаксит и опереться на веру своего народа, став воистину Великим. Прислушайся ко мне, Даг.
    - То, что ты говоришь очень интересно, захватывающе, но не решит наших сегодняшних проблем. Я спланировал так, что…
    Таэ спустилась с небес на землю, в переносном смысле.
    - Он спланировал. Дагратур, ты теперь всегда будешь решать за других, Мелфегор доморощенный? Ты уже решал и ошибался, притом ошибался жестоко…
    - Ты опять об Атли? – Дагратур чувствовал, что закипает.
    - Опять?! А разве возможно забыть об этом?! Разве можно забыть о гибели того, кого любишь?! – воскликнула Таэ, и, видя как переменился Даг в лице, добавила, - Конечно, я его любила не так как тебя, но очень сильно. Я чувствую его всегда, особенно здесь, в Цитадели, и верю в то, что его удастся вернуть. А ты Дагратур! Ведь ты знал, что сделает с ним проклятый меч! Ты пошел на этот бессмысленный, чудовищный шаг осознанно.
    - Бессмысленный?! – не выдержав взревел Дагратур, нависнув над хрупкой девушкой своею могучей фигурой, - Святая Дева сама себе противоречит! Она теперь защищает того, кто пришел разрушить главную святыню пестуемой ею секты? Что же скажут твои наивные последователи?
    - Очнись, Дагратур! Это Минас Аира – Вечная Цитадель! Никакая сила, ни наша, ни людская не может причинить ей никакого вреда. Охрана Цитадели - фарс затеянный Эсфиротом, и столь выгодный Мелфегору. Неужели всё, что я тебе многие годы говорила, пролетело мимо твоих ушей?
    - Мари, всё это неважно… - Даг попытался успокоиться и поймать Мариан за руку.
    - Что неважно?
    - Я не хочу спорить с тобой… Я хотел сказать совсем о другом…
    - О чем ещё? Уууу … В этом и была наша проблема! Ты никогда не слушал меня…- воскликнула Таэ, отворачиваясь от него и направляясь к выходу, -  Всё. Я не хочу продолжать этот разговор.
    - Мари, постой! – крикнул ей вслед Дагратур. – Не уходи!
Звук шагов стал тише, потом исчез совсем. Утренний ветерок весело ворвался в пустые своды тоннеля. Занимался рассвет нового летнего месяца, бросая первые жизнерадостные лучи Солнца на стены древней Цитадели.
    - Мари… Я люблю тебя…
Пользователь в офлайне Отправить личное сообщение Карточка пользователя
Вернуться в начало страницы
+Ответить с цитированием данного сообщения
Клод Ренсинг
сообщение 05.04.2006, 8:30
Сообщение #8
Человек
Персонаж Игры
Неофит
*


Пол:
Сообщений: 20


Персонаж Cheshire Kot



Клод Ренсинг.
Арнсад. Трейнион.
1 нолаире. 347год от Великой Битвы.

Багровое око солнца медленно погружалось в воды Трея – полноводной реки, неспешно и величаво несущей свои воды куда-то на восток. В тревожном закатном мареве Замок и окружающий его город – Трейнион – казались лишь каким-то отражением, тенью своего дневного великолепия. Все цвета, кроме красного, бордового, алого вдруг словно утратили свою глубину, яркость, живость, чтобы, уступая неотвратимо наступающей ночи, и вовсе стать темными, черными, неуловимо тревожными и таинственными.
В лучах заходящего солнца Королевский Замок темной громадой высился над окружающим городом: темные стены, башни, возносящие свои словно вылитые из расплавленного металла шпили с гордо реющими алыми пламенными всполохами штандартов Королевского Дома – Ренсингов.

***

Клод Ренсинг, принц Форкосона, сидел в бойнице между зубцами караульной башни Королевского Замка и любовался закатом. Казалось, танец теней и бликов на поверхности воды, заполняющей ров Замка, всецело поглотил его: легкая улыбка на лице, отсутствующий взгляд, устремленный куда-то вдаль. Мягкий вечерний бриз с реки – «Поцелуй Трея», как называют этот теплый и ласковый предзакатный ветерок обитатели Трейниона – трепал распущенные темные волосы.
Клод любил это место. Каждый вечер на закате он выходил сюда, чтобы в одиночестве посидеть, отдохнуть от дневной суеты, прислониться спиной к еще теплому после жаркого дня камню крепостной башни и насладиться минутами покоя и тишины.
Где-то внизу утихал и успокаивался шумный столичный город. В окнах домов стали появляться первые огоньки, последние люди спешили выйти из Замка или вернуться в замок до наступления темноты – на ночь мост поднимался. (Нельзя сказать, что Ренсинги боялись нападения извне или чего-то опасались в своей резиденции посреди Арнсада. Таков был порядок, заведенный еще королем Альфредом Ренсингом, и его потомки не собирались отменять его – все еще помнили печальную судьбу короля Герберта).
Скоро на башнях зажгутся факелы и жаровни, а городовые стражи начнут свой очередной ночной обход. Каждый час на часовне в центре Трейниона, отмеряя неспешное течение времени, будет бить колокол, а караульные, словно успокаивая разбуженных боем колокола горожан, будут кричать: «В стольном городе Трейнионе все спокойно! Спите спокойно, жители Трейниона!».
Задумавшись, принц и не заметил, как огромный черный кот прошмыгнул к нему на колени.
- Неслыханная наглость, дядюшка, без спросу садиться на колени принца крови! - улыбнулся Клод. Хотя, в шутку: замковым котам третий по счету отпрыск короля Матиаса позволял еще и не такое. Он даже знал всех усатых-хвостатых обитателей замка «в лицо» и дал им имена в честь своих многочисленных родичей и членов герцогских семей. Члены семьи не оценили шутку Клода, как и многие другие его «невинные шалости».
Матерый кот, «ветеран многих сражений», потерявший в бесчисленных боях с замковыми собаками и себе подобными часть левого уха и кончик хвоста, гордо именовался Дораном Ренсингом. Хотя, коту, судя по всему, это было безразлично – он лишь лениво потянулся и нагло разлегся на коленях «племянника».
Некоторое время оба молчали. Ночную тишину нарушали лишь звуки наступающей ночи: стрекот кузнечиков, всхрапывания лошадей в конюшне подле башни, скрежет цепи подъемного моста на противоположном конце Замка, шелест листьев на ветру.
- Знаешь, дядя, я вот всегда думал, как, наверное, хорошо было бы иметь крылья! - первым нарушил молчание Клод. - Вот сейчас развести руки и взмыть ввысь вот с этой самой башни, в облака, вверх, пролететь над этим городом, над Замком, взглянуть сверху на Трейнион, Арнсад, пролететь над горами Трезима, окинуть взглядом пустоши Винбадея...
- Нагадить на Акпид сверху... – донеслось откуда-то со стороны.
- Ты, как всегда, в своем репертуаре, Дориан! - не оборачиваясь, ответил Клод с улыбкой.
Что думал «дядюшка Доран» по поводу крыльев, осталось тайной, так как задушевная беседа принца с замковым котом была прервана бесцеремонным вторжением Дориана Грея – друга и компаньона Клода, представителя одного из младших родов Арнсада. Кот предпочел не мешать беседе компаньонов и неспешно ретировался в поисках внеочередного обеда.
Браться Дориан и Натан Греи – младшие сыновья барона Норберта Грея –  вряд ли когда-нибудь могли бы претендовать на наследство в виде небольшого родового замка на северо-западе Арнсада, в предгорьях Тар-ул-Кханноша. Решив попытать счастья в столице, собрав свои скромные пожитки и небольшую сумму денег, братья отправились в Трейнион. Природная склонность к азарту, разгульная жизнь в столице – уже через месяц Греи остались без средств к существованию. Им патологически не везло в азартных играх, и неизвестно, что сталось бы с младшими отпрысками барона Норберта, если бы не встреча с принцем Клодом Ренсингом.
Благодаря своей неуемной и кипучей энергии, а также буйной фантазии во всем, что касалось азарта и развлечений, Дориан скоро стал душой компании Кэлоданцев. Признанный лидер в негласном турнире по остроумию среди членов Круга, он был основным инициатором большинства «невинных» развлечений компаньонов. Именно с его легкой руки прижился обычай «Лунной ночи» - в ночь перед полнолунием компаньоны тянули жребий, кому быть «Королем Луны» - Главой Круга на пирушке в ночь полнолуния.
Сегодня была ночь Дориана.
- Лунная ночь переносится в город! - торжественно и напыщенно произнес отпрыск Греев, для пущей убедительности вынув из ножен меч и указывая им в сторону мирно спящего Трейниона. Затем, не выдержав «серьезности» момента, разулыбался своей извечной улыбкой. Временами казалось, что ничто в мире не способно стереть ее с жизнерадостного лица Грея, обрамленного аккуратно постриженной светлой бородкой.
- А он уже изрядно навеселе! – отметил принц, вслух же произнес:
- Браво, монсеньер, мудрое решение! Особенно учитывая, что мосты уже подняты, а мы все еще в Замке!
- Неужели, мой отважный компаньон считает, что такая мелочь – помеха для «Первого среди Равных»? - все с той же улыбкой на лице ответил Дориан, буквально сияя от осознания своей значительности.
В руках Грея, словно из ниоткуда вдруг появилась веревка с завязанными через равные промежутки узлами. Привязав один конец к башенной катапульте, второй он перекинул через зубчатый парапет башни.
Клод ухмыльнулся, бросил прощальный взгляд на догорающий уже закат. Поправив перевязь меча, принц шагнул к парапету. Внизу, у основания башни, тихо плескалась вода в крепостном рву. Последние багровые лучи солнца окрасили ее в тревожные красные тона, словно во рву плескалась не вода, а...
Кровь...
Встряхнув головой, Клод отогнал непрошеные мысли и, взявшись за веревку, стал спускаться за пыхтящим уже где-то далеко внизу Дорианом.

***

Поднятый мост и вправду не оказался помехой для «Первого из равных». В камышах у основания башни в небольшой, неведомо как притащенной в ров, лодке уже ждал Натан Грей – младший брат Дориана, также компаньон его высочества. На другом берегу рва в тени деревьев Ренсингтонского парка уже ожидал с оседланными лошадями Гедиминас Прайд – еще один член Круга Кэлода.
Через четверть часа принц Форкосона Клод Ренсинг с тремя своими компаньонами уже входил в «Коронованного Единорога» - Дом Развлечений госпожи Крединьи, предприимчивой вдовы бывшего генерального поставщика мяса ко Двору господина Жана Крединьи, находящийся неподалеку от Храмовой площади.
Внутри было шумно и людно. Звуки веселой мелодии, играемой музыкантами на балконе, звон бокалов и слитный гул десятков голосов сливались в общую какофонию, создающую возбуждающую атмосферу ночного гуляния в Доме Развлечений. Девицы госпожи Крединьи сновали туда-сюда по общему залу, разнося вино и угощение для гостей, не стесняясь, впрочем, присаживаться к столикам или даже на колени молодых господ – гостей Дома-Что-Никогда-Не-Спит. Время от времени одна-другая девица уводила кого-нибудь из молодых кавалеров по лестнице наверх, в тихие и уединенные «комнаты для гостей».
Госпожа Крединьи лично поспешила навстречу принцу с его спутниками – постоянным посетителям ее дома.
- Ваша Высочество, я очень рада, что Вы почтили своим присутствием мой скромный вечер! - вдова Крединьи – невысокая стройная женщина лет тридцати, как и всегда, была сама любезность.
- Только вечер? - ответил с улыбкой принц. - Признаться, я рассчитывал задержаться подольше!
- Что Вы, ваше высочество! Оставайтесь хоть навсегда! - поддержала разговор вдова. – На сегодняшнюю ночь у меня для Вас особое блюдо!
- Да? И какое же? – поднял бровь Ренсинг.
- Молодая, свежая, невинная! У нее сегодня первый раз! - лукаво улыбнулась госпожа Крединьи. - Везла от самого Тар-ул-Кханноша, специально для Вас, принц!
- Боюсь, придется разочаровать Вас, мадам! Сегодня «Лунная ночь», а значит блюдо достанется другому! - произнес Клод, выталкивая Дориана Грея вперед.
- Какой красавчик! - подмигнула Крединьи, взмахом руки подзывая к себе управляющего. - Моя малышка Лилианна не будет разочарована!

Пробираясь к столу, принц почувствовал на плече руку Грея.
- Я не могу, Клод! – Дориан, смущенный, был не похож на самого себя.
- А что? У тебя проблемы с женщинами? - засмеялся Клод. - Могу подсказать одного хорошего врача!
- Нет, не в этом дело...
- А в чем? Тебе больше нравятся мужчины? В доме вдовы можно и не такое подыскать!
- Нет, я не про то...
- Что же? - продолжал допытываться принц, отвечая на приветствия компаньонов.
- Я... понимаешь... как бы это сказать... ну, со мной еще такого не было...
- Ну, говори!
- Я влюбился, Клод! - разом выпалил Дориан, густо покраснев.
Клод Ренсинг даже немного опешил:
- Ты… что сделал?
- Влюбился, Клод! Вот уже третий день я словно на крыльях!
- Да?... - принц озадаченно поднял бровь. - Ну, я даже не знаю... За это нужно выпить!!!
Клод взобрался на стол, вырываясь из рук уже совсем засмущавшегося Дориана, и на весь зал закричал:
-Друзья! Компаньоны и простые посетители Дома-Который-Никогда-Не-Спит! Сегодня Великий День! Или Ночь! В общем, без разницы, но что-то Великое в ней определенно есть!
Грей попытался стащить принца со стола, впрочем, безуспешно.
- Наш друг и компаньон Дориан Грей, моя правая рука, член Круга, душа нашей компании... - Клод выдержал долгую паузу, театральным жестом вознес руку вверх и со всей силы закричал. – ВЛЮБИЛСЯ!!!
Нестройный но громкий хор голосов поддержал новость. Послышались крики: «Это надо отметить!» Принц, через голову спрыгнув со стола, обнял компаньона за плечо и выхватил у подвернувшегося рядом компаньона бутылку с вином . Запасшись таким образом выпивкой, Клод налил полный бокал Рэю, сам отпил из бутылки и вновь повернулся к Грею:
- Ну теперь рассказывай, кто она?
- Да зачем тебе?
- Я хочу знать, какая такая «цаца» умудрилась похитить у меня сердце моего ближайшего компаньона! Говори!
- Она не «цаца», Клод!
- А кто?! – принц выглядел слегка удивленным.
- Ну это неважно, она все равно не будет моей!
- С чего это? Неужели какая-то барышня дала «от ворот поворот» моему компаньону!
- Но она не будет моей, она... понимаешь... она – Ангел!
- Ангелы, не ангелы. Все женщины одинаковы! – принц развеселился. – Всем им нужны знаки внимания, наши «чувства». Всякой женщине нужен мужчина, ангел она или нет!
- Ты неправильно понял, Клод. Она и вправду АНГЕЛ!
- То есть? – принц смутился.
- Ну Ангел! Настоящий ангел! Я видел ее икону в Церкви Единого! Я ее и саму видел! Она проскользнула впереди, оставив после себя такой легкий едва уловимый аромат!
- Таэ?! Таэ Мариан?!! - принц громко рассмеялся. - Тебя угораздило влюбиться в эту «белую моль» с картинки в Церкви?!!
- Не смейся, Клод! У меня горе! Она никогда не станет моей! - Грей совсем повесил голову, залпом осушил бокал, тут же наполненный принцем снова.
- Вот что я тебе скажу! - принц присел рядом с компаньоном. – Выкинь ее из своей дурной башки! Веселись, гуляй всласть, пока можешь! Вот, смотри, какую «цыпочку» нам ведет наша милая хозяйка!
Беседа компаньонов была прервана появлением госпожи Крединьи в сопровождении молоденькой особы в весьма нескромном наряде.
- А вот и наша звездочка, принц. - произнесла вдова, отходя чуть в сторону, чтобы принц и его компаньоны могли получше разглядеть и оценить «звезду вечера». - Не правда ли, она очень мила?!
Стоящее перед компаньонами белокурое создание и вправду было очень милым. Невысокий рост, стройная фигурка, не скрытая, а скорее подчеркнутая облегающим платьем глубокого красного цвета, большие глаза изумрудного цвета, яркие чуть припухлые губки.
- Совершенство! - послышались возгласы из-за спины принца.
- Ты точно не передумал? - с блеском в глазах толкнул Дориана локтем принц.
- Нет, мне никто кроме Таэ не нужен! - вздохнул компаньон.
- Как пожелаешь! Но ТАКАЯ девушка не должна оставаться без кавалера! - Клод встал, картинно протянул руку девушке со словами:
- Мадмуазель, не согласитесь ли вы стать моей принцессой на этот вечер?

***


За звоном бокалов в общем веселье, шуме и гаме ночной попойки никто не заметил исчезновения Дориана Грея сразу после воздаяния почестей «Первому из равных».
Грей вышел на улицу, вдохнул прохладного ночного воздуха. Оглядевшись вокруг, бросив взгляд на пустые улицы, Рэй направил свои стопы в сторону Храмовой площади.
На площади перед Храмом Единого было тихо и безлюдно. Лишь стук сапог Грея по мостовой раздавался в ночной тиши.
Дориан осмотрелся, прикрыл лицо плащом и, стараясь держаться в тени, пересек площадь. Еще раз окинув взглядом пустую площадь, он подпрыгнул, ухватился руками за край окружающей Храм невысокой каменной стены, подтянулся и скрылся за оградой.

