Пролог ГТЭ. Ветер, кровь и серебро..., Что наша жизнь?.. Опции

[Леес Миэлeдель]

Замок Идрэлиэн, почти полностью скрытый от Ока Творца густыми верхушками вековых дерев, сейчас был весь наполнен радостным солнечным светом. Краткое время, когда закатное солнце попадало на расположенное в Незримом Шпиле Зеркало Души, было для обитателей замка временем отдохновения глаз. Прочие хитроумные зеркала не давали достаточно света, и гильдийцы использовали магические фонари, которые, хоть и были подобны маленьким парящим в воздухе солнышкам, очень утомляли глаза. А теперь...
    Глава Гильдии Леес Миэледель (о титулах позже), восседал в своей приёмной... А если откинуть свойственные кичливым людям напыщенные фразы, просто развалился в кресле в своём уютненьком кабинете на третьем этаже, наслаждаясь свежеприготовленным армаил и попутно разбирая немногочисленные бумаги, сложенные на столике поодаль. Бумажки были преимущественно им самим написанные, и читать их було не так интересно. Но надо. Леес знал, что в одному ему известном тайнике ждёт его роман. Толстенная книга, которую он, перемежая с изредка приходящей научной литературой, смаковал уже месяц... Но дело есть дело. Как говорили глупые напыщенные люди, "Работать, негры!!!"

[Леес Миэлeдель]

...Дождавшись, пока все обормоты разойдутся (это только в мыслях, у каждого гильдийца было по полтонны гордости и два воза самомнения, оскорбления они не стерпели бы и от Главы), Леес неторопливо поднялся с трона, на котором в начале дискуссии чуть не поджарился (вот повод сдерживать чувства!), и, лавируя по привычным полутёмным коридорам Идрэлиэна, направился ко входу в подземелья.
    На входе его ждал ещё один Страж, на вид - брат-близнец двух других, у главных ворот и у дверей Тронного зала. Древний воин не пошевелился: свой. В глазницах никогда не снимаемого шлема как всегда царила тьма...
    Спускаясь по сырым ступеням каменной лестницы, Леес вспомнил, что Нариэль, странный новобранец, назначил ему встречу после собрания... и сам же на неё не пришёл. Усмехнувшись, Леес запахнулся в плащ (холод в подземельях был всегда волчий) и, опять же привычно, углубился в лабиринт подземных ходов, некоторые из которых вели неизвестно куда...