Прологи Опции

[Midnight]

Для начала выношу предложение официально начать игру 16 числа этого месяца, день выбран потому, как это пятница и следовательно впереди большие выходные, когда каждый желающий успеет написать прологи по прошлому своих героев.

И по первым прикидкам пока намечается следующее («следующее» является незаконченным планом и подлежит изменениям и корректировкам):

Так… --> ну пусть будет год 936 от создания Империи (ничего изысканнее не придумала, советы принимаются, т.к и цифра и причина взяты отфонарно).

Конец Лета, начало осени (то, что у нас называется августом ), в Криэране проходит ежегодный королевский турнир, где почти все герои сталкиваются.
Про устройство и политическое положение стран все написано в соответствующих темах.

А здесь милости прошу - все, что было до этого  (знаю, что у некоторых уже готово).

[Грегор]

Грегор, воспользовавшись своим правом друга и наставника, без предупреждения вошел в покои принца… точнее, Властителя! Не стоит забывать об этом…
Рик сидел в кресле, хмуро уставившись на склянку с каким-то отваром, и Верховный жрец сразу понял – из комнаты только что ушел придворный лекарь. У опытного, умелого лекаря было один недостаток – все его лекарства по вкусу напоминали полынную настойку. Рик протянул руку, одним махом опорожнил сосуд, и уставился на жреца. Грегор склонился в приветствии:
- Ты вызывал меня, мой господин? Что бы ты хотел узнать у своего слуги?
На лице Рика ничего не отразилось, когда он заговорил:
- Я послал за тобой только что, да и найди тебя слуги – они примчались бы доложить об этом раньше, чем ты одолел бы все замковые лестницы. Ты пришел сообщить новости о произошедшем на испытании? Хватит игр и уроков логики – сейчас на это нет времени.
Грегор невольно улыбнулся: мальчик (а двухсотлетнему магу было сложно думать иначе о молодом Властителе) его радовал. За долгий срок жизни Верховный жрец дважды схоронил всех своих близких: первый раз став жрецом Культа, второй же – когда неумолимое время забрало всех, кого он любил, ценил, ненавидел… да и просто знал в молодости. И сейчас этот мальчишка со спокойным лицом и холодными синими глазами – самый близкий для него человек. Тот, в кого вложил свои знания, умения  – весь огромный жизненный опыт. Временами, глядя на подрастающего Властителя, Грегор ощущал острое сожаление и даже вину, но быстро подавлял их в себе. И вот – Властитель перед ним. Воплощение трудов и надежд. Причем хорошо помнит все уроки…
- Боюсь, новости неутешительные, мой господин. Я не знаю, что произошло.
Рик прохладно улыбнулся:
- Ты – и не знаешь? Жрец, ты меня поражаешь всегда, но на этот раз – весьма неприятно… меня осмотрел лекарь (Рик непроизвольно поморщился) – следов отравления нет.… Лишь осталось, словно я не один день провел за тяжелой работой. То я превосходно знаю, чем занимался последние дни. Ты проверил вино?
- И вино, и края чаши, и кувшин… мои люди уже допрашивают слуг. Нигде ничего. Может, Властитель, ты ощутил укол незадолго перед испытанием? Совсем легкий – медальон мог даже не отозваться на него, но…
… для яда хватит и мелкой ранки. Я все помню. Нет, ничего такого. Магия?
Грегор на секунду задумался, но все же отрицательно покачал головой.
- Нет, магической атаки не было ни до, ни во  время Испытания. Магия вообще не использовалась – иначе я бы почувствовал выброс энергии.
Рикард встал, с явным усилием прошелся по комнате:
-Ни яда, ни магии…. Грегор, я переплыл этот залив в десять лет, причем дважды – туда и обратно…. С утра – полный сил, а сейчас – слабее младенца. Если бы не акула…. Кстати – спасибо тебе…
Рик покачнулся, ухватился за плечо жреца – Грегора поразила слабость обычно стальных пальцев Властителя.
- …ведь акула – твоя заслуга, я уверен. Уже в который раз…. Что говорят арбалетчики и гребцы с ближайшей лодки?
-Они все мертвы, - Грегор с сожалением развел руками, - акула была ранена, разозлена, и когда я отпустил ее – пообедала своими обидчиками. Все равно они ничего не сказали бы – такую шваль покупает другая шваль, покрупнее, и может статься, никто не знает истинного заказчика.
Пальцы на плече Грегора сжались с такой силой, словно превратились в стальные скобы, глаза Шарка потемнели и стали глубокими и холодными, как морская бездна. Жрец охнул от боли и Рик, опомнившись, разжал руку:
- Но заказчик все же где-то есть: сидит и строит новые планы. Жаждет моей смерти…. Я узнаю, кто этот человек, вырву его гнилое сердце, глядя прямо в гаснущие глаза этого ублюдка...
Молодой Властитель, утомленный вспышкой гнева, рухнул обратно в кресло. Грегор привычно дождался, когда дикая вспышка гнева, обычная для Рикарда, наконец угаснет окончательно, и продолжил:
- Но если мы пока не можем найти настоящего виновника – нужно придумать способ извлечь выгоду из случившегося.
Властитель улыбнулся:
-Верно, верно. Твоя акула не только спасла меня, но и вписала Шарков в легенду. Пока до кого-то дойдет, что ей управляли… Но если еще и… - Рик щелкнул пальцами, - Моя прекрасная невеста Амелла из клана Аллари. И ее папаша, превративший свой остров в жалкое подобие Лаконы. Я могу просто убить их, но так даже лучше… Она подала мне чашу с вином, будь там яд – именно ей было бы легче всего подсыпать отраву. А если объявить, что яд был…
Теперь улыбка Шарка напоминала оскал голодного зверя:
- Казнить обоих, направить на Аллари войска, выжечь лаконскую заразу…
- …и испугать половину союзных нам кланов. А колеблющихся – толкнусь в объятия недовольных. Почти две сотни лет мира развратили многих, - Грегор сокрушенно покачал головой, - Нам нужна война на материке, а не на родине.
Рикард задумался ненадолго, но быстро принял решение. Когда Властитель заговорил, его лицо было холодным и абсолютно спокойным:
- Главу клана Аллари – под замок. В уютную комнату замковой башни: он будет нашим почетным гостем. На Амелле я женюсь, как и собирался. Объявим, что отец невесты заболел и передал в руки дочери всю власть над кланом и островом. Вряд ли прелестная Амелла Рейден будет противоречить своему супругу. На остров отправить моего представителя и сотню гвардейцев. А теперь оставь меня – я хочу отдохнуть.

Когда Грегор покидал комнаты Властителя, на его губах блуждала довольная улыбка.