***


Никто не знает, откуда в столице берутся беспризорники. В городе, в который не могут попасть многие вельможи, графы, как и в любом другом городе королевства, ватаги мальчишек-беспризорников были. Несмотря на все старания городской стражи отловить «уличных крыс» и выдворить их за пределы Королевской области, количество оборванных и вечно беспокойных мальчишек на улицах Трейниона не уменьшалось, а было величиной постоянной.
Казалось, что эти вечно беспокойные, грязные, оборванные и немытые сорванцы есть везде. Природное мальчишечье любопытство и непоседливость толкала их с места на место по всему городу в поисках приключений и подачек от «честных горожан». Не чурались «крысы» и мелкого воровства.
И в этот раз не обошлось без присутствия этих вездесущих и везде сующих свой нос сорванцов.
Дикон – уличный мальчишка, своеобразный глава ватаги оборванцев, заправлявших в районе Храмовой площади, в эту ночь бродил вокруг Храма Единого в поисках «слабого места». Он был смел, честолюбив, а кроме того очень голоден. Его привлекали богатства храма. Всего один удачно стащенный подсвечник из Храма мог обеспечить ему безбедную жизнь на пару лет!
Заметив человека, вышедшего ночью на площадь, Дикон затаился и стал наблюдать.
Лицо незнакомца скрыто плащом, но вот, вот оно! В скупом свете луны на груди незнакомца что-то блеснуло. Это медальон. Серебряный медальон с волком! Это же кто-то из Кэлоданцев! Уже утром, если рассказать кому следует эту новость, можно неплохо поживиться! Пару-тройку серебряных монет вполне можно заработать на рассказе о компаньоне принца Клода, под покровом ночи пробирающемся в Храм Единого. К тому же эта новость надолго сделает Дикона знаменитостью среди оборванцев города!
Но кому рассказать? Передать новость кому-нибудь из приближенных принца Теодора? Или может Клода? Хотя, можно остаться не при чем, так как принц может и сам все знать. Тем более, что рука у принца Клода тяжелая. Или Таэ Мариан? Точно! Он передаст Таэ Мариан!
Уже весь сгорая от нетерпения, Дикон присел на бордюр одного из домов на площади, чтобы получше обдумать свой план.

***

Дориан Грей пробирался по тихой Храмовой аллее по направлению к величественному строению храма.
-Она! Только Она! - шепотом разговаривал сам с собой Дориан. – Еще раз посмотреть на Нее! Поговорить в тишине пусть не с Ней самой, так хоть с ее изображением!
Нетвердым шагом, чуть покачиваясь, Грей добрался до Храма.
- А, вот и боковая дверца! - сказал сам себе Дориан, улыбнувшись.
Дверь оказалась не заперта. Лестница, по ней наверх. Коридор, комнаты справа, комнаты слева. Грей шел по коридору, вполголоса говоря сам с собой.
Он приоткрыл одну дверь, еще одну. Тихо, никого. Осторожно ступая по коридору вглубь Храма, Дориан вышел к алтарю.
Там, в глубине алькова, висела икона. Таэ, словно живая, смотрела на Дориана как всегда печальным и все понимающим взглядом.
Дориан упал на колени, стал что-то шептать, руками робко касаясь оклада иконы.
Светлые волосы, добрые и такие глубокие, бездонные глаза! Белый плащ, оттеняющий красоту совершенного белого лица, заколка на плаще.
Взгляд Грея упал на такую же заколку, лежащую у алтаря. Он неверными дрожащими руками поднял ее, словно это была заколка Таэ, прижал к лицу, нежно поцеловал.
- Я должен что-то сделать! – чуть не закричал Дориан. – Я напишу ей! Пусть она и не прочтет никогда, пусть она и не узнает, что я писал ей. А вдруг…?
Дориан Грей не смел даже думать о том, что было бы «а вдруг»! Ведь, говорят, ангелы тоже иногда сходят в этот грешный мир! А там, если она…
Он зажег свечу, взял перо, положил перед собой лист бумаги, найденный где-то за алтарем и начал:
- Уважаемая... - зачеркнуто. - Дорогая... - зачеркнуто. - Милая...
- Таэ! - шепотом произнес Дориан, и начал снова:
-Любимая Таэ! Умоляю не сердиться на меня...

Занятие Дориана было неожиданно прервано появлением пожилого священника в белой рясе:
- Что вы тут делаете, молодой человек? - крик священника эхом разнесся по пустым коридорам Храма.
Грей вздрогнул от неожиданности.
- И дернул же тебя нечистый притащиться сюда, старик! - Дориан смял листок, схватил заколку для плаща... В коридорах уже слышался топот ног.
- Что вы тут... - Грей не дал священнику договорить. Оттолкнув старика в сторону, он бросился прочь по коридорам.

***

Дикон ждал, пока незнакомец вновь объявится. По здравому рассуждению, ему не помешало бы выяснить, для чего незнакомец пробрался в Храм, и куда направится потом. А значит, нужно проследить!
Дальнейшие события превзошли все самые смелые ожидания мальчишки. Сначала ограду перемахнул давешний незнакомец, затем из ворот следом за ним выбежали трое в белых плащах.
С криками «Стой», они нагнали кэлоданца, схватили его за плечи. Тот вырвался и, выхватив меч, закричал:
- Кто вы такие, чтобы останавливать компаньона самого принца Клода?! – Дориан не боялся этих стражей, не боялся никого на свете, но мысль о том, что вся эта история уже завтра станет известна всему Трейниону. Позволить столичным сплетникам трепать его имя и… Ее? Ну нет!
- Сир, мы вынуждены вас задержать! Вы проникли в Храм и до решения принца Теодора мы не имеем права Вас выпустить!
- Ах ты, моль бледная! – другого выхода не было. Уйти надо было любой ценой. Грей нанес удар.
Большое количество выпитого вина сказалось. Удар вышел неуверенным, неточным. Человек в белом плаще с капюшоном легко ушел от удара меча. Остальные  двое выхватили свои клинки. В мертвенном свете луны сталь мечей отливала каким-то особенно зловещим цветом.
Грей наносил удар за ударом, но все они пропали втуне. Человек в белом плаще отступал, стараясь не отвечать на удары. Присоединились остальные.
Последующее произошло быстро и до боли нелепо. Взмахи клинков, висящие на плечах «белые». Затем последний отчаянный рывок Дориана...
Клинок воина в белом плаще вошел в незащищенную доспехами грудь младшего отпрыска барона Норберта. Ярость на лице Грея вдруг перешла в удивление. С немым укором в глазах, словно ребенок, говорящий: «Так нечестно», Дориан посмотрел на «белого» бойца, затем на меч, торчащий из груди и текущую по камзолу алую струйку, и упал без дыхания на холодный камень мостовой. Из левой руки баронета Дориана Грея выпала заколка…

Дикон видел, как трое в белом о чем-то испуганно шептались. Убивший незнакомца лишь беспомощно развел руками.
- Я не хотел! - донесся его удивленный и испуганный шепот.
- Что делать?
Дальнейший разговор Дикон не слышал. Неожиданный порыв ветра унес слова куда-то в сторону. Трое в плащах подняли тело и, оглядевшись по сторонам, занесли убитого в ворота Храма.
Дальнейшего Дикон не видел. Насмерть перепуганный мальчишка уже несся по улицам города, не разбирая дороги.
Не видел он, как в храме зажглись свечи, как десять человек в белоснежных плащах вышли на площадь и встали в караул перед воротами, и как одинокий всадник в белом умчался в сторону Королевского замка.
Ноги несли его куда-нибудь подальше от этого страшного места. Дикон был словно в забытьи. Остановился он, лишь уткнувшись в дверь какого-то дома с вывеской «Коронованный единорог».
Из состояния ступора его вывела сильная рука на шее.
С криком: «А я крысу поймал!» - какой-то изрядно подвыпивший незнакомец распахнул дверь и втолкнул Дикона в зал.
Ослепленный сиянием свечей, роскошью убранства и оглушенный запахами вкусно приготовленной пищи, Дикон разглядел лишь серебряный медальон на шее так бесцеремонно схватившего его мужчины.
- Там... это... там... - мальчишка заикался от волнения и страха. Затем, кое-как собравшись с силами, одним махом выпалил. - Там вашего убили!

***

Клод Ренсинг был наверху. В «комнате для гостей».
Несколько свечей в углу комнаты вырывали из ночного сумрака постель, убранную атласными простынями, столик.
Принц потянулся на кровати. Лилианна с мягкой кошачьей грацией встала с кровати, наполнила бокалы красным вином.
Подав бокал принцу, девушка подняла камзол Клода и надела его на себя.
- А ты не такая уж и скромница! - засмеялся принц.
- Ну зачем этот черный цвет, Ваше Высочество! - Лилианна смешно сморщила носик. - Он же мне совсем не идет!
- Зато он идет мне! - резонно возразил Ренсинг. - К тому же в черном есть что-то особенное, притягивающее. Вот увидишь, через пару лет все королевство будет без устали твердить о «Черном принце».
- Как мрачно! - Лилианна рассмеялась.
Дверь неожиданно распахнулась. В проеме двери появился удивительно серьезный Натан Грей.
- Какого... - начал принц и осекся на полуслове. - Что с тобой, Натан, ты бел, как полотно!
- Дориана... убили... - произнес Грей.
Минуту в комнате царила гробовая тишина.
- Кто?!! - тишина была буквально разорвана криком Клода.
Ренсинг выхватил меч и, на ходу накидывая рубаху, побежал вниз по лестнице.
- Это произошло у Храма. Вот, мальчишка все видел. - говорил Натан уже на бегу.
- Веди! - произнес в гробовой тишине Клод, обращаясь к Дикону.
Зал взорвался десятками голосов. Падали бокалы, переворачивались столы. Испуганные девушки госпожи Крединьи жались по углам. Десятки клинков покинули свои ножны.
Слышались возгласы:
- Убийцы!
- Отомстить!
- Посмотрим, какого цвета кровь у бледных молей!
Кэлоданцы и большая часть посетителей «Коронованного единорога» выбежали на улицу.

***

Дикон бежал с принцем Клодом в направлении Храмовой площади. Почему-то рядом с этим молодым принцем вечно забитый мальчишка - «уличная крыса» - чувствовал себя как за каменной стеной. Он уже не боялся, а, увлекаемый безудержной энергией Клода, бежал впереди, на ходу взахлеб рассказывая о случившемся. Его уже обуревала жажда драки, боя.
Позади бежали молодые мужчины – кэлоданцы. Толпа возрастала по мере приближения к площади. К ним стали присоединяться ночные гуляки с соседних таверн, просто случайные прохожие. Кто-то даже выбегал из домов в поисках ночных приключений. Слышны были звуки бьющихся окон, возгласы: «Дориана убили! А вы тут спите!»
Где-то залаяли собаки. Крики и шум все возрастали. Десятки людей неудержимой волной неслись к Храмовой площади.
На площади перед Храмом Единого их встретили воины в белых плащах с капюшонами.
- Где он? - закричал Клод. - Кто посмел поднять руку на моего друга?
- Мы не знаем, о чем вы говорите... - начал было говорить один из «белых».
- Он врет! - выскользнул откуда-то Дикон. - Я все сам видел!
Принц оскользнулся на чем-то влажном. Посмотрев под ноги, он увидел, что стоит в луже. В луже крови.
- А это что такое?!! - закричал Клод, хватая ближайшего из храмовников за грудь и бросая его на камни мостовой.
Нестройный хор голосов поддержал крик принца.
- Убийцы! - слышалось со всех сторон. - Грязные убийцы! Прячете под белыми плащами свои черные душонки!
- Я не хотел! Это вышло случайно! - вышел было вперед один из воинов в белом.
- Так это ты! - взревел Клод.
Клинок мелькнул в мертвенном лунном свете и обрушился на голову «белого». Удара падающего тела об землю уже никто не услышал. Многоголосый рев толпы: «Бей!» - перекрыл все звуки.
Двое стражей, кинувшихся на помощь упавшему, были тут же оттеснены к воротам, остальные, прижатые к стене, встали плечом к плечу, пытаясь прорваться в Храм.
Звуки ударов стали о сталь, хрипы и выкрики бьющихся, брань слились в один протяжный гул.
Вот кто-то из компаньонов принца бросается на воинов в белом, чтобы, пронзенному мечом, упасть на камни мостовой. Кто-то из «белых» делает выпад, но тут же отскакивает назад с рассеченной рукой. Его менее удачливый товарищ падает, пронзенный сразу двумя мечами. Натан Грей вытирает кровь с клинка о белый плащ павшего.
В неверном свете факелов драка становится похожей на какой-то дьявольский танец.
Удар, удар, еще удар, отход в сторону, еще выпад.
Клод бился, как одержимый. Время словно замедлило свой бег. Лишь общий гул и биение сердца, только почему-то в голове, а не там, где ему положено быть.
Удар, удар, отход в сторону, еще удар. Неуловимым движением Клод выбивает меч из руки «белого» - спасибо мастеру Морану, учителю фехтования. Парировав удар слева, принц кинулся на следующего врага.
Боль в плече справа – ничего, просто царапина. Даже не смотря, принц отмахивает мечом. Слышен стон – в кого-то попал.  Удар, удар, еще...

***

Чей-то сильный и властный голос проник сквозь пелену, окутавшую сознание Клода.
- Остановитесь!
Перед принцем лежал труп воина в белом плаще. Только плащ уже не был белым – кровь окрасила его в зловещий багровый цвет. Клод все еще по инерции продолжал наносить удары по бездыханному уже телу.
- Остановись, брат! - раздался голос снова.
Клод поднял голову, окинул взглядом площадь.
Кругом кровь. Несколько тел, лежащих на ступенях перед воротами храма. Раненые, умирающие.
Городская стража оттесняет опешившую толпу от Храма. Кто-то сбежал, группа компаньонов принца в мрачном молчании и словно в смущении замерла в отдалении. Натан Грей зажимает рассеченную мечом ногу. Прайд в молчании переворачивает тело, лежащее на мостовой. Это Рэй Гибелинг. Еще утром он был весел и полон жизни.
- Прости, Вивьен, ты не дождешься своего Рэя. – произнес Клод, обращаясь к отсутствующей на площади невесте Гибелинга. Затем, обращаясь уже к Прайду:
- Потери?
- Шестеро: Рей, Артур, Эйвальд, Асмунд, Рагнар и Ричард. Трое ранены.
Имена убитых раскаленным железом впечатывались в мозг Клода. Кто-то за это заплатит!
Рубаха вся мокрая от крови. Клод повел плечом – боль. Потрогав рукой рану – несерьезная – и вытерев с лица кровь, Клод, наконец, повернулся к говорившему.
- Не замечал в тебе раньше такой силы, брат! – промелькнула в голове Клода мысль.


--------------------
Во время войны спартанцы носят одежды красного цвета, чтобы на них не были видны пятна крови...
Пользователь в офлайне Отправить личное сообщение Карточка пользователя
Вернуться в начало страницы
+Ответить с цитированием данного сообщения
Уррик
сообщение 05.04.2006, 8:36
Сообщение #9
Орк
Персонаж Игры
Неофит
*


Пол:
Сообщений: 6






Уррик.
Тар-ул-Кханнош. Горы.
6 нолаире.

Солнце – большой и яркий круг на бескрайне-синем небосклоне без единого облачка, словно смеялось, радуясь приближающемуся лету. Его жаркие, но ласковые лучи согревали изумрудно-зеленую траву, покрывающую склоны Кахан-Моро (Царь-гора, оркск.), величественной горы где-то посреди бескрайних хребтов Тар-ул-Кханноша, золотили редкие стебельки полыни и, столкнувшись с серебряными струями шумной горной речушки, берущей исток где-то в верховьях гор, рассыпались сотнями озорных солнечных зайчиков.
Где-то рядом вспорхнула, словно испугавшись чего-то, мелкая лесная пичуга, над водой кружили стрекозы. Сонное зудение пчел, сладкие запахи клевера и вереска, словно хороший эль, кружили голову.


***

Где-то там, в зарослях чертополоха у берега свила свое гнездо огарка – дикая утка. Небольшая... но необычайно вкусная.
С луком в руках – стрела с широким наконечником, «срезень», на тетиве – Уррик подбирался ближе. Тихо-тихо, стараясь не пошевелить ни единой травинки, он делал шаг за шагом в направлении прибрежных зарослей. Шаг... еще шаг... Внимание, осторожность, терпение – вот что делает охотника охотником!
По-летнему теплое солнце согревало зеленую кожу на спине орка. Волосы собраны на затылке в хвост, чтобы непослушные пряди не лезли в глаза. Орк бос, короткие кожаные штаны не стесняют движений, на поясе -нож. Торс не прикрыт – так свободнее, да и жарковато в меховой безрукавке.
Уррик раздвинул кусты, ища взглядом утку, чье негромкое кряканье время от времени раздавалось со стороны воды. Вот, что-то шевельнулось... Прицел... спокойно...
Тетива пропела свою короткую песнь, стрела, словно черная молния, пролетела сквозь заросли чертополоха, чтобы неминуемо найти свою цель...
Корягу...
-Тьфу! Эльфов тебе на голову! - Уррик в сердцах бросил лук. Утка, испуганная неожиданным вторжением, захлопав крыльями, взвилась в воздух, чтобы уже через полминуты скрыться за деревьями растущего на склонах леса.
Да чтоб тебя! - Уррик еще раз сплюнул и погрозил кулаком утке вслед. Наверное, если бы огарка видела этот кулак, а он был едва ли меньше ее самой, она бы и вправду испугалась. Однако утка была уже далеко.
- Сын мой, ты будешь великим охотником! - передразнил молодой орк (а он только этой весной встретил свою «зрелость» - шестнадцать лет) своего отца – Углука, Старейшего деревни.
Что и говорить, пока не получалось! Стрелы, выпущенные рукой Уррика, почему-то упорно отказывались попадать в какую-нибудь живность. Орк уже начинал думать, что у его стрел есть причина не желать смерти ни в чем не повинных диких зверей.
Твердо решив, что теперь «ходить» будет только на медведя – его все равно луком не возьмешь, лучше на рогатину – наш герой окинул взглядом поляну и, поскольку медведей в округе не наблюдалось, развалился в прибрежной траве.

***

Чуть повалявшись, Уррик вынул из кожаных ножен у левого бедра свой нож – его вчера перед всем селом с гордостью вручил орку отец. Темный металл, из которого было сделано оружие, где-то в глубине клинка отливал каким-то загадочным цветом, словно какая-то неяркая искра горела внутри неярко, но неугасимо.
Уррик улыбнулся, обнажив ряд острых чуть желтых клыков – вот это оружие настоящего мужчины – пару раз повел клинком в воздухе, подскочил и стал прыгать по траве, размахивая оружием. Сейчас он уже не был простым орком, он словно видел, как сам,  подобно великим героям древности – Кэр'Т'Хашу или Гор'Т'Хору, ведет в бой несчетные орды своих воинов навстречу боевым шеренгам эльфов, блистающих на солнце своей позолоченной броней. Уррик весьма смутно представлял себе, как они выглядят – эти самые "боевые шеренги", но звучало загадочно и даже немного пугающе. А как же иначе? Если не страшно, тогда и героем не станешь!
- Интересно, как выглядит позолоченная броня? - задал Уррик вопрос сам себе.
- Хотя, неважно! - ответил орк себе же. - Настоящий мужчина никогда не станет носить броню из золота! Блестящие побрякушки – удел женщин! Сталь – вот благородный металл для настоящего орка!
Эту простую истину Уррику когда-то, когда он был еще совсем молодым и "зеленым" (при рождении у орков кожа ярко-зеленого, изумрудного цвета, с годами темнеет и приобретает сероватый оттенок), поведал деревенский сказитель. Теперь Уррик уже не был ребенком! При всем клане Старейший вручил ему нож! Он теперь настоящий воин!
- Дрожите, жалкие эльфы! - с этим криком орк бросился навстречу кустарнику, щедро покрывающему берега реки...

