Мир Diablo Опции

[Энгель]

Хроника

Со дня Творения Свет и Тьма находятся в состоянии бесконечной войны. Великий Конфликт, победитель в котором восстанет из пепла апокалипсиса и получит власть над всем Сущим. Дабы достичь сего, ангелы Великих Небес, воины-серафимы, разят врагов Света мечами праведного гнева и справедливости. Они верят, что лишь неукоснительное следование принципам порядка и дисциплины может установить оные в мириаде миров, в то время как демонические обитатели Пламенной Преисподней считают совершенный хаос истинной природой вселенной.

Сражения Великого Конфликта пронзают время и пространство, порой опасно истончая саму ткань реальности. От Хрустальной Арки в сердце Великих Небес до волшебной Адской Кузни Пламенной Преисподней воители этих вековечных королевств стремятся туда, куда ведет их безвременный конфликт. Сказания о деяниях сих легендарных героев вызывают лишь благоговение пред оными.

Величайшим из них был Изуал, лейтенант архангела Тираэля и владелец ангельского рунного меча, рекомого Яростью Зари. Он вел за собою ангелов в атаку на Адскую Кузню, когда создание темного демонического меча Теневой Клык было практически завершено. Легионы хаоса отразили нападение, а Изуал трагически пал пред Тьмою. Судьба его как нельзя лучше говорит о том, что как ангелы, так и демоны бесстрашно устремятся в любой уголок вселенной, если прознают, что там находятся их заклятые враги.

И хотя Великий Конфликт горит жарче и дольше, чем звезды в небесах, ни одна из сторон не может надолго получить перевес, потому и пытаются изыскать они способы повернуть ход войны в свою пользу.

Мятежный ангел Инарий, устав от бесконечных сражений, сплотил за собой группу ангелов-единомышленников, к которой чуть погодя примкнули и демоны, разделяющие их устремления. Вместе они сотворили новый план бытия, отрезанный как от Великих Небес, так и от Пламенной Преисподней. Святилище - так нарекли мятежники свое творение, должное превзойти величием сами Небеса, и поместили в нем волшебный Мировой Камень, дабы сокрыть мир от сторон, сошедшихся в Великом Конфликте.

Демонесса Лилит - дочь Мефисто, одного из Предвечных Зол Преисподней - родила от Инария могущественных нефалемов, превосходящих силами как ангелов, так и демонов. Непрерывно растущие силы оных встревожили Инария, и принял он нелегкое для себя решение - уничтожить нефалемов, ибо ставят те под угрозу безопасность Святилища. Лилит, однако, воспротивилась этому, ибо помыслы ее были направлены куда дальше присного существования в изолированном плане бытия. Нет, амбициозная демонесса мечтала вести нефалемов за собою, низвергнуть владык Небес и Преисподней и стать единоправной королевой всего Мироздания. Конфликт между Инарием и Лилит вылился в изгнание последней из Святилища, однако демонесса успела заблаговременно покончить со всеми мятежными ангелами и демонами, принимавшими участие в сотворении смертного мира. Страшась одиночества, Инарий пощадил некоторых нефалемов, однако магией Мирового Камня подавил их могущество и спустя несколько поколений те обратились в смертных созданий - людей.

[Энгель]

Сиггард из Энтстейга очнулся в Ночь Душ в дремучем лесу в Аранохе, в ушах его все еще стоял звон недавней битвы. Проведав о том, что с севера приближается воинство демонов, ярл Эджвульф созвал знамена и занял приграничную крепость Блэкмарш, где собирался дать бой порождениям Преисподней. Должно быть, и Сиггард принимал участие в той сече, но воспоминания о ней чудесным образом стерлись из его памяти.

Поднявшись на ноги, Сиггард побрел на север, к Блэкмаршу, дабы узнать наконец об исходе битвы. Обрывки воспоминаний приходили к нему лишь в ночных кошмарах; словно наяву видел он демонические рати, хлынувшие из леса к крепости, чувствовал ужас и растерянность защитников, а затем в лесу что-то произошло... Но, как ни старался, подробностей Сиггард вспомнить не мог.

То была Ночь Душ, когда неупокоенные души поднимаются из могил и бродят по миру, Сиггар повстречал странника, назвавшегося Тираэлем. "Будь я на твоем месте, обошел бы Блэкмарш десятой стороной", - молвил тот с печалью в глазах, но Сиггар упрямо покачал головой: "Я должен узнать, что там произошло". Пожелав ему удачи, Тираэль... попросту исчез.

