Прологи: Дыхание Времён, или все, что было в начале... Опции

[Летописец]

События до 21 числа месяца Нолаире 347 года...

[Мелфегор]

346 год от Великой Битвы.
Форкосон.

      Две противоборствующие страны были разделены между собой полосой выжженной земли в несколько лиг шириной – следствие вековых конфликтов и сражений. Боевая магия нанесла незаживающую рану, и все усилия Колиарда как-то восстановить природу на этом участке пропали втуне. Здесь все было мертво – только пограничные посты, единственные островки жизни среди песчаного моря, бдительно следили друг за другом, ожидая подлого нападения.
      В этот раз угроза пришла с небес. Со скрежещущим клекотом на один из самых крупных постов опускались три крупных дракона. Испуганный вопль стражника, первого кто их заметил, был услышан – раздались четкие команды и навстречу драконам полетели первые стрелы.
      Крылатые бестии извернулись, уворачиваясь от стрел и выдохнули потоки огня, мгновенно воспламенившие деревянные стены форта. Крики ярости сменились воплями агонии – люди сгорали заживо.
      Чуть в стороне от форта застыли две фигуры – Шебирос и Фардиара. Ангел Разрушения двигала пальцами – повелевая драконами, а Ангел Ненависти наблюдал за горизонтом. Несомненно, что Эсфирот уже получил весть, о том, что происходит, и поспешил сюда – разобраться и покарать виновных. Задержать его на время, пока Мелфегору не удаться подменить галаксит – эту задачу они выполнят с легкостью.
      Стоило Эсфироту покинуть Трейнион, как Мелфегор опустился на камни главной площади Соорга. Происходящее забавляло его – смертные были слишком слабы, чтобы противостоять ему, а Ангелы Стражи блуждали во тьме, не в силах понять, что происходит.
      Он добрался до сокровищницы, словно тень просочился через стражников, двери и хитрые замки, изъял фальшивый камень из меча, и обратившись в холодный ветер, проследовал в королевский дворец.
      Хотя Мелфегор всей душой презирал архаичность и косность Стражей, и он был вынужден признать – Эсфирот и другие постарались, когда зачаровывали это место. Королевский дворец был защищен не только крепкими стенами и подъемным мостом. Давящая тяжесть опустилась на плечи Ангела Смерти, он чувствовал, что это место глубоко враждебно подобным ему. Действовать надо было быстро – хотя он очень могущественен и его силы имеют свои пределы…
      Эсфирот и Ультимар отсутствовали, но в Трейнионе был кто-то другой из Стражей, и встреча с ним была бы для Мелфегора совсем не желательной. Ангел Смерти шел по коридорам дворца, прислушиваясь к любому шороху, словно какой-то воришка. Покои короля были совсем рядом, но нужно было еще отвести глаза гвардейцам и, не разбудив монарха, поменять камни в его скипетре.
      Силы уходили, словно песок в клепсидре, руки дрожали, точно у пьяницы, а по лбу бежали капли пота. Мелфегор улыбнулся – опасность всегда привлекала его, дразнила и манила, но разве может бессмертный попасть в действительно серьезную ситуацию? Только если на карту поставлено слишком многое, как сейчас, например. И хотя он оставался, невидим, а его шаги были неслышны для людей, он действовал со всей возможной осторожностью и предусмотрительностью.
      Король спал, чуть похрапывая, скипетр вместе с остальными атрибутами власти лежал рядом с кроватью на подушке. Мелфегор взмахнул рукой – комната осветилась неярким зеленоватым светом, камни поплыли по воздуху, меняясь местами. Теперь пришла очередь отводящих глаза чар – и это было самым тяжелым. Он чуть не закричал от боли – слишком трудно, слишком все опасно – столько тонкая работа, сделай он хоть что-то неверно – Ангелы Стражи прознали бы про это в тот же момент.
      Наконец, все было завершено – можно было уходить. Оставив скипетр на подушке, он забрал галаксит – как оказалось, камень жег руку – Мелфегор с удивлением заметил, что по его нетленной плоти расползается пятно ожога. Но делать было нечего – претерпевая еще и эту неприятность, он бросился прочь из дворца – в последнюю минуту чуть не столкнулся с Овифлесой, которую Эсфирот все-таки оставил на страже королевской семьи.
      Он послал мысленные приказы Астерлите и Шебиросу, приказав им все бросить и возвращаться обратно, и уже сам собирался отправиться в их небесную крепость, как понял – что камень не отпускает его. Дернувшись пару раз, Мелфегор понял, что проклятый галаксит никуда не денется от Цитадели, пока его держит сам Ангел Смерти. Этот артефакт был сделан для людей и мог быть использован только людьми. План менялся – и в тот же миг последовал еще один мысленный приказ – Мелфегор звал Селсериса.
      Вечно мятежный и не успокоившийся ангел, который сражался с бурями и морскими волнами, бросался к самым яростным проявлением природы, чтобы испытать себя, ответил на его просьбу и поспешил в Форкосон. Мелфегор ухмыльнулся и уселся на тротуаре, словно нищий, ожидая, когда взойдет солнце и прибудет его соратник. Вместе – используя свой дар убеждения, они смогут уговорить принца отпарвиться в экспедицию на поиск новых земель и забрать с собой галаксит. Земли рыцарей без хранившего их артефакта станут совсем беззащитны – и тогда Мелфегор приведет в действие свой иной план, и Цитадель падет под неумолимым наиском магов…