***
От беспощадного уничтожения пятый или шестой десяток "эльфов", растущих на берегу, спас только смех, послышавшийся за спиной Уррика.
Орк недовольно обернулся. На поваленном дереве, свесив босые ноги в прохладную воду речки, сидела молодая орка – Иза. Кожа на лице Уррика посерела – орки не могут краснеть. Зачерпнув в горсть немного глины у берега, он кинул получившийся комок в девушку.
Ловко  увернувшись от запущенной в нее глины, орка со смехом спрыгнула с дерева.
- Что, опять эльфов гоняешь? Говорят, старый Т'Хорр тоже, когда переберет пива, эльфов видит!
- Что ты понимаешь в делах настоящих мужчин! - Уррик обиделся. - Настоящие мужчины созданы для сражений!
- Опять старых сказок про Врага наслушался! - девушка картинно закатила глаза.
- Это вы, женщины, просто завидуете нам, потому что не умеете сражаться! Ваш удел – ждать мужчину с войны! - Уррик повернулся к орке спиной и принял гордый вид.
- А вот это мы сейчас и проверим! - быстрым движением Иза бросилась на спину орка и стала колошматить того по плечам своими маленькими кулачками.
Упав на землю, Уррик схватил девушку за плечо и несколько минут они со смехом катались в траве. Оказавшись в очередной раз сверху, Иза стала щекотить орка. Этого Уррик не выдержал:
- Нет, нет! Только не это! - Уррик панически боялся щекотки.
- Сдаешься? - с торжеством в голосе закричала Иза.
- Да! Сдаюсь! Сдаюсь! Только не щекоти! - орк был готов на все.
- Тогда я выдвигаю условия!
- Согласен, на все согласен! - голос орка срывался на визг.
- Поцелуй! - произнесла девушка, прекращая щекотить Уррика и целуя того в губы.
Уррик сжал ее в объятиях и некоторое время они лежали в траве, почти не шевелясь, прижимаясь телами друг к другу.

- Ну вот, а ты говорил, что женщины воевать не умеют! - девушка высвободилась из обьятий и села рядом.
- Это нечестно! - опять насупился Уррик. - Если бы мы с тобой по честному, или на ятаганах, там не нащекочешься!
- Эльфов тебе на голову! Ну что мне с тобой делать, когда же ты, наконец, повзрослеешь, Уррик?! Тебе уже жениться скоро!
- Ну да! - орк разулыбался, обнажая ряды острых клыков. - Вот по осени мы с тобой и поженимся!
- А кто это сказал, что я соглашусь? - Иза приподняла бровь.
- А разве не согласишься? - Уррик даже перестал дышать от удивления.
- Ты мне сначала докажи, что любишь!
- Люблю! Честно! - в желтых глазах орка не отражалось и тени лукавства.
- Не так! Вот стань Старейшим! А то что это, я – первая красавица в деревне – и за первого попавшегося дровосека?!
- Почему это за первого попавшегося?!! Я, между прочим, сын Старейшины! И вообще, чтобы стать Старейшим, нужно сначала состариться!
- Да, такое меня не устраивает! - задумалась Иза. - Но докажи как-нибудь! Найди мне что-нибудь такое, чего ни у кого нету! Чтобы все знали, "вот, у нее есть, а ни у кого больше нету!"
- И честно-честно, сразу замуж? - Уррик задумался.
- Честно-честно, сразу замуж! - девушка рассмеялась и снова кинулась в обьятья Уррика.

***
Провалявшись остаток дня в траве под лучами теплого летнего солнца, порядком помятые и уставшие, но чрезвычайно довольные, Уррик и Иза вернулись в деревню уже затемно. Проводив девушку до дома, орк вернулся в свой дом. Отец – Старейший деревни - еще не спал, чинил прохудившуюся сеть.
Дневной разговор с Изой все не шел из головы. Конечно, для того, чтобы стать Старейшим, можно убить предыдущего Старейшего. Так в песнях поется, так делали герои древности.
Уррик посмотрел на отца – нет, эта мысль отпадает.
Остается найти "что-то, чего ни у кого нет".
- Ата! (отец, оркск.) Скажи, где взять то, чего ни у кого нету? - задал Уррик вопрос, подсаживаясь к грубому деревянному столу.
- А, опять с Изой был? - отец улыбнулся. - Смотрю - весь покусаный!
- Кусает, значит любит! - ответил Уррик старой пословицей. - Ты лучше дело скажи, где взять?
- Не знаю! На ярмарке спроси. Туда всякое привозят.
- Но, раз привозят, значит, у кого-то уже есть! - резонно возразил орк.
Отец отложил сеть и задумчиво почесал в затылке:
- Тогда, наверное, нужно у гномов искать! У них все есть! - подвел итог своим долгим раздумьям старый орк.
- И даже то, чего ни у кого нету?
- Наверное, даже то! Чем эльф не шутит?!

***

Остаток ночи Уррик провел в раздумьях. Он ворочался с бока на бок, разговор все не шел из головы. Перед глазами стояла смеющаяся Иза, да и покусанные плечи болели.
Утром отец, зашедший к Уррику, не обнаружил того в постели. Также пропали его вещи, походная сума и нож – знак зрелости орка.
Пользователь в офлайне Отправить личное сообщение Карточка пользователя
Вернуться в начало страницы
+Ответить с цитированием данного сообщения
Теодор Ренсинг
сообщение 05.04.2006, 9:52
Сообщение #10
Человек
Персонаж Игры
Неофит
*


Пол:
Сообщений: 6


Церковь Церквей



Арнсад. Трейнион. Ночь 1 месяца Нолаире. 347год


Клянись на крови, братья или враги.


Красивые пальцы медленно перелистывали страницу за страницей одной из многочисленных книг, которыми был завален высокий стол из красного дерева. Названия толстых фолиантов порою было не разобрать из-за стёртых временем кожаных переплётов.
Просторная комната тонула во мраке, на столицу давно спустилась ночь и темнота не спеша покрывала сначала дворцовые стены, а затем и комнаты…натолкнувшись на смоляную лампу она нехотя обошла её стороной.
Младший из принцев часто засиживался допоздна, чаще всего заканчивая свои дела к утру. Этот день незаметно переходящий в ночь не стал исключением. На нём держалось очень многое, но Теодор не жаловался, он любил работать с самого детства, в отличии от того же Клода, который искал своё призвание в другом.
При мысли о брате Тео откинулся на спинку стула, тяжело вздохнув. Ещё, когда они были  совсем детьми их интересы расходились. Клод с детства любил задирать девчонок, спорить с наставниками, сбегать с уроков, если подвести этому итог, то можно сказать, что если в семье случались какие-то неприятности, виновного искать не приходилось, все итак знали кто он. Теодор воспринимал это спокойно, заучивая всё, что попадалось под руку, в том числе и меч.
Старший брат частенько задевал Тео, в детстве пару раз младший получал хорошую взбучку от брата, за то, что в очередной раз обыграл того в какую-нибудь игру или сделав лучше него домашнее задание. Но со временем Теодор догнал брата в искусстве боя, а благодаря усердным тренировкам обогнал, может не намного, но всё же.
Но в тоже время они хорошо дружили. С Рафаэлем они виделись редко, потому Клод был самым близким человеком для Тео. И часто они делились своими проблемами друг с другом, часто ссорились, но также часто мирились.
Время шло всё быстрее и вскоре стало понятно, что жизненные пути родных братьев разойдутся. Клод выбрал столичную славу, красивых девушек и бесшабашные поступки…
Он брал приступом любую девушку, как в своё время легендарный герой всего Асколета Габриэль, который один за одним разбивал эльфийские лагеря.
Теодор не завидовал, он выбрал другую жизнь, отказавшись от маршальского жезла и славы. Служить Церкви, а главное Святой Деве, вот цель жизни младшего из принцев. Он будет возводить храм за храмом, чтобы очистить всю страну от каких-либо грехов и каждый кто ему помешает будет немедленно наказан…
Сейчас отношения с братом пошли в очередной раз в гору, никто никого не трогает, а когда видятся достаточно мило общаются, конечно не обходится без язвительных шуток Клода, но это у брата не отнять и Теодор привык к ним и сам не против порою хорошо пошутить. С момента последней ссоры прошло довольно-таки много времени, та ссора была самой серьёзной за всё время общения братьев…маршальский жезл…Клод не простил ни его, ни отца. Сейчас, как казалось Тео, брат становится на правильный путь. Таланта в нём очень много и хоть большую часть его он тратит на гуляние, что-то он порою делает правильным. И его знаменитые кэлоданцы служат тому прекрасным примером…

Из мыслей Теодора вырвал резкий стук в дверь, позволить который мог себе кто-то с очень важной вестью.
- Войдите – принц встал из-за стола, поправляя белоснежный камзол.
- Прошу прощения милорд…- вошедший низко поклонился – на Храмовой площади кэлоданцы, они хотят ворваться в Храм... – было прекрасно видно, что мужчина волнуется, но хорошая выучка позволила достаточно чётко и без колебаний доложить о произошедшем, через мгновение нарушителя спокойствия уже не было.



Удары копыт о мостовые столичных улиц гулко отдавались в ночной тишине. Белый всадник казался таким незваным гостем на пиру у темноты, которая вовсю властвовала в Трейнионе.
За спиной оставались квартал за кварталом и перед самой площадью принц перевёл жеребца на мелкую рысь, прислушиваюсь к крикам людей и лязгу оружия.
На площадь он въехал никем незамеченный. Всё происходящее возле храма повергло в шок молодого принца. Ассасинов ордена было куда меньше чем кэлоданцев, но они сдерживали людей брата, которого Теодор сразу же заметил. Высокий и красивый, Клод словно языческий Бог с ног до головы в крови вёл за собой свой отряд. Белые плащи людей ордена больше походили на колпак палача, полностью залитые алой влагой. Жертв со стороны кэлоданцев было больше, но это не утешало, людей у Теодора было не больше пятисот человек, и каждая смерть тяжело сказывалась на Ордене.
Как остановить эту резню? Теодор был спокоен, но докричаться до одурманенных кровью людей было нереальным…
ТЫ СМОЖЕШЬ…
Принц почувствовал, как его уста сами открываются…
- Остановитесь! – Теодор готов был покляться его услышал даже самый обезумивший, всякий, кто находился на площади услышал его. Но некоторые по инерции ещё наносили удары, Клод не был исключением.
- Остановись, брат! – это Святая Дева дала ему эту силу…Теодор не сомневался, слишком властным и громким был голос в этой сумасшедшей резне.
На этот раз Клод остановился. Он о чём-то спросил у своих людей, после обернувшись на Теодора.
- Ты поздновато явился братец – Клод несмотря на всё произошедшее выдавил из себя издевательскую усмешку.
- Лучше бы я этого не видел…ты понимаешь, что натворил? – Тео спешился.
- Я натворил?! Ну знаешь…- Клод начинал заводиться…
- Подожди…- младший принц вытянул вперёд руку, словно Творец благословляющий великого рыцаря на подвиги. – Не здесь! Уведи своих людей, нас рассудит отец, сейчас надо помочь раненным.
- Что ж…ты прав брат. – синие как море глаза сверкнули. Развернувшись, Клод отошёл к своим людям.

Теодор перевёл дух…главным было утихомирить пыл Клода. Он оглянулся…кровь, кровь и ещё раз кровь. Городская стража потихоньку обступала площадь. Король будет очень зол, уж в этом-то Тео не сомневался.


Раннее утро следующего дня.

- Воооон!!!! И чтобы я вас не видел ближайшую неделю! Каждый из вас ещё ответит за произошедшее! – отец кипел от ярости. – Запомните, всё что вы услышали сегодня! Каждый следующий ваш промах будет караться в сотни раз жёстче и я не посмотрю на то, что вы мои дети! – король плюнул с досады на красивейший ковёр ручной работы.

- Неплохо было бы вернуть то, что по праву принадлежит храму…- начал Теодор, как только они оказались за дверью покоев отца.
- За неё отплатили кровью мои компаньоны! – прошипел в ответ Клод.
- Святое не покупается.
- Что?! – старший из братьев нанёс удар рукой с такой скоростью, что Теодору с трудом удалось от него увернуться.
За ним последовали следующие удары, но Тео удавалось избежать попаданий, заметив то, что брат совсем не теряет искусство боя в своих гулянках по всем злачным заведениям столицы, приложив достаточно усилий.
Клоду похоже наскучили кулачные бои и он кинулся на Теодора повалив того на красивый дворцовый пол, но вовремя подоспевшая стража разняла принцев.
- Ещё свидимся брат – Клод наградил брата полным презрительности взглядом, одёргивая от себя руки гвардейцев.
- Как скажешь…
Продолжать дискуссию братья не собирались, боясь того, что их услышит король и поспешили разойтись.
В семье Ренсингов назревал никому ненужный раскол…


--------------------
Я буду верен тебе, твои мечты исполнив, ведь я упрям и молод...
Пользователь в офлайне Отправить личное сообщение Карточка пользователя
Вернуться в начало страницы
+Ответить с цитированием данного сообщения
Миранда
сообщение 06.04.2006, 20:12
Сообщение #11
Звезда
Персонаж Игры
Неофит
*


Пол:
Сообщений: 10


Бойтесь не судей, бойтесь не сметь... (с)



Трейнион. Месяц Метеллаир. 347год.


    Длинный, темно-русый локон сделал еще одну попытку, непослушно выскальзывая из искусных рук, но мастерство еще один раз доказало, что любой каприз подчиняется ему, и волнистый проказник был тут же уложен в простую прическу.
- Спасибо, - негромко проговорила русоволосая девушка, поводя плечом отчего длинная, до пояса коса подобно змее скользнула за спину хозяйки, которая пристально вглядывалась в свое отражение.
    Серебрянный овал зеркала показывал невозмутимую девушку, чьим правильным, холодным чертам лица казалось противоречил лишь огонь, прячущийся в глубине серых глаз. Привлекательность ее лица не портил даже крупноватый рот, который презрительно скривился, когда до его обладательницы долетел еще один восхищенный возглас:
- О, вы не представляете! Говорят он пронесся через весь город подобно вихрю и разнес всех, кто пытался охранять церковь. Принц Клод никого не боится, даже заговоренных от боли бледных молей! - девичий голос так и звенел восторженными нотками, передавая волнение и восхищение, охватившее молоденькую фрейлину королевского двора.
- А чего ему боятся? За него поднимутся все! Весь город поддержит нашего принца! Правда, ваше высочество? - вторая восхищенная поклоница обернулась к смотрящей на свое серебрянное отражение девушке.
    Миранда, дочь короля Маттиаса, медленно повернула голову, пряча усмешку на губах:
- Правда. Клод всегда отлично умел заводить друзей... и приводить их к вратам смерти...
- О, ваше высочество, вы несправедливы! Они погибли за правое дело! За друга!
- Которого не воскресили, оставив невест и подруг оплакивать их, - печально завершила Миранда. - Лиза, скажи, тебе бы понравилось, если бы вдруг погиб принц Теодор? У вас нет отношений, но я знаю твое чистое сердечко любит его..
    Девушка, которая обещала поддержку города, побледнела, а потом вспыхнула подобно ясной зорьке, опуская глаза под прямым взглядом принцессы.
- Положить за жизнь одного друга - еще десяток друзей, - словно рассуждая вслух, продолжила говорить Миранда, поднимаясь и подходя к окну, чтобы окинуть взором небо и город под ним. - Глупо. А восхищаться этим..
    Она замолчала и сделала знак рукой, отпуская всех. Миранда не спешила поворачиваться, зная что девушки приседают в церемонных поклонах и выпархивают за дверь. Когда шорох платьев затих, принцесса медленно развернулась и удивленно подняла брови:
- Что такое, Лиза?
- П..п-очему вы так сказали, ваше высочество? Не надо кликать беду.
    Миранда неожиданно и весело рассмеялась:
- Поверь, Лиза, моего милейшего брата защитит его святая возлюбленная, а значит ему ничего не грозит. Ни в жизни, ни в смерти.
- Вы так просто говорите о серьезных вещах...
- Нет ничего проще проживать свою жизнь, когда она распланирована на несколько лет вперед и охраняема самим Создателем, - голос принцессы был так насмешлив, что фрейлина укоризненно покачала головой.
- Да обережет вас Создатель от зла, ваше высочество, - белые ручки набожно сложились на груди, а хорошенькое личико устремилось вверх, словно ища того самого Создателя.
- Он услышит твои слова, - улыбнулась принцесса. - Но сначала мне хотелось бы сделать кое-что другое. Лиза, принеси перо и бумагу. И пригласи двух гонцов.
- Папенька осерчает, - тихо проговорила Лиза.
- Разумеется, но что в этом удивительного? - вскинутая бровь.
    Фрейлина присела в реверансе, поспешив исполнить приказ. Миранда проследила за девушкой и вновь вернулась к окну, где был прекрасно виден королевский двор. Принцессу нисколько не волновало, что ее присутствие могло действовать на нервы коронованому родителю. В конце концов у папы так мало достойных развлечений и поводов позлится. Себя Ее Высочество, считала более чем достойным поводом для пересудов и разговоров, только никогда не обольщалась: она всего лишь женщина из королевской семьи, а женщины по мнению так многих людей решают в их мире - мало. Миранда всегда и во всем могла решить то, что ей хотелось: ее желания и возможности обычно гармонично совпадали.
- Перо и бумага, ваше высочество. Желаете продиктовать письмо?
    Задумчивая улыбка:
- Нет. Желаю написать, - она присела за стол, изящная рука быстро провела по чуть желтоватому листу бумаги, прежде чем легкое перо принялось привычно порхать выводя слова:
"Милый брат! Рада сообщить тебе, что со мной все в порядке. Как и со всеми нашими родственниками. Во дворце стало невероятно скучно: очередной турнир, как и многоголосые восхищенные песни придворных стали слишком часто повторятся. Прошу тебя не беспокоится, если вернувшись ты не застанешь меня в Трейнионе. Я соизволяю отправится в Винбадей. Жаркое солнце и горячий песок - что может быть лучше после стылых покоев нашей милой родины?
Любезные родственники безуспешно пытаются придумать поводы для развлечения, но это всегда пахнет в лучшем случае притворством, в худшем - кровью и болью.
Надеюсь, что с тобой все в порядке, Рафаэль. Уверена, что ты в состоянии позаботится о себе, милый брат, но буду рада еще раз подтвердить свою уверенность. Остаюсь нежно помнящей тебя сестрой,
Миранда".
    Быстро перечитав написанное, принцесса улыбнулась и запечатала письмо. Ей было хорошо известно, что старшему брату не нужно лишних пояснений, а поэтому и расписывать во всех красках происходившее вокруг она не собиралась. Отложив уже готовое послание, она тут же очень быстро написала еще одно, бывшее еще более лаконичным:
"Рада приветствовать, граф! Надеюсь, что не сильно потревожу вас своим визитом? Всегда искренне расположенная к вам,
Ее Высочество Миранда Ренсинг".
    В этот раз перечитывать она не стала, быстро запечатав и подняв глаза на гонцов:
- Это письмо передашь моему брату, как только он изволит сообщить о своем местонахождении или появится в столице, - серые глаза принцессы холодно засветились, когда гонец открыл было рот для вопроса. - Тебе хорошо платят за исполнение приказов, а не за вопросы. - поворот красивой головки. - Во весь дух скачи, но чтоб обернулся в срок. Это письмо надлежит передать в собственные руки графу Де'Бре'Селентею. Учти, если к моему визиту не будут готовы - с тебя лично шкуру спущу.
- А когда состоится ваш визит в Сэн-Эрте? - несколько ошарашенно откликнулся гонец.
    Миранда откинулась на стуле, прикрывая глаза ресницами:
- Это тебя не должно касаться... а тот, кто получит письмо - поймет. - девушка дождалась, когда гонцы уйдут и обернулась к Лизе. - Ты едешь со мной.
- Это.. честь для меня, ваше высочество, - пролепетала девушка. - Но разве вы не предупредите своего отца?
- О приятных сюрпризах всегда лучше узнавать неожиданно. Тем более, что сейчас папа наверняка рад той удивительной заварушке, что устроили его любимые сыновья.
    Миранда умолчала о том, что из королевской кухни исчезнет одна из поварих, которую принцесса также пожелала взять с собой, оценив искусно приготовленные ею блюда. Ее высочество сделала характерный жест рукой, коротко приказав собрать необходимые вещи и улыбаясь ответив на неизменный вопрос:
- А какое платье приготовить вам для поездки?
- Оно уже готово, - Миранда с удовольствием поднялась и встряхнула головой.
    В ее доме, на кровати лежал походный костюм для верховой езды: нательная рубашка с камзолом, мягкие брюки, легкие сапоги. Что еще нужно для путешествия верхом?
- Я жду тебя дома через два-три часа, Лиза.