И вновь потянулись бесконечные мили пути через густой мрачный лес. Именно здесь, на подступах к Блэкмаршу, Сиггарда приветил иной путник - кехджистанский чародей Сарнакайл из клана Вижереи, два года назад принявший участие в битве при Виз-жуне, когда пал Бартук, Кровавый Полководец. Поведал маг, что рати ярла Эджвульфа были полностью разбиты в недавнем сражении, и посоветовал Сиггарду как можно скорее возвращаться в Энстейг, дабы уберечь от ярости демонов супругу и дочурку, оставшихся в селении Медвежий Холм.

Но встречали их лишь разоренные, сожженные деревни, да отсеченные головы селян, сваленные в кучи на площадях. Увы, та же участь постигла и Медвежий Холм... Но не все селяне сложили головы: некоторые отдали души свои демонам и, отдав на съедение им односельчан, сохранили собственные жизни. Однако, ненадолго: прознав о гибели семьи, Сиггар жестоко расправился с предателями, после чего, по совету Сарнакайла, выступил по следу архидемона, ведущего за собою воинство тварей Преисподней.

Воин и Вижереи направились в город Бреннор, справедливо полагая, что демонические рати рано или поздно появятся у крепостных стен. Долгие часы шагали они по тракту, но так и не встретили ни единой души. Зарядил дождь, и путникам пришлось укрыться в одном из открытых слепов древних королей на погребальных землях, где Сиггард обнаружил взывающий к нему волшебный меч - Гутбреохт, выкованный легендарным Велюндом.

Этой ночью во сне он вновь вернулся на поле брани; энтстейгцы отчаянно рубились с демонами, а самому огромному из них - архидемону-предводителю - бросил вызов принц Хротвульф, наследник трона Энтстейга. И когда казалось, что победа останется за людьми, в тыл им ударили новые силы демонов, до поры до времени сокрытые заклятием невидимости:

Добравшись до Бреннора, компаньоны направилась в замок, где испросили аудиенции у ярла Тилгара, сына Эджвульфа, сложившего голову в сражении при Блэкмарше, однако дворецкий Хунфрит, внимательно выслушав рассказ о подступающим к городу ратям демонов, счел оный досужей выдумкой и приказал солдату и чародею убираться восвояси.

Над восточным кварталом города взметнулось пламя, и Сиггард с Сарнакайлом, не мешкая, устремились в направлении пожара. Увиденное подтвердило худшие их опасения: небольшой отряд демонов поджег оружейную, и теперь рубился со стражниками. Немедленно, воин и маг ввязались в бой, встав в авангарде. Яростная песнь Гутбреохта звучала в разуме Сиггарда, и неведомо, человек ли повелевал мечом, или наоборот.

Доблесть, проявленная компаньонами в отражении атаки, не осталось незамеченной владыкой города, и ярл Тилгар лично пригласил героев явиться ко двору, где наряду с командующими они обсудили тактику и стратегию на случай скорой атаки демонов. А оная не замедлила последовать, и несколько дней спустя демоническое воинство показалось на горизонте. Взметнувшиеся стяги безошибочного указывали на то, что верховодит ратью Ассур, приближенный к Лорду Ужаса барон Преисподней. К защитникам Бреннора присоединился Тираэль, открывший свою истинную личину - архангел Небес, и поведавший о том, что грядущее сражение окажется ключевым в Грешной Войне, и отпределит судьбу смертного мира на столетия вперед.

Увы, выстоять против орд Преисподней у защитников города не было никаких шансов. Еще загодя горожане принялись отступать через подземные тоннели, а вскоре к ним присоединились и солдаты, в том числе Сарнакайл и Сиггард. Впрочем, выбравшись на поверхность в нескольких милях от обреченного Бреннора и удостоверившись в относительной безопасности горожан, Сиггард немедленно выступил назад, дабы свести счеты с виновником гибели своей семьи.

Проникнув в замок, он немедленно устремился к покоям ярла, расправляясь с немногочисленными демонами, встречающимися на пути. Напрасно Ассур считал себя неуязвимым для оружия смертного мира: вызхватив Гутбреохт, Сиггард снес архидемону голову. Воины Преисподней исчезали один за другим в пламенных вспышках, возвращаясь в родной план бытия...

Проанализировав события последних дней и сопоставив очевидные факты - потеря памяти, отсутствие аппетита и боли от полученных в сражении ран, - Сиггард пришел ко вполне очевидному выводу: он не является боле живым существом. Сие подтвердил и Тираэль, пояснив, что дух Сиггарда был столь полон жизни и надежды, что смерть не смогла завладеть им. Потому и вернулся воин в Святилище, и обречен странствовать в смертном мире, снедаемом Грешной Войной, еще долгие, долгие века...