    Спустившись во двор и окидывая взглядом покидаемый дворец, принцесса не удержалась от еле заметной насмешливой гримаски:
- Сестричка Миранда, - раздался едва ли не мурлыкающий голос.
- Братец Клод, - тон в тон откликнулась молодая женщина, перекидывая косу через плечо и чуть пробежалась пальчиками по заплетенным прядям волос, словно настраивая звучный инструмент. - Хорошо выглядишь.
    Красивое лицо брата осветилось жизнерадостной улыбкой:
- А ты как всегда сверкаешь, сестрица.
- И как всегда - мимолетно. - она помолчала и негромко добавила. - Хотя в этот раз сверкаешь ты.
    Клод скривился и кажется попытался что-то добавить, но передумал, прямолинейно спросив:
- Уезжаешь? Куда?
- В теплые края, - искренне засверкала улыбкой Миранда. - Братец, передай привет всем родным... И своим кошкам.. До встречи.
    Она быстро пошла прочь, совершенно не обращая внимания на взгляды многочисленной прислуги, придворных, которые с обожанием смотрели на ее брата. Девушка уже мысленно была в пути, а потому не слышала коротких слов прощания своего красавца-брата:
- Возможно до скорой...


--------------------
Родителей не выбирают...
Пользователь в офлайне Отправить личное сообщение Карточка пользователя
Вернуться в начало страницы
+Ответить с цитированием данного сообщения
Роберт
сообщение 06.04.2006, 20:32
Сообщение #12
Молния
Персонаж Игры
Неофит
*


Пол:
Сообщений: 2


Не злите меня. В гневе я неприятен. (с)



Винбадей. Крепость Сэн-Эрте. Месяц Метеллаир. 347год

    Ничего кроме палящего солнца и въедливой пыли, поднимавшейся из под копыт уставших взмыленных лошадей. Выжженная пустыня, насколько хватало глаз, казалась, как никогда, замершей и безмолвной.
    Настолько тихо, как в эти дни, здесь не было никогда. Словно там, за узкой полосой песчаника вдруг не стало той враждебной силы, что год от года стремилась прорваться за эту опаленную черту…. Увы, такие перемены редко бывают к лучшему.
    Роберт вдохнул раскаленный воздух и поднял забрало:
- Возвращаемся.
    Два десятка закованных в латы всадников развернули лошадей в обратный путь. Люди стремились, как можно быстрее, попасть в тень и под защиту каменных стен Сэн-Эрте. Лето в этом году выдалось особенно засушливым и жарким, настолько, что граф впервые за время своей службы здесь был склонен согласиться заменить лошадей гуарами*. Несмотря на то, что зачастую от этих тварей было больше проблем, чем пользы, ящеры гораздо лучше выносили длительные рейды в такую погоду.
    Впрочем, эти места никогда не были дружелюбны к живущим здесь людям. Винбадейская полупустыня, лишенная почти любой растительности, кроме кактусов и колючего кустарника, несмотря на все старания рейнджеров и охотников оставалась местом, где обитали чудовища, исчезнувшие в других областях мира сотни, если не тысячи лет назад. 
    Но в этот раз обошлось без приключений. Через два часа они вернулись к крепости. Над толстыми каменными стенами, израненными многочисленными осадами, развивались выцветшие полотнища королевских знамен. Узкие ворота медленно приоткрылись, пропуская людей на широкий двор.
      Сэн-Эрте ничем не отличалась от десятков таких же крепостей раскиданных по границе песчаника. Простые, но надежные укрепления, оскалившиеся на запад баллистами, спрятанные за стенами конюшни, оружейные, склады. Высокие постройки дарили столь долгожданную тень, но дышать рядом с раскаленными камнями было едва ли не тяжелее, чем под открытым небом.
      Пронаблюдав, как створки медленно затворились за его людьми, Роберт спешился, отдавая уставшего взмыленного коня под опеку конюха, бросил оруженосцу шлем и осмотрел свой отряд. Лишь когда ворота крепости закрываются за вернувшимися воинами, поход может считаться законченным.
- Все свободны до завтра, - объявил граф, - Бенжен…
      Капитан стражи Сэн-Эрте Бенжен Троваль, немолодой и разговорчивый уроженец Синкатора обладал удивительно полезным свойством появляться именно тогда, когда был нужен.
- Так точно, Вашмилость, - поклонившись, сказал капитан, - Здесь я. Что есть угодно?
- Двойные дозоры на стены и ночью зажечь на башнях огни.
- Так спокойно все, - возразил было Троваль удивленно, но осекся, встретившись взглядом с Де Бре’Селентеем.
- Выполняйте, Бенжен, - с улыбкой подтвердил Роберт.
      Пройдя две трети своего ежедневного пути, солнце клонилось к закату, его ярко-оранжевый палящий полукруг почти скрылся за западной крепостной стеной. Впервые за день Роберт почувствовал насколько устал.
      Граф избавился от доспехов, смывая пот и пыль, вылил на себя ведро приятно охладившей кожу колодезной воды и заперся в своих покоях, приказав не беспокоить до утра. Однако сон доблестного защитника границ был прерван уже двумя часами позже настойчивыми ударами в двери:
- Мне нужен граф Роберт Де Бре’Селентей, - поспешно произнес высокий худощавый мужчина, как только Роберт открыл двери, но осознав, что вряд ли дождется от командира Сэн-Эрте радушного приема снизошел до объяснений причины своего визита, - Письмо из Трейниона.
      Это было короткое послание от старшей дочери короля Маттиаса, принцессы Форкосона Миранды Ренсинг… от Миры. Ее Высочество решили почтить скромную рыцарскую обитель своим вниманием. Роберт не видел ее почти полгода.

      Они познакомились пять лет назад, на большом турнире в Трейнионе. Роберту было двадцать два, он был молод, не лишен амбиций и обручен с одной из первых красавиц двора. Но той весной в жизнь второго сына провинциального дворянина вмешалась, возможно, сама судьба.
    Все началось с ссоры с Изабеллой. Они были знакомы и помолвлены едва не с самого детства, не сказать, что любили, но вполне устраивали друг друга. Однако Роберт обладал, по словам Беллы просто уникальной способностью выводить ее из себя, а она зачастую превращала безобидный спор в затягивавшийся на недели скандал. Не было ничего удивительного, что таковой случился и за пару дней до конца турнира, когда Роберт не мог думать ни о чем кроме предстоящих поединков.
    Помимо положенных любому дворянину уроков военного мастерства, сама жизнь в Винбадее с ранних лет учила владеть оружием и отлично держаться в седле. Кроме того, Роберт настолько верил в свою победу, что иначе случиться просто не могло. Это был его первый выигранный турнир, и последний. Более участвовать в них графу Де Бре’Селентею не пришлось, и он никогда, ни на минуту, не жалел об этом.
    В тот день было очень солнечно. Яркие бело-желтые лучи заливали ристалище и трибуны. Молодой рыцарь на светло-гнедом коне, только что получивший от короля Маттиаса золотой с изумрудами венок, который должен был преподнести королеве этого турнира, медленно ехал вдоль высоких скамей. Мимо прекрасной королевы Форкосона Гвенет, так часто получавшей подобные знаки восхищения… и мимо Изабеллы. Да, в то мгновение, глядя сколь торжествующим стало выражение лица его белокурой невесты, Роберт внезапно понял, что не хочет и не будет доставлять ей подобного удовольствия. Он искал другое лицо и другие глаза.
    И нашел их. Сероглазая красавица смотрела на происходящее на ристалище чуть высокомерно из под длинных темных ресниц. Тонкое правильное лицо, отличавшееся от прочих, восторженно ждущих, чуть усталым высокомерием было обрамлено темными слегка вьющимися волосами.
- Ваше Высочество, окажите мне милость сегодня стать королевой этого турнира и моего сердца.
      Трибуны вздохнули от неожиданности такого выбора. В серых глазах нелюбимой королем, но от этого не менее прекрасной, его дочери Миранды Ренсинг мелькнуло удивление, довольно быстро сменившееся улыбкой. Принцесса приняла венок, и наклонилась, мимолетно касаясь губ рыцаря.
      После был вечер и пир, данный Маттиасом в честь окончания турнира, и еще одна встреча с Мирандой, незаметно для них обоих растянувшаяся на несколько лет, а после и на сотни лиг, отделивших их друг от друга, хоть и не сумевших разлучить.

    Сложив письмо вдвое, Роберт кивнул гонцу, но следующие слова предназначались слуге:
- Распорядись приготовить несколько комнат, и передай на кухню, что вечером будут гости.

*Гуары - крупные хищные ящеры, плохо поддающиеся приручению, но несмотря на это из-за выносливости и хорошей переносимости жары нередко используемые рейнджерами и защитниками границ Винбадея в качестве вьючных и ездовых животных.


--------------------
Это я не серьезен? Да я себе в зеркало не улыбаюсь, потому что серьезный такой!!! (с)
Пользователь в офлайне Отправить личное сообщение Карточка пользователя
Вернуться в начало страницы
+Ответить с цитированием данного сообщения
Корделия
сообщение 07.04.2006, 15:10
Сообщение #13
Человек
Персонаж Игры
Неофит
*


Пол:
Сообщений: 2


Смотреть - не значит видеть.



337 год от Великой Битвы.
Поместье Дерингов.


Было на удивление темно. Голова чуть болела. Корделия села, сжала вески ладонями.
Что случилось? Где я? Но почему же так темно?
Приглушенные голоса. Девочка прислушалась.
Кажется отец и кто-то ещё.

- Крепитесь. На все воля высших сил. Но может не сегодня, так завтра она прийдет в себя.
- Вы говорили это вчера.
- Такое падение… Простите, я бессилен.

Падение… Ну да. Конечно. Я ехала слишком быстро. Потом…
Она вспомнила невероятный миг полета, когда её выбросило из седла. Потом удар, резкая боль и все померкло.
Наверно сейчас уже ночь.

- Папа. – Её голос прозвучал неуверенно.
Она почувствовала движение вокруг себя. Тут же кто-то сжал её плечи, обнял.
- О небеса и все ангелы! Корделия! Девочка моя! Ну и напугала ты меня.
Девочка рассмеялась в объятьях отца.
- Это у меня получается лучше всего. Сейчас уже ночь? Почему так темно?
Он отстранился. Корделия почувствовала, как напряглись его руки на её плечах.
- Корделия… Что же это…
- Позвольте мне…
Кто-то взял её лицо в ладони.
- Свечу. Зажгите свечу. – Потребовал тот же голос.
Чиркнуло огниво. Но света все не было.
- За что… Ангела неба, за что… - Голос отца был полон безнадежного отчаяния.
Корделия нахмурилась. Что-то было не так.
- Свеча не зажглась? Почему…
- Корделия… сейчас день… солнечный день.
- Тогда почему?
Понимание все никак не хотело приходить.
- Так иногда бывает. – Начал успокаивать другой голос. – Сильный удар во время падения. Зрение вернется. Через несколько дней. Возможно.

347 год. Месяц Лотессе.
Поместье Дерингов.


Скрип песка под туфельками. Шуршание шелка. Корделия давно привыкла к этим звукам. Как и к пушистому загривку Зербино под рукой. В парке поместья давно можно было не опасаться неожиданно получить по лицу хлесткими ветками. И Корделия могла позволить себе это небольшое удовольствие побыть одной. Почти одной. Песок скрипел не только под её туфельками и лапами собаки. Достаточно было позвать и из любой части парка её выведет к дому, ступающий за ней попятам сопровождающий. Возможно он и старался быть не заметным, но слух Корделии был не таким как у всех людей. Но так было спокойнее отцу и с этим надо было мириться. Как со мраком вокруг. Девушка остановилась. Отпустила загривок собаки и сделала два шага с дорожки. Руки безошибочно ощутили шершавую кору дерева. Теперь можно было прижаться спиной к дереву, слушать, как шуршат листья над головой, и вспоминать, как солнце светит сквозь них.
Из задумчивости её вывела легкая поступь знакомых шагов.
- Кати. – Позвала она.
- Как ты узнаешь?
- Я уже говорила. Все ходят по-разному. А твои шаги я помню слишком хорошо.
- А ты как всегда здесь.
- Да. Ты меня искала?
- Граф приехал.
- Как хорошо. Зербино, домой.
Корделия шагнула на тропинку. Кати попыталась взять её под руку.
- Кати, не надо. Я же говорила. Здесь я могу и сама.
- А вдруг ты оступишься?
- Значит оступлюсь. Не лишай меня хотя бы такой самостоятельности.
- Делия…
- Не обижайся. Пойдем.

Спустя несколько часов они уже гуляли по парку в вдвоем. Зербино с лаем гонял птиц вокруг. Пауза повисла между отцом и дочерью с начала прогулки. Отец волновался. Корделия это чувствовала по часто сменяющемуся темпу шагов. Несколько раз они останавливались. Он словно не мог начать какой-то очень сложный для него разговор.
- Отец, что случилось? Вы о чем-то хотели со мной поговорить? – Начала она первой.
Они остановились. Он взял в свои руки хрупкие пальцы дочери.
- Делия, ты знаешь, я очень тебя люблю. Я беспокоюсь о тебе.
- В поместье я полностью под присмотром. Со мной вряд ли что-то может ещё случиться. Вы знаете об этом.
- Я не об этом. Тебе уже почти девятнадцать.
- Отец, не надо. Пожалуйста.
- Делия, я не могу не говорить. Я должен думать о будущем. О твоем будущем. Что будет с тобой, когда меня не станет? Кто будет оберегать тебя? Кто позаботится о тебе?
- Замужество не единственная возможность позаботится о моем будущем. Назначьте мне опекуна.
- И на кого я могу положиться?
- Но вы не можете быть уверены и в человеке, который станет моим мужем. Что станет со мной после замужества? Вы уверены, что мой возможный супруг не запрет меня в четырех стенах?
- А если он будет любить тебя? Любовь предполагает заботу.
- А это возможно?
- Пусть ты и не видишь, но ты очень красива Делия.
- Я не хочу.
- Делия, ты заперта в поместье. Ты ничего знаешь кроме этого места. Ты мало с кем общаешься. Позволь мне увести тебя в Трейнион. В конце Нолаире  там будет турнир и праздник.
- И как вы представляете мое участие в этом?
- Главное ты появишься среди людей. Поверь мне, многие девушки имеют гораздо более крупные недостатки, чем отсутствие зрения.
- Не верю. – Улыбнулась Корделия.
- Я обещаю, что ни буду тебя принуждать. Но если появится кто-то кто не будет тебе противен, и ты ему понравишься…
- Не стоит загадывать так далеко. Я согласна посетить турнир. Тем более от меня будет требоваться только сидеть и слушать звон мечей. Но остальное… - Она покачала головой.
- Хорошо.
Отец сжал её пальцы.
Наверное, он улыбается. Но пальцами этого не почувствовать, если только не провести ими по губам.
Пользователь в офлайне Отправить личное сообщение Карточка пользователя
Вернуться в начало страницы
+Ответить с цитированием данного сообщения
Ларс
сообщение 08.04.2006, 9:41
Сообщение #14
Человек
Персонаж Игры
Неофит
*


Пол:
Сообщений: 2


Цель оправдывает средства!



Ночь с 1 на 2 Гваэрона 347 года.
Мертвый Лес.
Ларс, Верховный Магистр Кленовой Лиги, крался по коридору. Здесь он знал каждый поворот: детские годы, проведенные в замке, юность а затем и почти вся взрослая жизнь не прошли даром. Ларс помнил каждый изгиб коридора, каждый камешек, каждую выбоину в полу, трещину на стене в этих тянущихся по всей обители Лиги туннелях. Вряд ли кто-то знал Замок лучше него.
Выработанная годами привычка ходить бесшумно стала чем-то естественным для Ларса. Возможно, именно за это его свойство появляться без единого звука, неожиданно, словно возникая ниоткуда, магистра и прозвали Тенью.
Собственно, именно тенью он сейчас и казался - одинокая фигура в темном коридоре в гробовой тишине, нарушаемой лишь стуком падающих с потолка капель, беззвучно перемещалась по тоннелю. Казалось, что даже ни одна пылинка не стронулась с места, потревоженная движениями Ларса.
Верховный Магистр поставил на землю незажженный фонарь, который принес с собой, коснулся рукой чуть влажной шероховатой стены и, нажав на одному ему ведомое место, открыл небольшую смотровую щель. Робкий лучик света развеял на мгновение мрак, царящий в потайном коридоре.
Если бы кто-то из Лигистов сейчас видел Верховного Магистра, он наверняка не понял бы, что Ларс может тут делать посреди ночи. Однако младшие члены Кленовой Лиги не были посвящены в тайну сети скрытых переходов по всему замку, а потому не могли видеть магистра, склонившегося над щелью в стене и чего-то в ней выглядывающего. К тому же в Лиге давно уже успели привыкнуть к странностям Ларса и понять, что совать свой нос в дела Верховного Магистра не стоит – себе дороже.

***

Ларс-Тень внимательно изучал убранство комнаты за стеной. Он осмотрел противоположную стену, шкаф с книгами и свитками, стол, заваленный разными бумагами. Там же стояла чернильница, лежали гусиные перья.
В комнате никого не было видно. Тень четким и уверенным движением руки открыл вторую щель – рядом, но и через нее не обнаружил никого. Перейдя на три шага вправо, Ларс наклонился, встал на четвереньки и открыл еще одно отверстие в стене.
Теперь он видел кресло, ножки грубого стула, ковер, покрывающий холодный каменный пол. Ага! Вот и оно!
Слева в поле зрения Ларс заметил человеческую руку. Она конвульсивно подергивалась, сжималась, словно пытаясь удержать отлетающую жизнь хозяина. Магистр повернулся так, чтобы через щель ему был виден весь человек.
Отлично! Яд действовал строго по расписанию! Признаться, в последнее время магистр стал опасаться, что его привычка к бокалу-другому горячего глинтвейна вечерами за чтением книг и фолиантов – а как иначе согреть немолодые уже кости – может его погубить. Привязанности дорого обходились Верховным Магистрам! К тому же с утра голова была не такой светлой, как того хотелось. Но нет – талант не пропьешь!
Ларс хищно улыбнулся, встал, размял ноги и насвистывая что-то, отдаленно напоминающее «Балладу о Габриэле-рыцаре», прошел еще пару шагов вдоль стены и открыл потайную нишу, сквозь которую смог протиснуться в комнату.
Комната магистру была знакома – здесь когда-то жил Дешт – учитель и наставник магистра. Он-то и показал тогда еще мальчишке Ларсу вход в потайные коридоры замка. «Помни, никакое преимущество не бывает лишним! - сказал тогда Дешт. - А уж путь для отхода – тем более! Он сможет сохранить тебе жизнь!»
Ларс запомнил. Бывало, он по нескольку дней не выходил из тоннелей, изучал все повороты, секреты и многочисленные ловушки. Вскоре он знал про тайные переходы больше своего учителя. Например, про то, что в эту комнату тоже есть проход, Дешт не знал.
Тень подошел к корчащемуся в предсмертных муках магистру Кастусу, потрогал его ногой. Кастус еще раз вздрогнул и затих.
Воспоминания юности вдруг нахлынули на Ларса. Вот здесь, в этой комнате, он убил своего первого человека – Верховного Магистра Вейса. Все в Лиге думали, что это дело рук Дешта – никому и в голову не приходило, что убийца – восемнадцатилетний в сущности еще мальчишка Ларс – воспитанник нового Верховного Магистра. Дешт тоже так и не узнал, кто сделал его магистром. Зато он понял, кто его «сместил» - перед смертью от голода в каменном мешке в одном из тайных переходов замка. Туда его мог завести только Ларс, Ларс же его там и бросил. Наверное, кости Дешта до сих пор гниют там, в сумраке и сырости подземного тоннеля.
Что-то я становлюсь слишком сентиментальным! - сказал себе Ларс, выходя из мечтательного состояния, которое всегда находит на человека, когда он вспоминает золотые деньки своей юности.
Верховный Магистр склонился над трупом, бывшим когда-то Старшим Магистром Кастусом – одним из семи советников Ларса. Зря он был так несговорчив! Умереть за какое-то стеклышко! Тень стал обшаривать тело.

***

- Кастус! Нужно поговорить! - дверь в комнату Старшего Магистра приоткрылась и в нее вошел Джармин – еще один из советников.
- Твоего ангела! - подумал про себя Ларс. - Не проверить дверь – непростительная ошибка для профессионала.
- Верховный Магистр Ларс! Что вы тут де... - Джармин осекся на полуслове. Нож, кинутый Тенью на голос, воткнулся в плечо советника.
- Старею! - подумал про себя Ларс, впрочем без особых эмоций. - С первого броска не прикончить человека!
Джармин резким движением достал метательный кинжал из рукава, но кинуть уже не успел – медленно осел на пол. Тень никогда не полагался только на точность броска – всякое случается. Все метательные ножи Верховного Магистра были смазаны быстродействующим ядом.
Ларс встал, вынул свой нож из убитого, для верности перерезал тому горло, добавив еще одну улыбку под подбородком.
- Мило! - сказал сам себе Тень, еще раз хищно улыбнувшись, закрыл дверь на задвижку и вернулся к первому трупу.
Ага, вот и оно! Из потайного кармана мантии Кастуса Ларс извлек неприметное с виду стеклышко в простенькой оправе, положил его себе за пазуху и, снова насвистывая «Балладу о Габриэле-рыцаре», вышел в коридор.

***

Ларс вошел в свои покои, приказал подавать ужин и вызвал к себе начальника охраны.
- Корд! У меня есть к тебе деликатное дело! - сказал Тень вошедшему.
- Слушаю Вас, Магистр! - начальник охраны был, как всегда, сама исполнительность. Даже подозрительно немного.
- В комнате Магистра Кастуса два тела. Нужно от них избавиться, только без лишней огласки! - безо всяких эмоций произнес Ларс. - Ты меня понимаешь?
- Да, Магистр! Сделаем - Комар носу не подточит! - улыбнувшись, ответил Корд. Это была давняя шутка в Лиге. «Комаром» звали Старшего Магистра Октавия, члена Совета, славившегося своей подозрительностью. Про него же говорили: «Своей Тени боится» - намекая на их сложные взаимоотношения с Ларсом.
- После того, как Корд вышел, Ларс-Тень привычно отломил кусок мяса, лежавшего на его тарелке для своей ручной крысы, а также налил ей немного глинтвейна. Теперь нужно было выждать четверть часа, чтобы точно удостовериться, что еда не отравлена. Не то, чтобы Ларс так уж боялся отравления, но осторожность лишней не бывает.
- Корд становится опасен, слишком много знает! - подумал про себя Ларс, доставая из-за пазухи стекло, добытое ценой двух жизней. Он еще раз осмотрел его, повертел в руках – занятное приспособление, на такое могли разве что гномы сподобиться -  достал из потайного шкафа свиток и занялся его изучением.
Сейчас, одетый в домашний халат и тапочки Верховный Магистр Кленовой Лиги Ларс походил на какого-то книжника и вряд ли показался бы кому-то опасным.
Настроение у него было хорошее, хищная улыбка блуждала на лице. Очередное дело Ларса удалось. Лишний труп, в сущности, мелочь. Скоро Ларс сможет уже не оглядываться на мнение других членов Совета Магистров.

***

Корд зашел в караулку, взял с собой трех надежных человек и повел их в направлении комнаты Кастуса.
Завернув тела в простыни, отряд покинул стены крепости, вынес трупы подальше в лес, снял с них камни-обереги и вернулся в крепость. К утру твари Мертвого леса не оставят и следа от трупов.
На входе в крепость Корд скомандовал: «Всем отбой!», а сам скрылся в темноте ночи. Он уже знал, кого может заинтересовать информация о двух мертвых Старших Магистрах.


--------------------
...сухим из воды...
Пользователь в офлайне Отправить личное сообщение Карточка пользователя
Вернуться в начало страницы
+Ответить с цитированием данного сообщения
Талентор Странник
сообщение 08.04.2006, 20:18
Сообщение #15

Гость











Локуд


Локуд, несмотря на всю свою правильность, угловатость и строгость царившей в нём жизни был очень светлым и красивым городом. Идеально отчерченные круги улиц и переулков, резкий контраст кварталов – всё это можно было рассмотреть лишь с высоты Гвоздя. Человек же не обладающий столь феноменальным зрением, а таких на всём Асколете было подавляющее большинство, резонно считал столицу Акпида прекраснейшим городом на свете. Дома и башни, каждая построенная по уникальным чертежам и всем своим видом и самим существованием стремящаяся заставить рассыпаться соседние здания от зависти, стояли тесной абсолютно ровной дугой. Стараниями самих жителей улочки были чистыми, ухоженными и прямо таки утопали во всевозможной зелени. А про кристально чистое небо над центральным районом столицы ходили легенды по всему Акпиду. Такой синевы нельзя было найти больше нигде и никогда. Но любовались её исключительно приезжие. Сами жители Локуда старались вот уже несколько десятков лет как можно меньше смотреть на это великолепное небо. Потому что посреди центральной площади, как бы пробивая небеса, возвышалась Башня Совета – подарок сословия Ходоков. Огромная башня из чёрного мрамора. Одним своим видом она вселяла страх перед заседавшими в ней раз в год Правящими. Её тень никогда не достигала ближайших домов, к неописуемому восторгу их жителей – коснувшегося тени Башни Совета по поверью ждали ужасные несчастья.
Сегодня день Совета. Ежегодно сильнейшие Правящие созываются в столицу для совместного решения важнейших вопросов внешней и внутренней политики Акпида. Хотя, если быть откровенным, уже давно в стенах тёмной башни не принималось сколь бы то ни было новых решений. Внутреннюю политику Совет всецело вверял в руки отдельных представителей сословия Правящих, вплоть до обнаружения злостных злоупотреблений властью оными. Что, однако, обнаруживалось крайне редко – часто успевало смениться не одно поколение. Внешняя политика была ещё более простым делом. Единственный сосед, если не брать в расчёт вечно нейтральных высокомерных эльфов, Форкосон был давним врагом магического государства, Совет лишь год за годом повторял приказ «В атаку!». Сегодня должно было случиться тоже самое. И вся следующая неделя готовила Правящим лишь выслушивание докладов из провинций да взаимных приглашений. Однако обязанностью появиться на Совете ни смел пренебречь никто. Каждый слишком хорошо помнил с каким трепетом он ждал своего первого приглашения на Совет – своеобразного подтверждения сословием твоей личной к нему принадлежности. Правители провинций, их министры и генералы, виднейшие учёные и преподаватели магических академий, а также другие правящие, чьё присутствие на Совете сочли возможным, медленно собирались в Зале Совета. Наконец, все расселись, приветствия и разговоры смолкли – все невольно ждали появления главы Совета, Локуда Розна. Тот как обычно появился строго за пять минут до начала Совета, сухо поздоровался со всеми присутствующими и опустившись в кресло на небольшой трибуне у стены - большинство Правящих расположились на идущих вдоль стен рядов кресел, образующих в центре зла пустой круг – дал знак секретарю приступать к заседанию. 
Заседание шло своим чередом, Розн и несколько других влиятельных магов откровенно боролись со сном, когда в двери Зала Совета негромко постучали. В зале мгновенно воцарилась тишина. Последний раз в эти двери так стучал Гноро, тогда от молодого, горячего мага удалось откупиться бесполезной провинцией. Но сегодня Гноро сам сидел в Зале Совета, наравне со всеми недоумевая, кто мог посметь вмешаться в заседание сильнейших магов Асколета. Секретарь, дрожа от страха, подошёл к дверям и отворил их.
На пороге стоял очень высокий, превосходно сложенный молодой человек, лет тридцати. Его строгое, красивое лицо без каких-либо следов растительности на нём выдавало в нём уроженца агронских равнин, во взгляде же гулял ихионский ветер свободы. Незнакомец молча прошёл в центр зала, поклонился всем присутствующим и обратился в главам Совета:
- Желаете ли вы проникнуть в тайну Цитадели?
Чарующий своей красотой голос отразился от чёрных стен и потонул в полной тишине. Маги были потрясены ещё больше. Нет, планы по захвату не были государственным секретом, даже наоборот. Но никто ещё вот так запросто не спрашивал у Совета, хочет ли он завладеть таинственной Цитаделью. Постепенно удивление отпускало свои жертвы, но слов для пришельца те всё равно не находили.
- Я повторю, желаете ли вы, Правящие народа Акпида получить возможность проникнуть в тайну Цитадели?
Вновь молчание. Кто-то чувствовал себя ребёнком с которого требовали ответа за проступок, кто-то не находил слов от гнева и негодования. Большинство могло лишь переглядываться.
- Я спрошу ещё раз. Хотите ли…
- Кто вы такой? – почти крик. Секретарь всё ещё державшийся за резную ручку одной из створок дверей явно исчерпал свой запас терпения.
- Мой имя вам мало что скажет. Зовите меня Странник.
- Кто вы такой, спрашиваю вас я? Кто позволил вам вмешиваться в заседание Великого Совета?
Гневный ропот Правящих прибавил секретарю смелости. Он уже почти собрался с силами, чтобы позвать ожидающую на этаже ниже стражу из лучших Воинов. Однако к всеобщему удивлению вместо незнакомца ответил Локуд Розн.
- Всё это неважно, уважаемый секретарь. Мне кажется, наш гость действительно имеет право находится здесь и говорить с Советом. И от имени Совета я отвечу вам, Странник, да, мы желаем овладеть тайной Цитадели.
- Замечательно, - пришелец довольно усмехнулся, так улыбается человек, чей подарок пришёлся по душе получившему его. – Тогда, мне, кажется, я могу вам помочь в этом.
- Каким образом? – Правящий Гноро был олицетворением спокойствия и пренебрежения ко всему живому, но даже он не считал нужным скрывать своего интереса. Остальные маги молчали в преддверии чего-то очень важного. Странник же, вновь улыбнувшись, поднял руки и в них засветилась ярко синим светом небольшая сфера.
- Вы знаете, что это?
- Это сферическое магическое завихрение. Вот только как… - Хромлиус Мудрый не мог скрыть своего интереса естествоиспытателя.
- Проще говоря, это магическая энергия, - вновь заговорил Розн. – Такое можно часто видеть вблизи Гвоздя. Но как вы смогли сюда это принести, и как оно нам поможет?
- Это как, вы правильно сказали магическая энергия. Чистая. Раньше считалось, -  взгляд на Хромлиуса – что её нельзя транспортировать на расстояние. Я же нашёл способ. И теперь я предлагаю воспользоваться им вам, Правящие.
Заявление вызвало недолгое молчание. Первым же вопросом Правящих было закономерное:
- Ваше имя?
- Меня зовут Талентор-Странник.
Под нескладный хор голосов шептавший «Как?», «Никогда не слышал?» и тому подобные возгласы произошло странное событие. Несколько магов, около десятка, но все из высшего эшелона власти вскочили на ноги. А Локуд Розн, сам глава Совета Правящих склонил голову в поклоне почтения перед странным пришельцем. Выпрямившись, Локуд твёрдо произнёс:
- Совет на сегодня окончен. Прошу остаться Высшую ложу и вас эр Талентор.
***

Зал Совета стремительно пустел. Правящие один за другим уступали свои места тишине и вечернему сумраку. Розн, казалось, позабыл отдать распоряжение слугам, и теперь заседание Высшей ложи – неофициального, но самого властного собрания, в которое были вхожи лишь самые именитые маги – должно было протекать в полумраке. Вместе с солнечным светом из Зала Совета уходила суета и напряжённость. Члены Высшей ложи прекрасно знали друг друга не один десяток лет - многие были хорошими друзьями, многие заклятыми врагами.
Последним зал покидал секретарь, всё ещё взволнованный и ничего непонимающий. Он бросил вопрошающий взгляд на главу Совета, но не получив никаких распоряжений, молча закрыл за собой двери. Как только резные створки за ним сомкнулись, Локуд Розн поднялся со своего места и направился к ним.
- Вам помочь, Розн? – владычица Хардерона со свойственной ей холодностью в голосе выразила общую мысль ложи.
- Благодарю вас. Но с дверями я справлюсь сам. А вас, уважаемые друзья, я попрошу придать помещению более уютную и удобную для долгого разговора обстановку.
Маги дружно поднялись и с помощью заклинаний телекинеза стали двигать мебель. Розн отвернулся к дверям. Королева Гертруда с надменным видом принялась расхаживать вдоль высоких стрельчатых оконных проёмов. Наконец, Розн отошёл от дверей, резьба них светилась слабым лунным светом, и довольным взглядом окинул преобразившееся помещение. Ранее пустой центр зала теперь занимал неведомо откуда взявшийся круглый стол. Вокруг стола стояли кресла, многие уже занятые членами ложи. На столе, в самом его центре стояло несколько свечей. Кто-то из присутствующих щёлкнул пальцами и весь зал, кроме центра стола, вместе с сидевшими в мягких креслах магами погрузился в тень от яркого огня.
- Прошу всех присутствующих садиться. Гертруда, вы закончили гипнотизировать окна? – Розн позволил себе улыбнуться, садясь в кресло. Рядом с ним по правую руку опустился Талентор. Все остальные также поспешили занять свои места. Взгляды всех присутствующих обратились на две фигур сидевшие рядом: Талентор был откровенной загадкой для всех, а от Розна ждали скорейших объяснений. В том, что глава Совета знает больше остальных, не сомневался никто.
- Итак, - Розн, наконец, решил нарушить молчание, - уважаемый Талентор, прошу вас, поведайте нам, как вы можете помочь в достижении нашей давней цели?
- Мне казалось, вы уже всё поняли, - молодой человек облокотился о край стола, свет озарил его красивое лицо. – Как вы видели, я могу концентрировать в своих руках чистую магическую энергию. В любой точке Асколета, - Странник специально выделил голосом последнюю фразу. Маги как по команде издали вздох удивления:
- Как такое возможно?..
- Даже в Форкосоне?..
- Не может быть!
- Да-да, вы не ослышались. На всей территории Асколета я могу дать магу силы для колдовства. Но, прошу, не стоит понимать меня буквально. Строить план мощной военной компании, основываясь лишь на одном очень слабом и ненадёжном вследствие моей уязвимости источнике магии – невероятная глупость. Поэтому, сперва нам нужно будет серьёзно подготовиться. У меня уже есть кое-какие решения…
Ложа молча внимала. Даже эти умнейшие и сильнейшие люди Акпида не могли до конца представить и поверить в слова Талентора. И они молчали, полностью доверив право вести диалог своему главе. Розн же, однако, так же не спешил задавать какие-либо вопросы. Странник, немного выждав, откинулся на спинку своего кресла и продолжил:
- Итак, господа и дамы, по моим расчётам я смогу передавать энергию, достаточную для полноценных военных действий, на расстояние посредствам специального сооружения где-нибудь на территории Акпида. Другие, принимающие, энергию сооружения должны будут возводится непосредственно вблизи линии фронта.
- Мы можем использовать кристаллы диама. Я смогу их настроить так, что они смогут передавать магическую энергию между собой. Если, конечно, будет достаточным начальный импульс, - Хромлиус уже принялся чертить приблизительную схему.
- Отлично! Это сильно облегчит мне задачу, - Талентор вновь придвинулся к свету и следил за рождающейся из-под пера Хромлиуса схемой. – Я смогу обеспечить достаточный импульс…
- Всё это хорошо, - перебила их Линхельда, королева Кёрнхейга, - Но вы говорите о возведении сооружений прямо у линии фронта. Кто их будет возводить? И как мы сможем продвигаться вперёд, если вся магическая сила будет сосредоточена в какое-то груде камней и дерева?
- Эти груды камней и дерева, сформированные в пирамиды, будут представлять собой подобие нашего Гвоздя. Уменьшенной его копии. Я правильно понял ваш замысел? – Розн вопросительно взглянул на Ангела. Тот не замедлил подтвердить истинность его размышлений.
- Друзья, я считаю, нам не следует акцентировать внимание на том, как нам будут поставлять силу. Наша задача – правильно этой силой воспользоваться. А потому предлагаю уточнить обязанности каждого из вас и сроки общего сбора войск.
- Уважаемый Розн прав, - Талентор поднялся со своего места. – Я покину вас, не буду мешать. Однако напоследок позволю себе ещё одну просьбу. Возможно ли начать строительство моей пирамиды в Агроне уже на этой неделе? Слишком много всего ещё впереди, а времени так мало…

Талентор покинул башню Совета. Над городом уже властвовала ночь, свет же из окон чёрной башни был подобен второй луне – маги не собирались расходиться. Каждый из них говорил сейчас о готовности и силах своей провинции, каждый получал от Розна указания. Назначались сроки и условия. Настало время решительных действий и перемен. Акпид переживал свою последнюю спокойную ночь.

Сообщение отредактировал Талентор Странник - 09.05.2006, 23:46
Вернуться в начало страницы
+Ответить с цитированием данного сообщения
Синта
сообщение 08.04.2006, 21:28
Сообщение #16
Бес
Персонаж Игры
Неофит
*


Пол:
Сообщений: 10


Чтобы что-то получить, нужно не применено что-то отдать...



Агрон. 338 год.

Вечер. Бесформенными пятнами разлились по небу яркие краски заката, то наплывая друг на друга, желая переиграть своей яркостью затухающее солнце, то бледнея при столкновении ледяной границей наползающей тьмы. Уже пятнадцать минут Синта стаяла у обрыва на краю деревни наблюдая за этим зрелищем, девочка не была  особо утонченной натурой, да и живопись ее никогда не интересовала, но каждый раз при виде заката что-то заставляло ее забыть об окружающем мире и словно безмолвный фанатик млеть, раскрыв рот.
- Синта – позвал чей-то голос вдалеке, но девочка продолжала стоять, провожая последние лучи – Сита, оглохла что ли? Я же зову тебя!
К обрыву подошла девушка на вид лет двадцати
- Сейчас иду, Орри.
- Что ты там такое увидела? – девушка начала хмуриться
Солнце наконец скрылось и только тогда Синта повернулась лицом к подруге
- Огонь! – вдохновлено проговорила она, при этом вытянув руки к небу, словно молилась
- Глупости, идем мы тебя уже ждем – Орри развернулась и зашагала по тропинке к дому – А мы думали, что ты решила сбежать в свое шестнадцатилетие…
Идущая за ней Синта тихонько захихикала
- Неее…Ты Кейна так просто не получишь. Придется помучится…
- Эгоистка. Неужели ты не хочешь племянницу, ну или племянника? – шутливо заметила Орри
- Хочу, но тебя помучить хочу еще сильнее – самодовольно улыбнувшись ответила Синта, глазея по сторонам
Орри хмыкнула, что вероятней всего обозначало: "Ничего другово от тебя не ждала". Тропинка повернула влево и уткнулась в крыльцо старого покосившегося домика.
- Сейчас приду – сообщила Орри, убежав куда то за домик и оставив девочку одну. Синта досадливо взглянула на дверь, она не любила пышных праздников и лицемерных людей желающих на халяву набить брюхо, но, к ее сожалению, именно это ожидало ее за дверью.
- Можно заходить – радостно прощебетала вернувшаяся Орри, и Синта вползла в дом. Тут же ее окружила толпа знакомых. Женщины па перебой кричали, "ах какая красавица", "невеста какая", "пора замуж отдавать", из мужчин кто-то насмешливо комментировал возгласы, но большая часть уже пила за ее здоровье (причем кажется еще и до ее прихода). Где-то в толпе она разглядела довольное лицо брата.
- Кейн – позвала девочка и ухватив того за рукав отвела в сторону – Ну зачем ты их всех позвал?
Ворожение лица Кейна сменилось на огорченное
- Я думал, тебе понравится…. – протянул он раздосадовано – Вроде весело.
- Это по-твоему весело? Я как товар на прилавке: все смотрят, все трогают.
- Хочешь, я их всех прогоню?
- Да ладно уж , веселись, а я вон в тот угол спрячусь…

***
5 часов спустя…

- Синта!... Синта!... Проснись!...Он ушел! – ревел голос Орри, на ухо девчонке.
- Что случилось? Я сплю эта ваша вечеринка выбила меня из сил…я думала смогу отсидеться в углу, но нет меня и там достали… - сонно лопотала Синта.
- Он ушел к обрыву!.... Он совсем пьян!... Я пыталась его остановит, но он так пьян и не хотел меня слушать!..
Прерывистая речь девушки начала доходить до сонной Синты
- Как ушел? Зачем?
- Я не знаю, он сказал что ему надо и ушел…
Сита взглянула за окно, по окном изо всех сил лупил не весть когда начавшийся ливень. Девчонка вскочила и принялась натягивать одежду
- За ним…Быстрее…
Они выбежали под проливной дождь и помчались к обрывы, откуда доносились голоса гуляющих деревни
- Чокнутый! И куда его потащило в такую погоду после серьезной болезни? – злилась Синта.
Наконец, они добрались до места. Одуревший от браги Кейн, выделывал какие-то фигуры под дождем.
- Твою мать, Кейн, ты совсем обалдел? Какого дьявола мы должны среди ночи бегать за тобой! А ну живо домой, тебе чего варчь сказал? Хочешь осложнение схлопотать?
Кейн, ответил что-то не разборчивое про нравы современных детей и развернулся лицом к обрыву. Синта не выдержала и попыталась схватить брата за руку, но тот увернулся  сделав шаг к краю. Орри заверещала.
- Не надо мне указывать – еле связано произнес Кейн
- Кейн, отойди от обрыва – тихим испуганным голосом попросила Синта
- Чего, испугались? – довольно ухмыльнулся Кейн и отошел еще ближе краю, покачиваясь, толи от алкоголя, то ли пытаясь поймать равновесие.
- Кейн, не шути так! – вытирая слезы взмолила Орри
- Да ладно вам, панику развели – легкомысленно произнес Кейн и в этот момент потерял равновесие. Ситна кинулась к брату успев за рубашку притянуть его к себе.
- Надо же! Чуть не упал! – восторженно объявил Кэйн
- Дурак! – Синта крепко обнимала брата, периодически всхлипывая – Ты чего творишь? Ты же разбиться мог! Идем домой!

***
Неделю спустя…

Нахальный ветерок блуждающий по дому подхватил аппетитный запах готовящегося ужина, и словно дразня Синту, разнес его по комнате девочки. Та зажмурилась, явно не желая просыпаться, но бунт желудка заставил ее вскочить с кровати. Синта заглянула на кухню, где уже хозяйничал Кейн.
- Странно, еще никогда не видела тебя в роли домохозяйки. Орри уже дня два как уехала навестить родителей, а ты уже освоился на кухне – произнесла она залезая на стул с ногами и обняв колени
- Орри перед отъездам расписала все, ты же ее знаешь….
- Знаю…Что у нас сегодня по плану?
- Ты остаешься дома, а я иду чинить соседскую крышу
Синта надулась
Ты не обязан это делать
- Хочешь сама ее починить? Ведь это ты ее разнесла.
- Я не хотела. Кто вообще мог подумать что у меня есть какие-то магические возможности? Ведь в нашей семе ни у кого не было!
- Ну вообще то кажется были…- нехотя возразил Кейн
- Что?
- Там на чердаке я видел записи прадеда. Я не вчитывалась но там что-то говорилось по поводу оживления мертвых. В прочем глупость, даже не стоит туда лезть- заявил он ставя перед девчонкой готовый завтрак – Ну мне пора.
Кейн подхватил инструменты и вышел из дома, оставив оставив девчонку на едине со своими мыслями. Синта живо проглотила завтрак и направилась на чердак. Обстановка в этой части дома была довольно мрачная, не смотря на то что света на чердаке хватало. Все вещи были основательно погребены под слоем пыли. Справа у стены стоял старинный дубовый шкаф с книгами. Синта стерла пальцем пыль с корешка одной из книг.
- Не-ор-га-ни-чес-кая-хи-мия! – с трудом выговорила она – Это еще что такое? Наверное книга заклинаний. На каком она языке?
Не долго ломая голову над книгой девчонка подошла к столу, находящемуся у маленького чердачного окошка. На столе в беспорядке располагались тетради. Синта взяла одну и принялась читать.
- Синта! – позвал встревоженный голос в низу и девчонка ураганом спустилась в двери. На пороге стоял пожилой мужчина. Взгляд его блуждал, руки тряслись. Похоже он был чем-то напуган.
- Господин Фэйт? Что-то случилось?
- Кейн разбился…

***
год спустя…

- Синта, я тебе еды принесла – голос Орри был несколько виноватым и озабоченным – Ты плохо выглядишь. Может тебе лекарства принести?
Синта стояла оперившись одной рукой на стол ее дыхание стало прерывистым и тяжелым, она прижала кулак к груди и повернулась лицом к чердачному окошку. Затем девчонка смешала две жидкости из разных колб в одну и поставила  в центр начерченного на столе круга с непонятными надписями. На секунду Орри увидела вспышку света исходящего с поверхности стола.
- Ты мне уже ничем не поможешь… - хрипло произнесла Синта выпивая содержимое колбы. В этот момент девчонка свалившись на колени, явно задыхаясь. Орри уронив корзину с едой бросилась к ней.
- Синта, ты чего? Что это было? яд?
- Дура! – захохотала Синта отталкивая подругу, смех получился ужасающий, – Это лекарство!
- Ты больна? Может врача позвать? Ой нет не выйдет его вчера ЭТОТ  убил…
- ОН опять вернулся?
- Да и самое страшное никто не знает кто это, все говорят чудовище. А я его видела, когда он прошлый раз приходил. ОН меня не заметил. Это Кейн. Я Алдону сказала а он мне не поверил. Опять сцену ревности устроил. Мол, когда ты своего Кейна забудешь, мертвые не могут по улицам бегать…
Синта молча слушала болтовню Орри. Время от времени в холодном взгляде девчонки мелькали оттенки вины.
- Почему ты думаешь что это Кейн? – не выдержала она – мертвые действительно не могут бегать по улицам, они не воскресают, черт подери, даже эта дурацкая алхимия не помогает…
Сухой сдавленный кашель прервал Синту.
- Алхимия? Синта, ты что-то знаешь? Скажи мне, кто ОН?
- Гомункул – выдавила девчонка
- Что?
- Существо созданное искусственно не имеющее души – прокомментировала Синта – Я пыталась воскресить Кейна.
- Значит это чудовище убивающее людей создала ты?
- Я..
- Как ты могла…
- Заткнись Орри, я заплатила за эту ошибку – перебила ее Синта
- Заплатила? Как? – рассержено спросила Орри
- В записях моего прадеда написано, что алхимия, предполагает за собой равноценный обмен. Чтобы что-то получить ты должен что-то отдать…
- Ну и что? Что ты отдала, в замен жизней всех тех людей которых убил этот твой Гомункул? – яростно прошипела Орри
- Часть себя –  холодно произнесла Синта и приложила ладонь к груди



--------------------
"Безвыходная ситуация это та, выход из которой тебе не нравится" (с)
Пользователь в офлайне Отправить личное сообщение Карточка пользователя
Вернуться в начало страницы
+Ответить с цитированием данного сообщения
Миранда
сообщение 10.04.2006, 11:30
Сообщение #17
Звезда
Персонаж Игры
Неофит
*


Пол:
Сообщений: 10


Бойтесь не судей, бойтесь не сметь... (с)



Ах, знаю, знаю я, кого
Повесить надо на сосне,
Чтоб горца, друга моего,
Вернуть лесам, горам и мне. ©



    Легкий смешок и вскинутая бровь:
- Кто-нибудь помогите Алуну, - бархатно-серебристый голос окликнул воинов, что в почтительно-гордом удивлении окружили тело огромного ящера.
    Незадолго до этих слов всадницы, один из сопровождающих ее путников потерял сознание, когда все они окружив большого гуара, убивали неожиданного врага. Всадница - Миранда Ренсинг - весело рассмеялась этому проишествию, но оставлять своих подопечных было ей несвойственно, а потому бессознательное тело слишком впечатлительного рыцаря тут же было погружено на коня. Рыцари вновь окружили свою предводительницу, отправляясь в дальнейший путь. Миранда пришпорила коня, до цели ее путешествия оставалось еще около двух часов быстрой езды. Жаркое солнце Винбадея безжалостно палило, но Миранда не позволила больше отдыхать, спеша в крепость Сэн-Эрте. Пустыня никогда особо не радовала видами, но это не имело значения. Молодая принцесса не скрывала от себя правды: ей нравилось покидать родной город, оставляя позади стылую память прошлого.
- Крепостной вал впереди! - спустя короткое время воскликнул один из рыцарей, указывая рукой вперед.
    Миранда резко остановила коня, прищуривая серые глаза на открывшуюся картину: далеко растилается пустыня, подавляя однообразием и безбрежием своей силы. Жаркий ветер перебивает вдох, ударяя в грудь мелкими песчинками. Молодая женщина улыбалась, откидывая часть тюрбана прикрывающую лицо. Так улыбаются старому знакомцу после долгой разлуки. Или родному взгляду после тяжелой болезни...

- Миранда, выпей, -  он протянул бокал с теплым вином, беря холодную руку сестры и с тревогой заглядывая в пустые, серые глаза.
    Она послушно выпила, отставила бокал и криво улыбнулась:
- Я жива.
- Надеюсь, - откликнулся Рафаэль, садясь рядом и по прежнему сжимая руку сестры. - Миранда, ведь я предупреждал тебя. Просил и даже умолял. Почему ты так упряма?
    Девушка продолжала кривить губы в улыбке:
- Вот полюбишь - поймешь, Раф. Как ты можешь осуждать меня, когда только и делаешь, что бегаешь от самого себя в своих путешествиях! Я лишь попыталась спорить со всеми... я хотела любить...
- Чтобы не терять - не люби, а если любишь,то делай это без оглядки, ни о чем не сожалея... Рано или поздно проходит всё.
- Говоришь как старый книжник.
    Рафаэль Ренсинг покачал головой, не желая спорить, но настаивая на своем. Брат действительно не одобрял тайного брака сестры, который являлся открытым вызовом их отцу. Не принимал ее головокружительного романа с герцогом Эдмоном Эвриза, старший брат нынешнего герцога Оакланта. Рафаэль считал, что герцог еще должен доказать свои чувства к сестре, но самое главное - он должен суметь защитить ee. Жизнь решила по своему. Никто уже не смог бы сказать, что или кто послужил причиной гибели герцога Эвриза, тайно обвенчавшегося с принцессой Ренсингов. Влюбленная принцесса считала, что все возмутятся, но потом смирятся с их браком. Но жизнь или тот, кто умеет диктовать ей условия распорядилась по своему: спустя три дня после объявления о скором, но тайном замужестве - герцог Эвриза был найден в водосточном канале мертвым.
    Герцог Эвриза был высоким, сильным и красивым мужчиной, покорившим сердце совсем еще юной Миранды. Сейчас она могла смеятся над той любовью, которая стремилась всем доказать что она - Любовь без Страха и Упрека. Это потом в красивой, женской головке появился вопрос: что же это за любовь, которая без страха и упрека таится в тени? Может быть это просто вызов отцу, который откровенно презирал своих старших детей? А может лишь глупость молоденькой девушки, очарованной рыцарем на белоснежном коне, умело говорившего нежные слова?
    Про Эдмона говорили, что в его жилах течет не кровь, а жар южного солнца. Чтобы заставить его вспылить достаточно было маленькой искорки. Рафаэль, которому Миранда рассказала о своей первой любви, познакомился с ее избранником и без эмоций посоветовал сестре хорошо подумать, чтобы не набить себе шишек. Девушка считала Рафа холодным циником, не способным оценить силу истинного чувства...
- Чтобы не терять - не люби, - согревая холодные руки сестры в ладонях, негромко попросил 19-летний Рафаэль Ренсинг.
... Как давно это было... В стылом прошлом. В прошлом, где вместо нежных слов от родителя в лучшем случае можно было услышать ворчливо-гневное "не мешайся!", в худшем - холодная рука выставляла за дверь, которую тут же захлопывали. Нарочито громкий стук, от которого резко закрываются глаза. Спустя мгновение глаза открывались и вокруг был лишь мерзкий шепоток придворных, да насмешливые, свысока взгляды.
... Это действительно было давно. С тех пор она научилась встречать эти взгляды, улыбаясь в ответ. А шепотки стали более пикантны и откровенны, потому что она сама этого хотела.


    Ворота медленно открылись, пропуская кавалькаду всадников. Навстречу прибывшим вышел белокурый, широкоплечий красавец в простой рубахе, распахнутой на груди. Ее высочество осадила своего коня, оглядывая вышедших к ним людей и одновременно проверяя своих спутников. Наконец серые глаза пересеклись с зелено-голубым, серьезным взглядом хозяина крепости. Принцесса отпустила поводья, которые тут же услужливо поймал конюх, в то время как граф Де Бре'Селентей протянув руку, помог ей сойти с коня. Ткань от тюрбана вновь прикрывала нижнюю часть лица девушки, которая пристально посмотрела прямо в глубину светлых глаз графа:
- Добро пожаловать в Сэн-Эрте, ваше высочество, - церемонные слова привычного приветствия. - Устали с дороги?
- Спасибо за радушную встречу, граф, - два пальчика чопорно откинули ткань мешающую говорить, Миранда вновь оглянулась на своих путников. - Одному из моих рыцарей стало плохо. Прошу позаботится о нем. И пусть приготовят воду, я хочу помыться.
    Они уже пошли к огромному замку, где жили обитатели крепости, принцесса не могла видеть лица своего собеседника, потому что смотрела прямо перед собой, проходя мимо склоняющихся рыцарей, служанок. Глаза ее привычно отмечали отражающиеся на лицах этих людей мысли, а порой и чувства. Рядом раздался негромкий вопрос бархатистого голоса графа:
- Боюсь у нас кончились запасы мыла, ваше высочество.. но для вас я прикажу собрать золу из печей.
    Миранда могла поклясться, что лицо его невозмутимо и серьезно, так словно он задумал стратегически важный ход. Ее тонкая рука поднялась, пальчики чуть щелкнули:
- Не беспокойтесь, Роберт. Через час с небольшим прибудет карета... за мной следуют взятые для вашего гарнизона повариха, трое служанок и моя наперсница. Девушкам, которые прислуживали вам в крепости, пора отдохнуть. Климат здесь очень суровый, - в голосе принцессы сквозила искренняя забота. И даже нежность. - Надеюсь вы оцените и рыцарей, которых я пригласила к вам...
- Особенно тех, кто не выдерживает жаркого солнца пустыни, - чуть покачал головой граф, в свою очередь с искренней заботой оглядываясь назад: во дворе стоял юноша, которого  поддерживал за руку высокий эльф - местный врачеватель.
- Ко всему можно привыкнуть.. После небольшого отдыха Алун сумеет показать вам на что он способен.
    Они прошли в большой, прохладный зал замка, где тускло горели свечи и Миранда закончила фразу, поворачиваясь лицом к лицу со своим собеседником:
- В карете также находится и мыло... - она закончила говорить, следя за тем, как он привычно отдает распоряжения, устраивая новоприбывших людей.
    На это не понадобилось много времени, вскоре они остались вдвоем. Молодая женщина с удовольствием стянула с головы надоевший тюрбан, скрывая засиявший невольным светом взгляд:
- Проводите меня, Роберт.
    Наклон золотоволосой головы и негромкий голос:
- Прошу вас, ваше высочество.
    Некоторое время они молчали, проходя по скрывающим тени коридорам. Привычный запах факелов, горелый, словно царапающий сознание. Или это в сердце что-то скребется - как знать. Принцесса мимолетно улыбнулась, глубоко вдыхая почти прозрачный воздух, пронзенный солнечными лучами, распахнувшейся ей комнаты, где расторопные слуги уже разместили деревянную кадку с приятно-прохладной водой.
- Пригласить служанку? - поинтересовался граф, без стеснения заходя в комнату.
- А насчет мыла ты пошутил? - не отвечая на его вопрос, развернулась к нему Миранда.
    Прежде чем ответить, он закрыл за собой дверь и приблизился к ней, с убийственной серьезностью вещая:
- Нет. Мыло - закончилось.
    Серые глаза сурово посмотрели на него снизу вверх:
- И кто же у вас, граф, так часто мылся?
- В моем гарнизоне более тысячи человек. Дабы избежать вредных и смертоносных болезней - моются все, - он чуть поднял бровь, когда очаровательный носик принцессы сморщился:
- По моему ты, Роберт, мылся в последний раз даже без печной золы, - ее обвинящий пальчик ткнулся в широкую грудь мужчины.
    Его густой смех на короткое время заполнил комнату, когда сильные руки обняли гибкую талию капризной красавицы:
- Да... я просто вылил на себя холодную воду.
- Фи! Ты - грязнуля!
- А ты - ревнивица, Мира! - еще раз коротко рассмеялся Роберт, прежде чем крепко поцеловать пухлые губы женщины.
    Несколько минут они не могли оторваться друг от друга, когда же это произошло, она легко и просто подтвердила:
- Да...
- Люблю тебя.
    Миранда беззаботно рассмеялась, обнимая его в ответ и счастливо сияя глазами: конечно она знала эти слова.. давно знала, но то что говорил их Роберт - было для нее особым, только ее сокровищем. Тем необыкновенным богатством, которое она никому не желала отдавать. Руки переплелись на его плечах:
- Еще раз.. еще раз поцелуй...
    Такой Миранду Ренсинг мог знать и знал лишь один человек. Тот, который так нежно скользил большими руками по гибкой, стройной фигуре, опасно улыбаясь между короткими, но жаркими поцелуями. Изящные, женские пальцы чуть касаясь его плеч, шеи, с удовольствием скользнули в короткие, золотые волосы, лаская, а на губах появилась не менее странная улыбка. Они спешили друг к другу, стремясь удовлетворить нетерпение вызванное разлукой. И в тоже время никакой излишней торопливости в их движениях не было. Женские ладони скользнули вниз, приподнимая край его рубахи и медленно стягивая ее. Роберт усмехнулся, когда в серых глазах любимой женщины мелькнуло удовольствие от прикосновения к его обнаженной груди. Женская ладошка прочертила огненный полукруг, лаская мускулистое, сильное тело возлюбленного. Миранда чуть повела плечами, откликаясь на едва ощутимое прикосновение его пальцев, распутавших завязки ее одежды...


    Высоко в небо уносился торжествующий рев труб герольдов, а венок - символ, отмечающий самую прекрасную и неповторимую женщину нынешней победы, лежал у ее ног. Миранда с удивлением посмотрела на дерзкого рыцаря: в его глазах сверкал так понятный принцессе вызов. И она взяла венок, решив про себя: "Если тебе хочется дерзить - дерзай.. Во всем можно найти удовольствие". И принцесса незамедлила найти приятное для себя, одев венок Королевы Турнира, поцеловав дерзкого (а может быть это была глупость? Но нет, глупость быстро пугается своего поступка... даже самого незначительного) и очаровательно присев перед приближающимся отцом. Маттиас был вынужден сегодня посадить свою дочку во главе стола, рядом с победителем турнира. О чем он и сообщил, приблизившись к наглой парочке. До торжественного пиршества еще было время и Миранда прошла в свои покои, призвав к себе одну из сплетниц двора. Принцессе не нужно было много говорить. Великосветская кумушка сама поспешила отметить все тонкости происшетсшего на турнире:
- Второй сын своего отца, но сколько наглости! Ваше высочество, это не для того чтобы умалить его выбор.. но вам же известно.. Да он наверное просто глуп! Ваш отец теперь будет в очень плохом настроении. Надо будет постараться развеять его величество на пиру. Но этот граф Де Бре'Селентей.. Как вам нравится? На глазах у собственной невесты! - на хорошеньком личике женщины проявился истинный восторг. - Наверное это из-за их ссоры! Вы ведь знаете его невесту? Изабелла Эс'Аль Хи-Лефская - одна из самых красивых женщин. А он позволяет себе подобные, наглые и дерзкие выходки. Да он должен благословлять небо, что такая красавица посмотрела в его сторону.. Впрочем, кажется они помолвлены уже давно. Но это не важно...
- Действительно - не важно, - улыбнулась Миранда Ренсинг. - Моя добрая Клара, не могла бы ты пригласить сюда эту.. достойную девицу?
    Очаровательный изгиб брови принцессы мог обмануть любого, кто смотрел на нее. Казалось, что она была преисполнена самых возвышенных и добрых намерений. Клара продолжая что-то припоминать отправилась исполнять поручение ее высочества, а последняя расположилась перед окном, задумчиво поглаживая указательным пальцем пухлую, нижнюю губку: "Если это игра - я сыграю свою партию.. Если - глупость или дерзость, то за все надо платить. Но иногда это даже приятно..." Дверь зала заскрипела пропуская двух придворных дам. Миранда милостиво наклонила головку в ответ на исполненное какого-то напряженного высокомерия приветствие появившейся Беллы Эс'Аль Хи-Лефской. Принцесса Ренсингов пристально осмотрела стройную, голубоглазую красавицу, отмечая что в глубоких озерах плескалась горечь от происшедшего на турнире: "Всегда обидно, когда твоей блистательности предпочитают что-то другое.." Мира улыбнулась, указывая юной красавице на кресло, которое находилось прямо напротив окна: таким образом лицо Изабеллы было ярко освещенно лучами заходящего солнца, а ее собеседница оставалась в тени.
- Я рада познакомится с вами.
    Как бы не была расстроенна Изабелла, она ответила с безупречной вежливостью, что не могло быть не оцененно принцессой, которая сделала знак Кларе, прося оставить их вдвоем. Достойная дама с досадой покинула свой пост, лишенная возможности подцепить новые сплетни. Но ничего: она сама их придумает!
- Мне действительно приятно познакомится с такой вежливой и удивительно красивой дамой, Изабелла. Вы являетесь бесспорным украшением двора, - Миранда легко говорила слова лести, следя за тем, как лицо ее собеседницы невольно смягчается. - Впрочем, вам ли этого не знать... Сколько молодых и знатных рыцарей почли бы за честь петь под вашими окнами... или носить ваши цвета. Не правда ли?
- Вы говорите приятные вещи, ваше высочество, но я помолвлена, - кроме гордого себялюбивого достоинства, в голосе Беллы мелькнула едва заметная досада.
    Принцесса радушно заулыбалась:
- Как же, как же.. И это в скором времени лишит нас вашего приятного общества. Более того.. - короткое молчание и негромкий, с известной долей трагизма, голос продолжил: - После сегодняшнего проступка Его Величество вряд ли взглянет с достаточной милостью на графа Де Бре'Селентея. Вы достаточно были при дворе, чтобы понять горькую правду этих слов..
    Дама была явно не столь достаточно долго при дворе или просто не отличалась подобной остротой ума, потому что возможная опала жениха заставила красивый ротик приоткрыться и издать горький вздох. Миранда следила за ней, как кошка следит за излишне романтичной мышкой, любующейся на кусочек сыра. В данный момент Изабелла любовалась невольно представляя себя где-нибудь в винбадейской пустыне, прозябающей и забытой.
- Впрочем, - решила прервать минуты "самолюбования" Мира, вставая и заставляя этим встать свою собеседницу. Миранда была выше ее на голову. - вы можете остаться здесь, где найдется не мало бравых рыцарей, которые почтут за честь завоевать ваше сердце. Для этого нужна малость...
- Но.. слово отца?
- Граф сегодня так обидел вас, - покачала головой принцесса, не выдавая того, что знает о состоявшейся между нареченными ссоре. - Тем более, вашей милости ждут виконты, герцоги.. и, возможно, принцы?
- Ах.. но почему вы мне помогаете, ваше высочество?
- Разве это помощь? Я лишь открываю вам глаза, Белла. Но не собираюсь сватать вас или выбирать жениха... Мм, ну и еще я ценю прекрасное. Право, такой красавице, как вы - место лишь при дворе моего отца. Подумайте сами.
    Красивое лицо Изабеллы осветилось, на щеках заиграл румянец:
- Я не забуду вас, ваше высочество, и сумею быть благодарной.
    Принцесса засмеялась:
- Как пожелаете, Белла. Всего хорошего.

    ...А вечером был пир, где среди многочисленных здравниц нет-нет, да слышался голос провозглашающий красоту Королевы Турнира и храбрость Ее Рыцаря. Миранда улыбалась каждому восклицанию, отдавая салют своим бокалом с вином:
- Вы привлекли внимание всех ко мне, граф, - негромко обратилась она к рыцарю, сидевшему по правую руку от нее.
- Вам это явно нравится, ваше высочество.
- Да. Забавляет, - она повернула головку к нему, невольно отмечая невозмутимость лица и едва заметный блеск в ярких глазах, когда он тоже развернулся к ней. - Прикрываясь вашим поступком - они без всякой боязни кричат мое имя.. а расплачиваться за все будете вы.
- Почту за честь.
    Миранда помолчала, слизывая с пальчиков жир от только что съеденного куска мяса. Роберт был более прямолинеен - он запросто вытер пальцы о королевскую скатерть, чем вызывал невольный смешок принцессы, которая сделала легкий жест рукой и привычные к ее прихотям слуги принесли миску с водой, в которой она ополоснула руки:
- Так удобнее, - поведала она.
    Роберт попробовал и согласно кивнул головой, тут же отметив:
- Но мне не жаль королевских скатертей.. Просто в танце я хотел бы обнимать вас, ваше высочество, - на какой-то миг Миранде почувствовался вызов в этом его голосе. И она приняла его.
    Танец начался с медленного, размеренного движения пар по всему свободному пространству. Танцующие не должны были прикасаться друг к другу, лишь красиво и величественно рисуя бесконечные фигуры среди горящих повсюду факелов. Постепенно ритм убыстрялся и вот уже мужчины резко подхватывали своих партнерш на миг поднимая их над всеми и тут же опуская на пол, чтобы продолжать кружится, запутываясь среди стольких пар. Роберт и Миранда танцевали не сводя друг с друга глаз, словно продолжая безмолвный разговор:
"- Вам не достичь ничего, ухаживая за мной, граф....
- Это отказ?
    Улыбка. Блеск в глазах, как столкновение четырех молний разом:
- Не боитесь поражения?
- Я уже победил."

    Они покинули душный, пиршственный зал. В последствии некоторые говорили, что Роберт давно уже был любовником принцессы, обманывая свою невинную невесту. Другие вещали, что это принцесса приворожила в первый же день турнира рыцаря, прельстившись его внешностью. Находились и те, кто сомневался и в том, и в другом, считая что все у "них" началось после пира, когда оба исчезли. Роберт и Миранда знали свою правду, но хранили ее лишь друг для друга.


    Мужчина привстал на локте, любуясь женщиной, которую он держал в объятьях:
- О чем ты думаешь?
- Роберт, - негромко прошептала она, открывая серые глаза. - Я люблю твое имя.. и люблю тебя, Роберт.
    Легкий ветерок не был так нежен, как те поцелуи, которыми он ответил на ее признание.


--------------------
Родителей не выбирают...
Пользователь в офлайне Отправить личное сообщение Карточка пользователя
Вернуться в начало страницы
+Ответить с цитированием данного сообщения
Кьяллак
сообщение 10.04.2006, 12:24
Сообщение #18
Маг
Персонаж Игры
Неофит
*


Пол:
Сообщений: 5






Локуд

    Когда в зале остались лишь маги Высшей ложи Совета и Талентор, сидевший справа от главы государства Кьяллак поднял руку. Мгновенно воцарилась тишина: темный маг редко вызывался говорить. Кьяллак неспешно поднялся, и встал по направлению к Талентору. Черно-лиловый балахон полностью скрывал его фигуру, низко надвинутый капюшон не позволял разглядеть его лица. В принципе лицо мага оставалось загадкой для всех, за исключением разве что самого Розна.
    - Позвольте мне кое-что добавить к сказанному Талентором, - звуки гулкого с хрипотцой голоса заметались под сводчатыми потолком, - я не хочу, чтобы вы отнеслись к предложениям Странника легкомысленно.
    Невидимый, вселяющий подсознательный ужас взгляд пробежал по лицам собравшихся.
    - Не скрою, это далеко не первая моя встреча с глубокоуважаемым мною Талентором, - со стороны показалось, что Кьяллак склонил голову, глядя на Странника, обозначив тем самым поклон. Маги Высшей ложи не имели привычки кланяться, кому бы то ни было, тем удивительнее было увидеть подобное от темного мага, который своим пренебрежением к живым созданиям превосходил многих. Впрочем, может, это просто показалось. В зале послышался шепот. Странник одобрительно кивнул и сдержанно улыбнулся.
    - Да, для меня нет секрета в том, что предлагает Талентор, - продолжал Кьяллак, - как бы это не было неприятно для многих из вас. Прежде чем перейти к чему то большему, надо сперва проверить на малом… И мы предприняли, - маг на секунду задумался подбирая слова, - необходимый опыт. Многие знают, что я провел продолжительное время в сердце Дулдроонга, общаясь с местными гномами, орками и прочим отребьем. Сейчас вы увидите результат нашего творчества. О, вы наверняка оцените его по заслугам.
    Настал неприятный момент, некоторые из присутствующий магов поморщились в ожидании. Кьяллак имел привычку проецировать, то, что он хотел показать непосредственно в голову собеседника, при этом без видимых усилий с его стороны. Через секунду пред взорами магов возник солнечный пейзаж. Пара покрытых зеленью холмов и долина между ними, на которой ютились несколько небольших строений. Рядом с домиками и на прилегающем к ним колосящемся поле копошились фигурки людей. Точка обзора располагалась где-то на высоте нескольких метров, и, судя по наличию в непосредственной близости деревьев, можно было предположить, что смотрящий, кем бы он ни был, сидит на дереве.
    - Мы с вами наблюдаем с восточной опушки Лосс Эльтайна, - тем временем повествовал Кьяллак, размеренно и холодно, - Перед нами Трезим, плодородные поля Миримрата. Думаю, мне не нужно напоминать вам, насколько магия возможна на землях, что вы видите перед собой. Вам известно с пеленок – магия тут невозможна. Теперь, обратим внимание на холм слева.
    Со стороны леса на холм влезала темно-серая коробка неправильной формы, поблескивая время от времени на солнце металлическими углами. С такого расстояния рассмотреть в подробностях эту штуковину было невозможно, но она объективно не могла сойти за что-то одушевленное. Ничто видимое снаружи коробку не тянуло и не толкало.
    - Перед вами ЭММ-1, «экипаж магическо-механический», или как мы его ещё называем – «танкус». И поверьте мне на слово, внутри него находятся лишь четыре-пять гномов, явно не способных затолкать такую махину на холм. Но и это ещё не всё. Смотрите дальше.
    Танкус добрался до вершины холма, поерзал из стороны в сторону и замер. Минута прошла в томительном ожидании. Внезапно откуда-то с передней части железного монстра сорвалась молния и ударила в стоящую внизу избушку. Щепки и дым взвились в воздух, избушка тот час занялась ярким пламенем. Следующая молния подожгла кровлю соседнего строения. Горящие обломки летели во все стороны, фигурки людей в панике метались между пропадающими в дыму домиками. Танкус на холме снова поерзал и остановившись отправил внушительных размеров огненный шар на крышу конюшни. После этого монстр развернулся и пополз в сторону леса.
    Картинка затуманилась и пропала. Сказать, что лица магов Высшей ложи выражали крайнюю степень изумления – не сказать ничего. Они были потрясены. Маги обменивалась очумелыми взглядами, ища поддержки во взгляде соседа и не находя таковой. Только что им была предъявлена реализовавшаяся мечта многих и многих из магического сословия, мечта казавшаяся неосуществимой. До сего момента.
    - Вы всё видели сами. Танкусы – это всего лишь пробный камень. Я продемонстрировал вам эту маленькую драму, лишь для того, чтобы вы с должной серьезностью отнеслись к предложениям Талентора. Всё, что вы увидели, без Странника было невозможным. А то, что он предложит дальше, позволит осуществить нам гораздо больше, чем мы могли мечтать.
    Кьяллак с достоинством опустился в кресло. Его последние слова ещё долго метались в сводах зала и в головах лучших магов Акпида.
Пользователь в офлайне Отправить личное сообщение Карточка пользователя
Вернуться в начало страницы
+Ответить с цитированием данного сообщения
Тейзерик Винбадей
сообщение 10.04.2006, 14:44
Сообщение #19
Человек
Персонаж Игры
Неофит
*


Пол:
Сообщений: 3


Главное не участие, главное победа.



343 год
Небольшое селение на границе Винбадея и Трезима.Трактир.
Дверь распахнулась впустив в залу человека крепкого телосложения, проглядывающегося даже через широкий дорожный плащ. Путник осмотрел помещение - народу для этого времени было на удивление не много. Вот он заметил кого-то, это одиноко сидящий человек аристократического вида. Человек в плаще подошел к нему и сел за один стол с ним.
Человек сидящий за столом, кажется, и не заметил подсевшего к нему путника.
Странник заказал себе еду и продолжал сидеть все также молча.
Молоденькая служанка поставила на стол пару тарелок с едой, кружку пива и упорхнула в направлении кухни.
- Я тот, кого вы ждете.
Аристократического вида молодой человек сидел так, как будто ничего не происходило. Путник, не останавливаясь, продолжал:
- Мы согласны на ваши условия. Вы получите то, что заказали.
В случае успеха для вас будет еще работа! - немного выждав, произнес аристократ.
Странник на мгновение посмотрел в голубые глаза собеседника и усмехнулся.  Через некоторое время он что то достал из кармана и передал его собеседнику. Тот лишь на долю секунды взглянул на предмет и убрал его к себе. В свою очередь достав небольшой кожанный мешочек, аристократ передал его путнику.
- Там то, о чем мы договаривались. - сказал молодой человек.
Странник удовлетворенно кивнул головой и убрал мешочек за пазуху.
- Когда появится еще работа, вы знаете, как с нами связаться! - произнес путник и покинул таверну.
Его собеседник даже не посмотрел в сторону уходящего, весь поглощенный своимим мыслями. Злорадная искорка промелькнула в уголках глаз:
- Он займет трон, а не Астерейз! Он более достоин чем этот слабак!
Через несколько минут Тейзерик направился к выходу, думая о том пузырьке с бесцветной жидкостью, что передал ему странный собеседник из Лиги. В пузырьке был яд, но он не действовал сразу! Яд убивал через некоторое время, проходил чуть ли не месяц.

*****

Месяц спустя после событий в таверне.  Варл Атарн.

Молодой красивый мужчина стоял один по среди раскошной комнаты и глядел в окно. От созерцания окрестностей его отвлек стук в дверь. Мужчина разрешил войти.
В покои вошел невысокий мужчина почтенного уже возраста и произнес:
- Милорд Винбадей, Астерейзу не становиться лучше и наши лекари уже ничего не могут поделать! Мы боимся что он может уйти вслед за вашим славным отцом!
Тейзерик сделал озабоченное выражение лица и произнес с болью:
- Лекари должны делать все что могут! Мы, я и сестра, не переживем гибели еще одного близкого человека!
Пожилой человек поклонился и вышел.
Молодой герцог улыбнулся - все шло так, как он и задумал! Его дражайший братец еще недельку протянет от силы! Лига не обманула. Пора пойти наведать сестричку. Ей ведь так тяжко... Бедняжка!

*****

спустя два месяца после событий в таверне. Дорога между Трейнионом и Варл Атарном.

Элианора ехала в карете, скорбя по погибшему отцу и брату. Ходили слухи что это дело Тейзерика, но доказательств не было. К тому же брат так сильно скорбел по ним, что Элианора не верила пересудам придворных. Она ехала домой - Тейзерик сказал, что ей будет полезно уехать на время из Варл Атарна, чтобы ничто не напоминало о горечи утраты. Последний месяц они провели в Трейнионе, но Тейзерик уехал чуть раньше - его звали дела в герцогстве.
Говорил, что ему очень хотелось бы остаться с Эл, но он не может бросить своих подданых на произвол судьбы.
Карета вдуг резко остановилась, это вывело Элианору из размышлений.
Затем она услышала несколько коротких свистов и глухой стук падающих на землю тел. Некоторое время царила тишина, затем карета покачнулась и в нее влез человек крепкого телосложения. Он посмотрел на маркизу и улыбнулся:
- Ты еще послужишь нам в свое время!

***

Через несколько дней, Варл Атарн. Окресности замка герцога.

Погода была пасмурная, моросил мелкий дождь. Тейзерик стоял, глядя на свое войско.
- Да, с такими замки штурмовать не получится! - думал про себя герцог. - Нужно что то предпринять!
Недовольный, Винбадей направился в свой замок.
Зайдя в свои покои, Тейзерик увидел ожидающего его человека.
Тот словно вдруг появился из ниоткуда в тени портьеры.
- Дело закончено! Если потребуется еще услуга, милорд, вы знаете, куда обратиться.
Странный посетитель герцога, сказав это, снова словно растворился в тени у портьеры. Только ветер, попадющий в комнату сквозь распхнутое окно, напоминал о вечернем госте.
Теперь Тейзерик ждал официальных вестей.

***

На следующий день.

В замок герцога Тейзерика Винбадея прискакал гонец. Уже через десять мниут встревоженный советник ворвался в покои герцога:
- М-м-милорд у меня для вас не приятная новость! - дрожащий советник еле справлялся со своим испугом. - С Элианорой несчастье! Ее похитили разбойники по пути домой. Вся стража убита! Никаких следов не осталось...
Тейзерик вскочил с места:
- Сделать все необходимое, чтобы найти Элианору! Это удар по нашей семье, нашей чести! Что? Мы не можем даже себя защитить на наших же землях? - Тейзерик был вне себя. - Разослать поисковые группы! Перевернуть весь Винбадей вверх дном! А если понадобится, то и Трезим, и Оаклант, и Арнсад! Живо ко мне Тира Далабара! Пусть делает, что хочет, но найдет ее! Это он должен следить за преступниками!
Советник стрелой вылетел из покоев герцога исполнять поручени.
Тейзерик изменился в лице, удовлетворенно улыбнулся. Все вышло так, как он и желал. Теперь он единственный Винбадей! Никто не сможет оспорить у него право трона! Астерейз был не достоин править!
Теперь, герцогство в руках Тейзерика! Хотя... что такое герцогство? Вассал Форкосона?
Нет, герцог Тейзерик Винбадей хотел большего...



--------------------
Хороший, плохой главное у кого арбалет.
Пользователь в офлайне Отправить личное сообщение Карточка пользователя
Вернуться в начало страницы
+Ответить с цитированием данного сообщения
Арнфинн
сообщение 12.04.2006, 13:41
Сообщение #20
Полуэльф
Персонаж Игры
Неофит
*


Пол:
Сообщений: 12






Нарие, 345 год
Трезим, Премиль, поместье барона фон Анхеля


    Строение частично каменное частично бревенчатое могло быть названо ”замком” только тем, кто его никогда не видел. Добротное и прочное с виду он не являло никакой ценности с архитектурной точки зрения. Вот этот вот «замок» Премиль и принадлежал издревле семье фон Анхелей. Впрочем, «семье» это сильно сказано, т.к. фон Анхель имелся  в единственном экземпляре. Насколько помнили местные старожилы до него здесь также одиноко жил его отец, а до этого дед и т.д. И никого это не удивляло. Так устроен мир, в нем есть Премиль, а в Премили доктор фон Анхель, он же владелец нескольких полей в округе и прилепленных к ним деревушек. Баронский титул даровал фон Анхелям один из совсем уж стародавних герцогов. С тех пор на табличке прибитой к воротам замка чуть ниже надписи: ”Доктор Д. фон Анхель” появилась приписка уже другой краской ”Барон”.
    В то время когда барон не разъезжал по своей лекарской практике он уединенно жил в своем замке с минимальным количеством прислуги. Только последние пару лет покой Премили стал нарушаться в связи с появлением в поместье ещё одного «барончика», юного благородия из Соорга, слишком загостившегося, по мнению премильцев, у их доброго хозяина. «Барончика» недолюбливали за безудержный нрав и шалости, которые далеко не всем доставляли удовольствие. С виду совсем уже взрослый молодой мужчина, гость поместья вел порой себя как ребенок, за что местная детвора его боготворила. Список вопиющих безобразий гостя, если б таковой был составлен со слов пожилых премильцев, занял бы отдельный трактат.

    Но этим солнечным утром хозяев в доме не было. Поднявшись ни свет не заря они отправились на лодке чуть выше по течению Глинсире, которая тут, в отличие от предгорий уже была не резвой и бурлящей горной речушкой, а вполне степенной долинной рекой, плавно несущей свои воды. Фон Анхель и Арнфинн расположились на удобной отмели, и, расставив пяток удочек, наслаждались погожим летним деньком. Доктор полудремал пригревшись на солнышке и надвинув на глаза шляпу, юный маркиз-полуэльф следил за поплавками, временами поправляя снасти и что-то тихонечко мурлыкая. Обрывки песенок доносились до слуха доктора и он невольно улыбался.
    - Что это за ерунда, Арн? – вяло протянул Даг, - Какие-то бякшины песнопения.
    Арнфинн негромко рассмеялся.
    - Это наши детские заговоры для ловли рыбы, тебе не понять, Даг. Рыба должна сама на берег от них выпрыгивать.
    - Ну да, куда уж мне понять… Что ж не прыгает-то?
    - Наверное, тут водится глухой вид рыбы…
    - Нет, просто это трезимская рыба, она не переносит эльфийскую речь.
    Юноша состроил недовольную гримасу и посмотрел на фон Анхеля.
    - Знаешь, многие люди тратят месяцы на дорогу, а потом таятся по всяким кустам и канавам, только чтобы хоть раз услышать эльфийскую песню. Тебе можно сказать счастье привалило, а ты не ценишь.
    - Меня не устраивает исполнитель, - парировал Даг, - Тебе единорог в детстве уши оттоптал, Арн. У эльфов, как правило, в песнях бывают мелодии.
    - Привереда. Зато смотри, на трех удочках клюет снова, не успел закинуть.
    - Ага. Эльфийская магия, знамо дело, - фон Анхель повернулся, подставляя солнцу другой бок.
Ренсинг цокнул языком и вернулся к удочкам. Улов сегодня хорош, с песнями или без песен, но ушица будет - пальчики оближешь…
    Шум на противоположном берегу они услышали одновременно. Их самих со стороны реки скрывал от глаз разросшийся куст, поэтому они просто затаились. Стайка совсем ещё малышей-эльфов выскочила на берег и рассыпалась по кустам и корягам. Остроухая детвора, звонко смеясь, гоняла друг за другом. Старших-воспитателей видно не было.
    - Детишки, - прошептал Даг, - Странно, отбились от нянек что ли?
    - Да ты погляди, - едва слышно ответил Арнфинн, - За ними разве угонишься. Хотя да, странно, они ж детей никогда не оставляют без присмотра.
    - Смотри-смотри, сорвется же сейчас! – воскликнул Арнфинн и Даг тот час же прикрыл ему рот. Златовласая девчоночка, убегая от преследующих её друзей-малышей, вскочила на длинную толстую ветку, которая нависала чуть ли не над третью ширины реки, и, заливаясь смехом, побежала по ней. Заигравшись, она оглянулась и, толи это конкретное дерево было за что-то в обиде на предков эльфийки, толи просто поверхность ветки оказалась слишком скользкой, но она не удержала равновесие и с криком полетела в воду. Даг придержал Арнфинна, рвущегося на выручку.
    - Смотри, - он взглядом указал направление. От противоположного берега отделился, прятавшийся до сих пор человек и быстро поплыл к месту падения девочки. Учитывая крупное телосложение, прятаться он должен был уметь отменно, раз ни Арнфинн, ни фон Анхель не проведали о наблюдателе. За считанные мгновения темноволосый пловец добрался до нужно места и нырнул. Вынырнул он уже с эльфийкой и легко, без видимых затруднений добрался до берега. К этому времени остальные эльфята, почувствовав опасность, успели раствориться в зарослях. Человек, вытащивший девочку, оказался высоким и широкоплечим. Он словно пушинку донес потерявшую сознание малышку до сухого места и, положив её на изумрудную траву, склонился над ней. Арн пытался рассмотреть выражение лица человека, чтобы понять, не затевает ли он какую-то мерзость…
    - Дурень, - прошипел фон Анхель, - Бежать надо скорее.
    В ту же секунду спаситель девчонки, словно услышав слова Дага, дернулся, оглядываясь в сторону леса, и рывком бросился в сторону. Маневр не слишком помог ему. Воздух загудел, и три  стрелы одна за дугой воткнулись в него с правого боку, опрокидывая в реку. Эльфы никогда не отпускают свою главную ценность из виду, и при угрозе сначала стреляют, а только потом выясняют, чей это собственно труп лежит перед ними. Из леса беззвучно и плавно вышли шесть эльфов, держа луки на изготовке. Их плащи насыщенного зеленого цвета напомнили Арну походные мундири 2-ой трезимской армии. В полной тишине один из них подхватил девочку и скрылся в чаще. Остальные замерли, вглядываясь в зеркало реки, отразившее зеленые плащи и светлые волосы воинов Лосс Эльтайна. Взгляд эльфа с прядями серебра в золотистых волосах проскользил по кустарнику, за которым укрывались Даг и Арнфинн и, по всей видимости, не обнаружив ничего особенного, он отвернулся. Довольно быстро воины потеряли интерес к реке. Перекинувшись парой тихих фраз, они отступили назад в лес.
    Даг невольно вздохнул, и тут же услышал всплеск рядом с собой. Белокурая голова едва заметная над поверхностью воды плавно двинулась к противоположному берегу.
    - Шебироса тебе в бок, Арни, - застонал доктор, скидывая кафтан, и тоже погружаясь в реку, одновременно делая рукой какие-то пасы над гладью воды, - Куда же ты лезешь всё время…

    … С большим трудом им удалось найти и вытащить раненого на свой берег, не создавая шума, способного привлечь к ним внимание. Когда тело незадачливого спасителя девочек было скрытно уложено за кустарник, Арнфинн с трудом переводя дыхание, плюхнулся на колени.
    - Какой же он тяжелый и здоровенный… Уфф… - Арн разглядывал жесткое, угловатое лицо незнакомца, обрамленное длинными волнистыми прядями черных волос, - И какой-то уродливый…
    - Это, смотря, что считать уродством, Арнфинн, - сухо проговорил доктор, осматривая раны, - Вот, например, мне может казаться уродливым один полуэльф с белобрысой головой, хотя шевелюра у него по здравому разумению должна быть темной.
    Арнфинн скривился.
    - К тому же этот уродливый полуэльф ещё и глуп, как деревянный башмак. Все то ему неймется сунуть свой нос куда не просят… - продолжал доктор.
    - Но ты же сам рад, что мы его вытащили, правда? -  Арнфинн уже давно привык к ворчанию Дага, и не воспринимал всерьёз.
    - Да.
    - Он будет жить?
    - Будет. Принеси мне мою суму. Надо обработать раны.

    …Через пару дней, Даг и Арн сидели напротив друг друга за столом в обеденной комнате, и, смеясь, пересказывали новости из столицы. Сверху раздался шум, затем шаги по лестнице и дверь растворилась.
    - Очнулся, - произнес Арнфинн.
    В проеме, прислонившись к косяку, и прижимая одну руку к перебинтованному телу, стоял их раненый. Цвет его лица оставлял желать лучшего, а оплывшие болезненные глаза и прилипшие сальные пряди усугубляли впечатление. Взгляд раненого остановился на докторе и он, запинаясь, сказал хрипящим голосом:
    - Я Дюри… Вы спасли меня. Теперь я ваш раб,… навсегда… Требуйте, исполню всё.
В этом месте колени его подкосились, и он рухнул на пол, от слабости теряя сознание.
    - Ещё один отчаянный остолоп на мою голову, - пробубнил Даг.

Сообщение отредактировал Арнфинн - 27.04.2006, 13:14
Пользователь в офлайне Отправить личное сообщение Карточка пользователя
Вернуться в начало страницы
+Ответить с цитированием данного сообщения

2 страниц V  1 2 >
Тема закрытаОткрыть новую тему
2 чел. читают эту тему (гостей: 2, скрытых пользователей: 0)
Пользователей: 0

 



- Текстовая версия Сейчас: 16.07.2019, 11:13
Rambler's Top100